Пираты, уверовав в счастливую судьбу своего атамана, решили идти вместе с ним на Ямайку. Каноэ, взятое в долг, они тащили на буксире. Это их спасло. Проходя мимо острова Пинос, они замешкались и налетели на рифы. Корабль с грузом затонул. Флибустьеры успели перебраться на каноэ. Так они и добрались до Ямайки.

…Возможно, суеверные пираты высоко чтили любимцев фортуны и остерегались ее пасынков. Во всяком случае, с этих пор звезда удачливого Бартоломео Португальца закатилась. «Кредит доверия» был подорван. Он уже не мог набрать хорошей команды. «Я видел. — сообщает писатель-пират Эксквемелин, — он умирал в такой нужде, какую редко встретишь на свете».

ГОСУДАРСТВЕННЫЕ РАЗБОЙНИКИ

9 сентября 1588 года в плимутский порт вошел тяжело груженный корабль «Желание». Встречали его торжественно. Он не участвовал в военно-морском сражении, однако потопил, пожалуй, больше испанских судов, чем любой английский корабль, выступавший против «Непобедимой армады». Вместе с тем «Желание» завершило третий кругосветный маршрут, причем в рекордно короткий срок — 2 года и 50 дней.

Вот донесение, представленное английскому правительству капитаном «Желания» Томасом Кавендишем: «Я пошел вдоль берегов Чили, Перу и Новой Испании, и везде я приносил большой вред. Я сжег и потопил девятнадцать кораблей, больших и малых. Все города и деревни, которые мне попадались на пути, я жег и разорял. И набрал большие богатства. Самым богатым из моей добычи был великий корабль короля, который я взял в Калифорнии, когда он шел с Филиппин. Это один из самых богатых товарами кораблей, которые когда-либо плавали в этих морях…»

Редкий случай: капитан перечисляет свои пиратские подвиги; за каждый из которых ему полагалось бы лишиться головы. Вот что означает состояние войны между государствами, когда злодейства и преступления засчитываются как доблестный удар по врагу. А ведь, по сути, морской разбой от этого ничуть не изменился. Более того, совершая свои пиратские подвиги, Кавендиш ничего не знал о морских баталиях Испании с Англией.

Томас Кавендиш

И все-таки трудно усомниться в том, что он «честный государственный разбойник», как бы нелепо ни выглядело такое словосочетание. Пиратствовал Кавендиш с полного согласия английского правительства. Награбленные богатства он регистрировал, не скрывая от казны и финансистов экспедиции. Наконец, он в некоторой степени проводил «разведку боем», собирая сведения о дальних странах, их богатствах, внешней политике, возможности торговли с ними и наиболее целесообразных маршрутах.

Сэр Томас вполне годился бы на роль романтического корсара, если б не суровый пиратский нрав. Впрочем, человеку более мягкому, сердобольному и бескорыстному вряд ли удалось бы совершить «кругосветку»: никто не потерпел бы такого командира, да и финансисты не доверили бы ему свои капиталы. Имея богатых компаньонов (по-видимому, и королеву в их числе, ибо она послала ему пожелание счастливого пути), он снарядил три судна. Флагман «Желание» был в полтора раза крупней «Золотой Лани» Дрейка. В команде Кавендиша были опытные матросы (и пираты): дюжина из них плавала с Дрейком.

21 июля 1586 года его корабли вышли в открытое море. За полгода они пересекли Атлантику, миновали Магелланов пролив (обнаружив разбитый корабль эскадры Дрейка, считавшийся пропавшим без вести). На Тихоокеанском побережье Южной Америки английские корсары грабили и сжигали испанские корабли, нападали на города.

Кавендиш предпочитал не оставлять пленных. Слух о нем пошел по побережью. Испанцы решили застать пиратов врасплох. Когда те в пустынной бухте приводили в порядок свои корабли, испанский отряд численностью более 300 человек напал на 80 пиратов. Потеряв нескольких матросов, Кавендиш… бросился в атаку! Разгромив вражеский отряд, англичане потопили корабли испанцев, а заодно ограбили пару поселков.

От пленного они узнали, что вскоре ожидается прибытие манильского галиона (или карраки) из Макао — крупнейшего торгового вооруженного судна, чем-то напоминающего гигантскую бочку. Водоизмещение его достигало тысячи тонн. Мощные борта, четыре палубы, высокие надстройки, тяжелые орудия превращали манильский галион в настоящую плавучую крепость. И понятно: было что охранять. Ведь в трюмах перевозились богатства, накопленные на Филиппинах за год. Маршрут, длившийся несколько месяцев только в одну сторону, держался в строгом секрете. (Временами он менялся, и длительность плавания увеличивалась; но это уже было личной тайной капитана и старших офицеров. Они отступали от надлежащего курса в попытках найти легендарные Серебряный и Золотой острова.)

В ноябре 1587 года Кавендиш встретил вожделенный галион. Пользуясь преимуществом в числе и маневренности, англичане атаковали гиганта. Бой длился более 5 часов. Галион обстреливали из пушек и мушкетов, убив и ранив многих испанцев. В нескольких местах удалось проломить ядрами борта. Некоторые пробоины были ниже ватерлинии. Корабль, накренясь, начал медленно погружаться. Капитан просигналил о сдаче в плен.

Драгоценности англичане вывезли в первую очередь. Взяв галион на буксир, они дотащили его до бухты, там основательно распотрошили, но не смогли разместить на своих судах даже половины его груза. Чтобы нанести ущерб враждебной державе, Кавендиш приказал полить палубу корабля смолой и поджечь. Это сделали в море. А испанцы были высажены на берег и снабжены парусиной для палаток и едой.

Загруженные до предела суда Кавендиша отправились через Тихий океан домой. Горящий галион ветром и течением отнесло к берегу, где он сел на мель. Начавшийся ливень и усилия нескольких моряков прекратили пожар. Затем испанцам удалось кое-как отремонтировать корабль и пересечь на нем Мексиканский залив.

Ну а Кавендишу посчастливилось добраться до Англии, хотя и на одном только флагмане — остальные суда пропали без вести. Добыча сторицей окупила расходы на экспедицию. Не менее важно было и то, что английские купцы и политики получали ценные дополнительные сведения о дальних странах и подходах к ним.

Кавендишу принадлежит честь быть третьим в мире кругосветным мореплавателем. Разбогатев, он три года проматывал свое состояние (вполне пиратское занятие), а на оставшиеся средства с помощью компаньонов организовал новую экспедицию. Он отправился в море в августе 1591 года с флотилией из пяти кораблей, рассчитывая еще раз обогнуть земной шар. Но судьба распорядилась по-своему. В мае следующего года Кавендиш погиб.

Кораблю из его флотилии «Черная Смерть» под командованием Джона Девиса год спустя улыбнулась удача. Ее можно сравнить только со встречей Кавендиша с манильским драгоценным галионом.

Девис получил сведения о том, что в Испанию должно отправиться судно с перуанским золотом. Поджидая его, «Черная Смерть» курсировала по Атлантическому океану недалеко от Магелланова пролива. Держались ближе к берегу. Наконец показался галион «Инфанта». Внезапная атака англичан застала испанцев врасплох. «Черная Смерть» пошла на абордаж…

И тут Девиса ожидала самая страшная неудача в его жизни: из пролива на всех парусах мчались три военных испанских корабля, сопровождавшие «золотой галион». Оставив в чужом борту абордажные крючья, англичане бросились в открытое море. Не тут-то было! Испанцы пустились вдогонку. Девису пригодилось его мореходное искусство. Они оторвались от преследователей. Но те по-прежнему шли за ними по пятам.

Ветер стих. Погоня продолжалась как бы в растянутом времени, замедленно. Туман пеленой укрыл корабль. Вдруг впереди возникли скалы. Корабль оказался в западне. Начнется ветер, сдует туман, и англичане окажутся лицом клицу с врагами. Положение казалось безвыходным. Ловушка!

Выход все-таки нашелся. Среди скал виднелась расселина и за ней крохотная бухта. Это была последняя надежда. Спустив шлюпки, англичане взяли «Черную Смерть» на буксир и на веслах затащили в расселину. Чуть в стороне, так, чтобы хорошо было видно с моря, разбросали на камнях запасные мачты, обрывки парусов, положили перевернутую шлюпку. На следующий день испанцы обнаружили эти предметы и, решив, что враги потерпели кораблекрушение, продолжили свой маршрут.