Она улыбнулась.

— Я никогда не увлекалась лишними замерами.

Марлоу слушал, затаив дыхание, так что грудные мышцы свело судорогой. Пока Аманта говорила, он почти верил: она знала, что делает, и справлялась с задачей, используя обычные умения и интуицию. Возможно, так и происходило. Короткие вспышки ясного сознания озаряли отупевший, затуманенный разум. И то же самое происходило со стариком. Эти проблески здравого смысла, да еще везение, позволили им уцелеть.

Корабль возвращен без повреждений. Большего он не мог и желать. И все же: это они доставили его на Землю.

Панель пневмопочты на столе громко щелкнула и выбросила пакет. Марлоу взглянул — посылка адресовалась ему. Полный медицинский доклад; долго же он шел. Но город был маленький. Хотя доктор, проводивший осмотр, считался хорошим специалистом. Марлоу об этом позаботился.

Он открыл пакет и погрузился в чтение. Закончив, он уже знал, что дело не только в везении и ангелах, помогавших старикам на взлете и в пути, не только в смутных, отрывочных воспоминаниях и никак не связанных с навигацией навыках, неведомым образом слившихся в рабочую модель управления кораблем. Все оказалось не так запутанно. Когда они сели на Землю, никакого чуда не случилось. Они просто знали, что делали.

— Что там? — спросил Итан. — Хабеас корпус?

— Нет, — ответил Марлоу. Но в каком-то смысле Итан выразился верно — документ исключал правовое преследование пожилой четы, и ни один судья не возбудил бы против них дела. Он снова перечитал доклад.

«Никаких подтверждений умственного маразма не обнаружено, — говорилось в документе. — Микропробы мозговых клеток будто взяты у людей в возрасте сорока-пятидесяти лет. Физические реакции замедленные, но устойчивые и отвечающие нормам. Имеются и загадочные аспекты. Некоторые рядовые функции, несомненно, характерны для семидесятилетних. Другие соответствуют уровню умственного развития. Конечно, определяющее значение имеют слабеющие органы; обследуемые проживут еще лет тридцать, словно им сейчас действительно по семьдесят. Во всяком случае, способность передвигаться и выносить суждения они не утратят до самого конца. Вопрос: вы уверены, что это те самые люди, которых я обследовал? Я не обнаружил тех глубоких и неоперабельных, пусть даже и не злокачественных, новообразований, которые характерны для человека в этом возрасте».

Марлоу складывал и снова разворачивал доклад. Радиация могла убивать. Но могла и лечить. Обычная лучевая терапия. Но она не излечивала так кардинально, и ее не применяли для этих целей на стариках. Он совершил сразу два фундаментальных открытия, и оба — случайно. Сколько открытий действительно совершается случайно?

Эти двое не проживут дольше других, но проживут лучше, полностью владея своими органами чувств.

— Конечно, мы позаимствовали, в смысле, украли корабль, — неожиданно заговорил Итан, прервав размышления Марлоу. — Вы получили его обратно, но это дела не меняет. У нас есть деньги. Должно быть, их хватит, чтобы заплатить за большую часть топлива.

— В этом нет необходимости. Мы спишем его по статье расходов на эксперимент. — Марлоу постарался напустить на себя мрачный вид. Может, ему и удалось. — Мы не станем возбуждать дело, но взамен я прошу вас отказаться от пенсии и приступить к работе в «Межпланетных сообщениях».

У Итана даже суставы хрустнули, так резко он вскочил.

— Отработать горючее? Звучит справедливо. — Морщины на его лице вдруг почти исчезли — они становились не такими глубокими, когда он улыбался. — Я могу делать уборку в кораблях. Может, вы мне позволите разок совершить полет. Согласен числиться юнгой.

Их так долго считали бесполезными и ни на что не годными, что они даже не поняли, о чем он говорит. Они вовсе не впали в детство, но сами думали, что впали. На перевоспитание потребуется время.

— У меня есть задумка насчет полета для вас, — сказал Марлоу. — И Аманте придется поработать.

— Молодой человек, прошло много времени с тех пор, когда я готовила что-нибудь, кроме коржа с ягодами с канала, но вы совсем недавно видели, на что я действительно способна.

— У меня есть место как раз для вас, — заверил ее Марлоу. — Еще одно условие: не рассказывать о том, как проходил полет. Если появятся репортеры — а я думаю, они появятся — просто скажите, что мы отслеживали корабль, а потом, посовещавшись с вами, решили отказаться от всех претензий. Понятно?

Аманта кивнула.

— Похоже, у вас будут неприятности, не так ли? За то, что охраняете корабли не так, как надо, я хотела сказать.

Он был благодарен за то, что до сих пор они обладают изощренным умом и не соответствуют своему действительному возрасту. Женщина говорила правду — могли быть неприятности. Кроме того, у компании имелись конкуренты. И к тому времени, когда они почуют, откуда ветер дует, важно иметь задел для хорошего старта. Наверняка очень немногие из стариков подойдут для его планов, хотя все они выиграют, и не только из-за изменения своего статуса.

Марлоу кивнул.

— Значит, так. Приходите завтра, и мы оформим ваше назначение.

— Кажется, вы не поняли, что мы за люди, — возразил Итан. — Мы едва успели взглянуть на нашего младшего внука. Как вы думаете, зачем мы угнали… то есть, зачем мы затеяли эксперимент с кораблем?

Марлоу смотрел, как они уходят, а когда дверь закрылась, принялся быстро писать. Скоро появятся остальные, нужно подытожить все, что удалось узнать и понять.

Через полчаса Марлоу сидел и перечитывал написанное. Свои мысли он изложил на обратной стороне медицинского доклада.

«Заметка 1: изменить конструкцию нашего последнего корабля. Вместо сверхскоростной ракеты с тяжелым корпусом, требующей предельной физической силы и выносливости, понадобятся совсем другие спецификации. Проницаемость для радиации допустима».

Он усмехнулся. Демарест пригрозит подать в отставку. Это противоречит всем принципам, которые он исповедует. Но инженер изменит свое мнение, когда поймет, в чем дело.

Марлоу читал дальше.

«Максимальная скорость не должна быть высокой. Упор следует сделать на безопасности. Система управления предназначается для операторов с невысокой скоростью реакции, но их суждения и умение предвидеть ситуацию достойны доверия. Акцент на простоту.

Заметка 2: учредить новый вид услуг. Кроме высокоскоростных рейсов между планетами в период их малой удаленности, возможно создание постоянной системы грузоперевозок. Планеты станут осваиваться быстрее, если будут налажены непрерывные рейсы снабжения. Главной опорой здесь будут пожилые люди, тем более, что терапевтическая ценность такой работы для них наверняка подтвердится. Оценочное время подготовки к первому рейсу — минимум один год.

Заметка 3: набор. Не пренебрегать самыми неожиданными умениями и навыками. Они могут указывать на наличие скрытых способностей высшего порядка.

Подготовка: никакого спецкурса. Импровизируйте по ходу дела!»

Марлоу встал. Кажется, он уловил шум самолетов. Если так, у него есть кое-что для них. Придется спорить и доказывать, но он чувствовал, что готов к этому. От песка в глазах не осталось и следа. И шагать стало легче.

Но по другой причине, о которой он не написал. И не потому, что забыл.

Ему исполнилось сорок пять, и получалось, что пора начинать учиться. Странный возраст — то ли слишком молодой, то ли слишком старый. Он и надеяться не мог, что будет пилотировать современные, убийственно быстрые корабли. И не мог представить себя в неповоротливых большегрузах, которые скоро начнут сновать между планетами, открывая космос для коммерции. Придется ждать, но то, что он узнал сегодня, когда-то может принести пользу. Это знание необходимо усвоить как можно лучше и упрятать на долгое хранение в глубины памяти.

Винтажное знание.

Когда он станет неуязвимым для мутагенного эффекта радиации, состарится и почти лишится сна, то завершит свою нынешнюю карьеру и начнет новую, лучше прежней.