— Сука! Да почему же мне так не везёт в этой ебучей жизни⁈ — Выругался в голос я.

— Ты о чём? — Удивился Лёха.

— Стою тут с потным жирным уебаном, а мог бы с супермоделью стоять. Там с Алёной та самая тёлка сидит и походу рассказывает о моей жиденькой истории.

— А? Ты самая тёлка? ИЗ ТОЛЧКА⁈ Но их же было две? — Ахуел друг.

— Вторая, видимо, сошла с ума от увиденного. Всё, блять, меня заебало это. Всё, чего я хотел, чтобы никто и никогда не узнал, что я срал в женском толчке. Или хотя бы это прошло мимо Алёны. А тут, сука, оказывается, что она знакома с этой ебучей тёлкой, с которой я, к слову, ни разу в жизни её в этом сраном универе не видел! Всё, в пизду, я пойду и что-нибудь скажу им.

— Ты ебанулся? СТОЙ! — Лёха попытался меня схватить, но я бодро увернулся, хлопнул в ответочку друга по пузу и продолжил свой уверенный путь к столу Алёны и её подружайки.

Девчонки заметили, что я иду к ним и стали сильнее ржать. Отнюдь, храбрости во мне это не убавило. Я настолько был зол тем, что судьба меня просто гнобит всё время, что хотел что-нибудь сказать такого, что охуели бы все. Но что я им скажу? Да похуй! Опозориться больше уже невозможно, поэтому спиздану какую-нибудь хуйню и уйду. Похуй вообще.

— Какая неожиданная встреча! — Всплеснул я руками, когда подошёл к столу. — Ну, обосрался я в женском сортире, что с того? Подумаешь, блять, толканы перепутал. С кем не бывает! Можно подумать, что вы девки не срёте! Ну, да, я с таким взрывом атомной бомбы обдристал сортир, что, блять, ваши ароматы отрыжек бабочек и шептунов цветов тут же ушли в небытие, но знали бы вы, с каким трудом я донёс этот неподъёмный груз до толчка, пускай и женского, вы бы точно меня стали считать своим героем!

— Макс, это опять твои шуточки? — Алёна уже не могла сдерживать смех.

— Я ей не рассказала… Мы над другим ржали… — Выговорила сквозь смех та девка и чуть не грохнулась со стула от хохота.

Я так ахуел, что на какое-то время потерял дар речи. В голове прокручивались варианты, как выйти из этой неловкой и ебанутейшей ситуации. Пиздец, получается, что я сам всё испортил? Теперь-то Алёна знает! Боже, мы никогда в жизни не будем вместе после этого…

Я приложил руку козырьком ко лбу и проговорил:

— На горизонте двадцать пиратских кораблей, капитан! Что будем делать? — И тут же сам ответил. — Господа, предлагаю обкидать их говном, ибо от страха я обосрал всю палубу! — После этой фразы я поспешил убежать, пока девки хохотали.

Я добежал до Алексея, который не покинул очередь (ещё бы он проебал место за жрачкой!), встал, как ни в чём не бывало к нему, сделал невозмутимый вид, проигнорировал его вопросительное выражение лица, и кратко произнёс:

— Не спрашивай. Никогда меня об этом не спрашивай.

Глава 7

Часть 3. Война кланов

Невозможно передать словами, как я был счастлив, когда кончились пары. После всего того, что случилось, я просто смирился со своей ебаной жизнью и постигал нирвану на всех оставшихся парах. Действие Лёхиного энергоса окончательно кончилось, и эта креветка с чесноком так закемарила, что мне даже пришлось его будить, когда надо было менять аудиторию. При этом на перемене мой дражайший друг даже не подумал курить, он прислонился к стене, когда мы всем курсом ждали возле аудитории, и тупо храпел на весь коридор.

Когда мы вышли из универа, я вдохнул всей грудью свежий воздух и проговорил:

— Как думаешь, это логично прямо сейчас сменить универ?

— Блять, Макс, что ты такого сказал Алёне? — Удивился друг, засыпая на ходу.

— Я сказал, что если я отращу бородку, как у тебя, может, она тогда обратит на меня внимание? Но она поржала и ответила, что с такой бородкой я смогу только идти вылизывать ноги старых жирных тёток. — Я очень удивился, когда в ответ меня не пизданули по башке или не послали нахуй.

Я обернулся и увидел, как друг стоит посреди улицы и сопит. Приуныл мордач.

— СУКА, РОТОПОДЪЁМ⁈ В ОКОПЕ РЕШИЛ ПРИКАРНУТЬ? КРОВАТЬ НЕБОСЬ СНИТСЯ? А, НУ БЫСТРО ПЯТЬ НАРЯДОВ ВНЕОЧЕРЕДИ! — Заорал я на всю улицу и лупанул друга по щеке.

— Ауауавыава! — Завопил тот. — Макс? Что случилось? Где мы?

— Возле стрипклуба. Я же обещал тебя сводить, чтобы ты хоть раз в жизни увидел обнажённых женщин. Но предупреждаю, увиденное может повергнуть тебя в шок. Просто там работает твоя мама.

— Блять, иди нахуй, заебал… Что случилось? Какая у нас сейчас пара?

— Ебалейка, учёба закончилась. Домой пиздуй, проспись, нахуй.

— Есть предложение пиздаче. Надо ебануть энергоса! — Друг немного оживился, но всё равно сонно сопел, словно, уже научился спать с открытыми глазами.

В аккомпанемент к сопению Лёхи, подключилось урчание его живота, и я понял, что он сейчас, как ебучий медведь после зимней спячки, того глядишь, сожрёт меня, если срочно его не покормить и не пробудить.

— Ну пошли, заправишься маной ебучей, а то жалко на тебя смотреть. Вид у тебя мочалки, которой три часа намывала жопу жирная феминистка.

Мы зашли в ближайший магаз, благо, тут реально было очень близко до него, и потопали к отделу с напитками.

— Охуеть, сила солнца! Я его ещё не пробовал! — Оживился друган.

Я тем временем разглядывал банку, на которой был изображён египетский бог солнца, кажется, Ра.

— Интересно, какой вкус? — Я потёр подбородок.

— Щас и узнаем! Ты будешь? — Алексей открыл холодильник.

— Не, я пас. Нахуй, один раз чуть не обосрался, больше рисковать не хочу. — Отрезал я.

— Я угощаю. — Лёха протянул мне соблазнительную банку.

— С чего такая щедрость? — Я сузил глаза. — Хочешь, посмотреть, как я обосрусь в автобусе?

— Я хочу, чтобы ты попробовал этот вкус! А я получу код и, возможно, выиграю легендарку! Да и хватит грешить на эту прелесть. От энергоса нельзя обосраться!

Я с сомнением посмотрел на друга, на манящую баночку и решил, что надо точно убедиться в своей теории.

— Ладно, на халяву даже обосраться готов! — Сломался я.

— Да не обосрёшься ты, заебал! Как же я уже хочу вкусить силу солнца! — Друг встал в очередь и стал с невероятным аппетитом смотреть на баночку.

— А ты перекусить ничего не хочешь? — Поинтересовался я.

— А ты как узнал?

— Слышал, блять, как твой живот урчал. Да не только я. Вся улица слышала. Да хуле улица? Твоя мама слышала и уже готовит четыре тазика котлет.

— Отъебись! Но перекусить было бы неплохо. Щас только очередь пройдём.

Удивительно, но мы достаточно быстро покинули магнит. Прямо на входе друг откупорил баночку и так залакал напиток, словно, он ебучий верблюд, и ему предстоит длинный путь по пустыне.

— Блять, Лёша, ты не захлебнись там… — Проговорил я, волнуясь за друга.

— АААААА, БЛЯТЬ! Я ЗВЕРЬ! — Заорал дурниной тот.

— Тише, тише, хомячок, а то щас зёрна из-за щёк вывалятся. — Рассмеялся я.

— Что за вкус? Хммм… Бля… Не могу понять. Но это очень круто! А ты хуле не пьёшь? — Друг заметил, что я всё ещё держу банку в руке.

— А… Да… — Я откупорил энергетик и немножко хлебнул. — Хммм… Что-то сладкое. Не кислое. Значит, не цитрус. Может, персик?

— Да на персик не похоже. На абрикос тоже. — Лёха сделал ещё пару глотков, но уже поменьше.

— Хм… Слива?

— Да какая, нахуй, слива⁈ Кто, блять, вообще будет энергетик с этим говном делать? Наверное, что-то типичное для энергетиков взяли, типа драгонфрукта или личи.

— Ну тогда удачи нам узнать, что это за вкус, жопонюх, ибо мы такую экзотику в жизни не пробовали и не попробуем. Может, манго?

— Кстати! Как вариант! Хм… Точно, манго!

Мы топали с другом к ближайшей закусочной и попивали энергетики.

— Ну что, Макс, хочешь срать? — Спросил друг, когда допил свой и убрал банку в сумку.