— ААААААААА! — Заорал я, отчего мама выронила швабру.
— Что случилось? — Спросила в шоке она.
— ТАМ ПАУК!
— Макс, ты чего, как маленький? Пауков никогда не видел?
— Он огромный! С мой кулак! Откуда он только взялся⁈
— Ой, у страха глаза велики. Пойду посмотрю. — Мама открыла дверь и произнесла. — О, боже!
— Видишь его, да? Что с ним делать?
— Макс, я вижу только, как ты навалил полный унитаз и не смыл за собой. — Мама нажала на смыв. — Нет тут никаких пауков.
— Надо отодвинуть машинку, проверить под ванной! Он был тут! Огромный, мать его!
— Макс, у нас в стране не водится громадных пауков, тебе показалось. Мой руки и иди завтракать лучше.
— А с пауком что делать будем⁈ — Ахуел я.
— Пауки в доме — к счастью. Они убивают вредных насекомых. Максим, ну, ты прям, как ребëнок! Увидишь его в следующий раз — убьëшь тапком. Делов-то!
— Такой и сам тебя убить может! Ну, нафиг, руки я буду мыть на кухне! — Проговорил я и отправился на кухню, так и не вытерев жопу.
Пока я мыл руки в раковине на кухне, я думал о том, как теперь буду срать, мыться и дрочить после того, как увидел эту здоровенную хуету. Решено было поступить, как настоящий мужик, поэтому я решил не срать, не мыться и не дрочить. Никогда. Теперь это его ванная, я буду делать вид, что этой комнаты в нашей квартире просто не существует. Буду обходить еë стороной, а ссать в горшок с кактусом, который и так почти сдох, и который стоит на окне в гостиной.
— Макс, а чем это воняет? — Из раздумий меня вывела мама.
— Не знаю. — Я пожал плечами. — Ничего не чувствую.
— Тебе бы помыться не мешало. Ты с этой приставкой вообще в овоща превратился. Вон, Алексей нашëл подработку, ты бы мог вместе с ним поработать, а не сидеть целыми днями в своей игре и мыться раз в неделю!
— Да мылся я, вчера! Я просто жопу не вытер, когда паука увидел. Сразу убежал.
— Макс! — Мама так ахуела, что я даже пожалел, что так был с ней честен. — Иди в душ, блин, это вообще отвратительно! Ты же молодой парень. Или ты хочешь быть, как твой дед в последний год жизни?
— А чë он? Ты мне мало рассказывала про него.
— А чë он? Кукухой поехал. Перестал вытирать жопу, говном писал на стенах, срал мимо унитаза. Мы когда с отцом пришли его навестить, чуть кони не откинули.
Вот тут я и проиграл, как, сука, наша сборная по футболу.
— Смешно ему! А нам было не до смеха. Особенно, когда зашли в туалет. Весь унитаз в говне, стены в говне, потолок в говне! Так что, Макс, будь чистоплотным и следи за собой, даже если живëшь один.
— Ладно, ладно, расскажи только побольше про деда Ваню! — Попросил, ухохатываясь я.
— У отца попросишь, он тебе в красках расскажет, как мы с ним год мучались, а после его смерти ещë и квартиру к продаже отмывали. Про микроволновку та ещë история, обязательно у отца спроси!
— Я не дотерплю до вечера, да и отца легко упустить. Он приходит, ест, полчаса сидит в планшете и ложится спать! Так что расскажи! — Взмолился я.
— Сперва завтрак. А для допуска к завтраку надо принять душ. Вперëд!
— Ой, потом помоюсь… — Отмахнулся я.
— Макс, мне потом твои обосранные трусы стирать⁈ Мигом! — Разозлилась мама.
Пришлось повиноваться, ибо выбора у меня не было.
— Ладно, ты же мужик, как никак! Давай, не бойся эту мохнатую падлу! — Подбадривал я себя шëпотом, крадясь к ванной. Дрожащей рукой я приоткрыл дверь, и засунул своë любопытное ебало внутрь. Тишина и спокойствие встретило меня, а душ, словно, приглашал меня помыть свою попку. Я оглядел все стены, заглянул за унитаз, бросил грязные трусы в стиралку и забрался в душ. Не буду описывать подробности того, как я мыл свою жопу, и сколько говна с неë стекло, но я каждые, блять, пять минут оглядывал стены, боясь увидеть этого монстра. Нет, вы не подумайте, к насекомым я относился нормально. Боялся я только тараканов, клопов и мухоловок. Пауков я всегда встречал с распростëртыми объятиями, потому что в моей жизни они были маленькие и безобидные, НО ЭТА ОГРОМНАЯ, МАТЬ ЕË В ЖОПУ, МОХНАТАЯ МНОГОЛАПАЯ КРЕВЕТКА ВСЕЛЯЛА В МЕНЯ ТАКОЙ ЖИВОТНЫЙ УЖАС, ЧТО ПОСЛЕ ВСТРЕЧИ С НИМ ХОТЕЛОСЬ СЖЕЧЬ ВСЮ СВОЮ ОДЕЖДУ, САМУ ВАННУ И КВАРТИРУ В ПРИДАЧУ.
Помылся я удачно, без пауков, схватил полотенце, отряхнул его, чтобы убедиться, что на нëм никого нет, тоже самое проделал с трусами и штанами, и выбежал, нахуй, из ванной. На столе уже стояли фирменные сэндвичи от моей мамы, поджаренные до хруста, с ветчиной и острым соусом. Такую хуйню я обожал по утрам, но бывала она редко, потому что вредно и овсянка полезнее.
После завтрака я, тут же напомнил моей маме о том, что неплохо бы было рассказать историю про микроволновку.
— Ой, блин… Ну, что, что. Насрал твой дед в микроволновку и поставил говно греться. Думал, что это еда. Потом, по истечении какого-то времени, решил достать говно оттуда, типа согрелось, а оно оказалось горячее. Ну, он и оставил его там, только дверцу открыл, чтобы остыло. А в этот момент и я пришла его проведать. Макс, там такая вонища стояла, что я всерьëз думала, что умру. Закрыла я микроволновку, всë освежителем воздуха обрызгала, деда твоего обматерила, взяла микроволновку и вынесла еë на помойку. Возвращаться не стала, потому что это уже вообще звездец был!
— А чë вы его в дурку не сдали? — Сквозь смех проговорил я.
— Так мы и сдали его под конец, когда он начал говном из окна в людей кидаться. Хотя да, поздновато мы спохватились, но что поделать. А в психушке твой дед месяц пролежал и помер.
— Да уж, история, достойная двача. — Я вытер слëзы.
— Кого?
— Забей, мама, ладно, спасибо за завтрак. — Я поднялся из-за стола.
— Сходил бы прогулялся, в самом деле! Возьми Алексея, если он сегодня не работает, да сходите с ним на пляж, пока жара ещë стоит. А то скоро осень!
— Не напоминай! У меня три недели осталось, а потом опять к восьми вставать, Алексея по пузу пинать. Тяжëлая работа.
— Ничего, зато два с половиной месяца ничего не делал. Сколько раз ты из дома вышел за лето? Пять-шесть?
— Ты меня недооцениваешь! — Обиженно проговорил я. — Раз семь точно.
— Поэтому сегодня чтоб прогулялся часок! А то и два.
— Ладно, подумаю! — Я уже вышел в коридор, косо взглянул на ванную и прошмыгнул в свою комнату.
Я тут же примостился в кресло, надел приставку и отправился в игру.
Удивительно, но из пати были только мокрые трусы Лëхи. Вообще пусто, даже Женя куда-то пропал. Хотя я так рано в империю не захожу обычно, поэтому, может, он ещë спит. Играть в ивент я не хотел, потому что это значило, что мне придëтся играть снова с первого уровня, а я это дело в рот ебал. Вместо этого я решил проверить Селестину. Точнее, до сих пор ли она у меня в друзьях? Да, я после того, что ей наговорил, делал это раз в 1–2 дня. Мне казалось, что рано или поздно, она всë же одумается и удалит меня нахрен из друзей. Но сегодня этого не произошло, и я был рад. Писать я ей, естественно, ничего не стал, а просто удостоверился в том, что мы всë ещë друзья, хоть и сомнительные. Рядом под Селестиной светился ник Quastrado, и я вспомнил, что, блять, так и не посмотрел видос, который он мне посоветовал. Так как одному фармить мобов мне не особо хотелось, то я решил глянуть видик. Зайдя на ютуб, я ожидал встретить в видосе кого угодно, но не рыжую хуйню.
— Здарова, пацаны, с вами Федорелло и сегодня мы с вами попробуем секс с самкой дельфина… Блять, не то… Это к другому видосу… — Произнëс уебан. — Давай по новой, Соня, всë хуйня!
За кадром послышалось женское хихиканье. Судя по всему, видос записывала какая-то баба своим взглядом в игре, потому что Федорелло стоял в полный рост в кадре. К слову, он успел поменять класс на демонопоклонника, но тем не менее, узнал я его сразу. Рука с тремя пальцами и острыми когтями его выглядела ахуенно, потому что светилась красным кровавым огнëм. Глаза этого уебана тоже были красными, а броня тëмно-синего цвета космического неба.
