Его глаза были полны ужаса. Он хотел попятиться, но раненая нога не повиновалась ему, и он едва не упал. Таита сделал ложный выпад в лицо, и, когда стражник поднял оружие, защищая глаза, ударил в живот, выдернул клинок и отпрыгнул. Воин осел на колени, выронив меч. Таита шагнул вперед и ударил сзади по шее, под кромку шлема. Воин упал ничком и застыл.

Таита перешагнул через мертвецов и подошел к первому убитому. У него в отличие от других доспех не был запачкан кровью. Таита быстро снял с мертвеца сандалии и обул на свои босые ноги. Они оказались почти впору. Надел пояс для меча и ножен, забрал у убитого шлем и плащ и побежал к задней двери крепости. У двери он замедлил бег и набросил плащ поверх своей изорванной, грязной туники. Проходя в дверь, он послал стражникам импульс, затуманивающий сознание. Те без интереса смотрели, как он проходит мимо и спускается по мраморным ступеням во двор.

Пространство двора было забито людьми и лошадьми: отряд Онки готовился к выходу. Таита увидел и самого Онку: тот, расхаживая с важным видом, выкрикивал приказы военачальникам. Таита смешался с толпой и по пути к конюшням прошел совсем рядом с Онкой. Тот посмотрел в его сторону, однако не узнал мага и не проявил к нему ни капли интереса.

Таита беспрепятственно добрался до конюшен. Здесь тоже кипела лихорадочная деятельность. Кузнецы перековывали лошадей, оружейники острили на точилах наконечники стрел и клинки, конюхи седлали военачальникам лошадей. Таита подумал, не украсть ли лошадь, но сразу понял, что надежды на успех почти нет. Поэтому он направился к задней стене крепостного двора.

Вонь подсказала ему, где искать нужники, расположенные за зданием. Найдя их, Таита внимательно осмотрелся, желая убедиться, что никто его не видит. Над ним на стене стоял стражник, поэтому Таита стал ждать, когда тот отвлечется, – он знал, что это обязательно произойдет. Вскоре в крепости послышались гневные крики. Прозвучали свистки, барабанный бой призвал к оружию. Нашли три тела в коридоре, и внимание отряда сосредоточилось на крепости. Стражник побежал на дальний конец стены и принялся смотреть во двор, чтобы понять причину тревоги. Он повернулся спиной.

Таита вскарабкался на плоскую крышу уборных. Отсюда легко было дотянуться до верха стены. Он разбежался и прыгнул на парапет, подтянулся на руках и наконец смог закинуть ногу. Прокатился по стене и упал с дальнего края. Падение было долгим, но Таита погасил удар, приземлившись на согнутые ноги, и быстро оглянулся. Стражник по-прежнему смотрел в противоположную сторону. Край леса виднелся совсем близко, и Таита побежал по открытому пространству к деревьям. Здесь он на минуту остановился, чтобы сориентироваться, и начал подниматься по крутому склону холма, укрываясь в ущельях, длинной траве и кустах, чтобы его не заметил случайный наблюдатель снизу. Добравшись до вершины, он снова осторожно огляделся. Прямо под ним шла дорога, ведущая к Облачным Садам. Она была пуста. Таита сбежал вниз, пересек ее и укрылся в кустах. Отсюда ему видна была роща в форме лошадиной головы на следующем отроге. По каменистой осыпи он спустился в долину – сдвинутые с мест камни катились из-под его ног – и, не потеряв равновесия, добрался до дна. И зашагал вдоль подножия холма ко входу в долину с крутыми склонами. Он немного прошел вдоль них, потом поднялся к наблюдательному пункту, откуда виден был вход, и приготовился ждать.

Солнце достигло зенита и начало спускаться к горизонту. На дороге, ведущей в долину, Таита увидел пыль. Похоже, большой отряд всадников скакал на восток. Прошел час или около того, и Таита услышал негромкий топот копыт. Звук приближался. Маг настороженно сел. Под ним показался небольшой отряд всадников. Они остановились.

Впереди на гнедом пони ехала Сидуду. Она показала наверх, в ту сторону, где прятался Таита. Мерен проехал мимо нее и возглавил группу. Отряд поскакал рысью. Сразу за Мереном ехала красивая молодая женщина на сером жеребце. Ее длинные ноги были обнажены, а длинные светлые волосы развевались за плечами. Стройная, с гордой посадкой головы и разворотом плеч. Даже издалека Таита заметил ее груди, выступающие под отбеленным льном одеяния. Ветер отбросил ее золотые локоны, и Таита резко перевел дух. Это была Фенн, но совсем не та девочка, которую он знал и любил. Уверенная, уравновешенная женщина в первом расцвете красоты.

Фенн ехала на сером жеребце и вела в поводу Дымку. Справа от нее ехал Хилто. Сразу за ними – Наконто и Имбали, оба верхом, оба ловко сидели на лошадях – за долгие месяцы его отсутствия они хорошо овладели этим искусством. Таита покинул выступ, на котором сидел, и начал спускаться. Последние несколько метров он пролетел в прыжке. Алый плащ развернулся у него за спиной, словно крылья, но забрало кожаного шлема скрывало половину лица. Он приземлился на дорогу прямо перед Мереном.

Опытный воин, при виде джаррианского платья Мерен непроизвольно издал устрашающий крик, выхватил меч, высоко поднял его и поехал вперед. Таита едва успел выпрямиться и выхватить оружие. Мерен наклонился в седле и рубанул мага по голове. Таита отбил удар и отпрыгнул в сторону. Мерен натянул повод и развернул лошадь, так что она встала на дыбы. И снова устремился в атаку. Таита сорвал с головы шлем и отшвырнул.

– Мерен, это Таита! – крикнул он.

– Ты лжешь! Ты не похож на мага.

Мерен не стал сдерживать коня. Он снова наклонился и нацелил удар Таите в грудь. В последнее мгновение Таита увернулся, и острие меча задело лишь его плечо. Мерен проскакал мимо.

Видя, что вперед выехала Фенн, Таита крикнул ей:

– Фенн! Это я, Таита.

– Нет! Нет! Ты не Таита! Что ты с ним сделал? – крикнула она.

Мерен поворачивал лошадь для нового нападения. Наконто держал метательное копье на плече и готовился бросить его, как только Мерен освободит линию. Имбали соскочила с лошади и, размахивая топором, бежала вперед. За ней с обнаженным мечом следовал Хилто. Фенн и Сидуду накладывали стрелы на тетиву.

Глаза Фенн гневно горели, как алмазы.

– Ты убил его, злодей! – кричала она. – Я пробью твое черное сердце стрелой!

– Фенн! Взгляни на мой духовный знак! – торопливо крикнул на тенмассе Таита. Фенн вздернула подбородок. Увидела над его головой знак раненого сокола и побледнела от неожиданности.

– Нет! Нет! Это он! Это Таита! Опусти меч, Мерен! Опусти!

Мерен развернулся и сдержал лошадь.

Фенн спрыгнула с Вихря и побежала к Таите. Она обеими руками обняла его за шею и заплакала:

– О! О! О! Я думала, ты умер. Я думала, тебя убили.

Таита прижал ее к груди, ее гибкое тело плотно прильнуло к нему. Он ощутил ее знакомый сладкий запах, и у него закружилась голова. Сердце забилось с такой силой, что он не мог говорить. Они молча обнимались, а остальные смотрели на них в недоумении. Хилто старался сохранить обычное флегматичное выражение, но у него не получалось. Наконто и Имбали онемели от страха перед колдовством, оба сплевывали направо и налево, делая знаки против злых духов.

– Это не он, – повторял Мерен. – Я знаю мага лучше любого человека. Этот молодой бычок вовсе не он.

Наконец Фенн отстранилась и посмотрела на Таиту с расстояния вытянутой руки. Она восхищенно разглядывала его лицо, потом посмотрела в глаза.

– Глаза говорят мне, что это не ты, а сердце – что ты. Да, это ты. Точно ты. Но, господин, как тебе удалось стать молодым и таким прекрасным?

Она встала на цыпочки и поцеловала его в губы. Все рассмеялись.

Мерен спрыгнул с седла и побежал к ним. Он оторвал Таиту от Фенн и сам заключил в медвежьи объятия.

– Все еще не могу поверить! Это невозможно! – Он рассмеялся. – Но свидетельствую: мечом ты владеешь отлично, маг, иначе я бы уже проткнул тебя.

Все взволнованно столпились вокруг.

Сидуду встала перед Таитой на колени.

– Я в неоплатном долгу перед тобой, маг. Я так рада, что ты в безопасности. Раньше ты был прекрасен душой, а теперь прекрасен и телом.

Даже Наконто и Имбали наконец преодолели суеверный страх, подошли и с благоговением прикоснулись к Таите.