– Вы уже уходите? – с печалью спросила Катька.

– Нет ещё. Но скоро пойду. – Он стал делать асаны, чтобы пища сначала попала в двенадцатиперстную кишку, а после в тонкий кишечник. Так как он пережевал всё до состояния жидкости, желудку особо делать было нечего. Чем хорош хлеб на закваске из пшеничных проростков? Тем, что он содержит в себе все необходимые для расщепления ферменты. Козье молоко также справилось с молочной кислотой. Мышцы стали гибче и плотнее. Катька смущённо наблюдала, как перед ней разминался полуголый Миха. Её восприятие уже слышало псалмы Ангелов. Сердце волнительно стучало. Восхищение сменилось Обожанием. Миха заметил это.

– Пойду Святым помолюсь, – растерянно произнёс он и пошёл в свою комнату. Пока он шёл, его щёки пылали. “Девчонке ещё двадцати нет, а она меня чуть глазами не съела, – думал Миха, – Хотя энергия у неё чистая и лучистая”. Он вернулся в свою комнату. Зашторил “дверь” и посмотрел на Арию. Сердце волнительно затрепетало. “Вот моя Богиня”. Он немного постоял в нерешительности. Забрался к Арии в гамак и прижался. Ария что-то пробормотала и обняла Миху. Её запах пленил. Так и тянуло укусить за ушко. “Катька, блин”. Миха сделал глубокий вдох и мысленно усмирил своё Кундалини. Сконцентрировавшись на дыхании, он уснул.

– Что вы тут мне устроили! – сквозь сон услышал Миха.

Перед ним стояла грозная Настоятельница Фая. Притворяясь спящей, Ария отпустила Миху и повернулась на бок.

– Быстро в свою кровать! – Тётя Фая пнула гамак прямо Михе под жопу.

Он быстренько перебрался под холодное одеяло.

– Раз такой живой, жду вас у себя в кабинете.

Миха попытался встать.

– Лежи. Придёшь, как оклемаешься.

Фая развернулась и ушла. Миха с Арией помолчали, а после прыснули от смеха.

Они позавтракали в своей комнатушке. Ария рассказала, как отправилась на поиски отца. Как попалась в ловушку. Как он её спас. Описала турнир и добавила послание от Мамы. “Михла. Ночь. Побег. Ися. Ися. Иерарх. Галстук”.

“Акт Прощения передан успешно” – понял Миха. – “Ночь. Побег и дважды Ися. Необходимо связаться с Наставником. На этом стоит акцент. Но достаточно было одного упоминания. Если это не отдельные слова, а два сочетающихся? Как в арабских именах: Сын ибн Отец ибн Дед. И так далее по мужскому колену. “Ися ибн Ися” означает Наставника и его воплощение Осирисом. Значит, это связано с родовой историей.

Миха чувствовал, что тут что-то очень важное. “Побег. Михла и Иерарх. Про побег рассказала Ария. Сэт сбежал, но остался заперт внутри Кругов. По рассказам Арии, у него есть ключ от этажей”. “Михла”. Слово являлась одновременно именем и фамилией. Первое, что пришло на ум, это папка семьи Алхимов на стене “Родины”.

Цепочка выстроилась в чёткую линию. Папка “Алхим”. Бегство Сэта. Помощь Наставника. Акт доставлен… Оставался “Иерарх”. Миха сфокусировал свой взгляд на походную сумку.

– У тебя новая сумочка? – он указал на сумку у стены.

– Это не моя. – Ария встала и подняла сумку. Заглянула внутрь. – Пустая. Может, оставил кто. Ты же девять дней лежал в отключке. Видел молоденькую? – Ария положила сумку на кровать. – Это она за тобой ухаживала, пока я не пришла. Колючая, как ёрш. Посмотри, что она сделала.

Ария достала зеркальце и протянула Михе. На голове были начисто выбриты бока, по центру осталась косматая чёлка. – Вот оно что, – возвращая зеркальце, произнес Миха. – Бороду вроде как нормально побрила.

– Тебя не смущает, что ты выглядишь, как участник её любимой группы.

Миха рассмеялся, вспомнив, как Катька вчера на него смотрела.

– Достань из жилетки ножницы и сделай красиво – ответил он.

Ария достала ножницы и села на него.

– Дышать можешь?

– С трудом. Шучу.

– Я быстро.

Ария отрезала чёлку и скинула её в сторону. Посмотрела. Подровняла.

– Хорошо, что она тебя не покрасила.

– А собиралась?

– Прямых улик не обнаружено, но вот косвенных предостаточно. Куда делась чёлка? – Ария посмотрела по сторонам. Заглянула под кровать.

Миха посмотрел в сумку и достал прядь.

– Она здесь.

Ария посмотрела на чёлку, потом на сумку.

– Что ещё там есть?

Миха заглянул внутрь, достал алюминиевую флягу и красный кристалл. Пошурудил рукой и вытащил ещё три пластиковые пуговицы.

– Мама наградила тебя меж-Царственным инвентарём. Я тоже хочу себе новый. Мой уничтожил Сэт в Круге Предательства. Кстати. Ты отца вывел из Кругов или нет?

– У мамы спросишь. Я не помню.

– Сделал что тебе надо было?

Миха с подозрением посмотрел на неё.

– Владыка Яма сказал, что ты решал свои дела в Круге Примирения.

– Хотел тебя быстрее увидеть. Взял дело. А так ждал бы тебя ещё неделю.

– Тебя не вороны привели?

Миха вспомнил воронят на подоконнике.

– Сначала мне надо было произвести разведку и подготовить условия для длительного перехода, – оправдался он и переключил тему. – Так что это за сумка? – спросил он.

– В ней можно носить что хочешь. Никто, кроме тебя не увидит твои вещи. Раз ты достал из неё, значит, сумка твоя. В каждом из Царств вещь будет обладать своими свойствами. Пуговицы, например, обретут ценность в Кругах. Фляга может стать сосудом хоть для питья, хоть для транспортировки Джина.

– А кристалл?

Ария взяла его в руки.

– Похожий видела у Мамы. Зелёного цвета. Она просматривала на нём бой с Иерархом.

Миха вернул вещи обратно в сумку.

– Расскажи мне об Иерархе.

– Я мало что видела. Отражала выстрелы катапульты. А когда разрушила её, Иерарх пропал. Мать лежала на арене. Её сложно было узнать. Руки вывернуты. Лицо превратилось в месиво. Кровь сочилась. Она хрипела. Я кричала. Потом стало темно. Словно одновременно погасили все огни Ада. Свет вернулся, когда эта Тьма собралась в маме. “Кали Ма” скандировал голос Ада, пока она обращалась в Великую Мать…

– Страшно было? – Миха обнял Арию.

– Сложно передать… ещё эта Лестница.

– А что с Лестницей?

Ария рассказала ему о команде Сони и реконструкции Лестницы. А также донесла суть проблемы с переполнением душ и “вспучиванием” Ада.

– А Яма что?

– Мама запретила ему рассказывать. Они сами беседы ведут. Она ходила за тебя просить, а я пошла сюда. Будить, если задержишься.

Миха улыбнулся.

– Идём проситься? – спросил он.

Оставались две Лунные ночи. В его состоянии до Хижины надо было добираться двое суток. А значит, с ночёвкой в лесу. Оно того не стоило. Поэтому они решили попросить Настоятельницу приютить их ещё на пару ночей.

Катька сидела за столом и напряжённо плела узор.

– Уже уходите? – она подняла глаза и замерла. Она не узнала Миху. Без чёлки он совсем не походил на лидера её группы.

– Спасибо. Могу уже сам кушать.

Катька не услышала, что он ответил. В ней поселилось великое разочарование.

– Аха, – выдавила она и продолжила плести.

Миха с Арией вышли во двор и пошли по тропинке.

– Что это было? – спросила Ария.

– Что? – не понял Миха.

– Она всегда светилась рядом с тобой, а сейчас как будто не узнала.

– Всё дело в образе. Она видела меня больше в лежачем положении. А самое главное - это чёлка! Диссонанс образа и реальности поверг её в шок.

Ария остановилась.

– Ты злой.

– С кумирами по другому нельзя. Пока иллюзии и ожидания не доросли до Небес, нужно от них избавляться. Если они коснутся их, то Те пошлют Истину на помощь. И будет очень больно. Слышала сказку про золотые бобы?

– Соглашусь. Но ты попроще к Катьке. Она подросток. Думает, что умнее всех.

– Как скажешь, – улыбнулся Миха.

Они подошли к дверям. На тонком плане здесь стоял барьер, через который Миха проходил вне тела. Дверь открылась. На пороге стояла Настоятельница Афанасия.

– Пришли таки. Заходите.

Они прошли внутрь и сели за стол. Повисло молчание.

– Сомневаюсь, что через тайгу пройдёте, – произнесла Тётя Фая. – Арии скоро вернуться надобно. Оставайтесь здесь. При монастыре женатым делать нечего. Поэтому поселитесь в домике у подножия. Только спите отдельно. Мне тут эманации не нужны. Гору помнишь?