— Что произошло, когда он починил тебя?

— Мак все время посмеивался. Он был очень доволен собой и часто повторял: «Ну-ну, то ли еще будет, когда они увидят тебя!» Он был гением, понимаешь? Я спрашивал его, в чем дело, но он не рассказывал. По его словам, он хотел преподнести мне сюрприз. А потом он умер, и я так и не узнал…

— О чем не узнал?

— О вещах, на которые я способен. Вроде антигравитации. И о том, каким образом это мне удается. Иногда я не могу вовремя оценить обстановку — поэтому тебе и удалось справиться со мной своим боевым приемом. И поэтому я неправильно приземлился: мне не хватило времени точно рассчитать посадку. Пожалуйста, никому об этом не рассказывай.

— Ты шутишь? Конечно, я никому не скажу.

— Ученые разберут меня на части — им захочется выяснить, как мне удается делать подобные вещи, а я не хочу оказаться разобранным на части. Я буду рад им обо всем рассказать, но только если сам разберусь, в чем дело.

Джефф сел, обхватив руками свои грязные колени, и посмотрел на небо, светлевшее с каждой минутой.

— Знаешь, я готов поспорить, что это был чужой космический корабль, — прошептал он. — Ты можешь стать первым настоящим доказательством существования инопланетного разума за пределами Солнечной системы.

— Но ты ничего не скажешь? Ты же обещал! — с тревогой в голосе напомнил Норби.

— Я им ничего не скажу… друг. — Джефф взял Норби за руку и потряс ее. — Но нам пора.

— Пошли, — согласился робот. — Но это может оказаться непросто. Кажется, к нам приближается стадо слонов.

Шаги действительно приближались. Множество шагов. Джефф подхватил Норби и спрятался в кустах вместе с ним. По дорожке между деревьями спускалась группа людей с биноклями в руках.

— Птицелюбы, — прошептал мальчик.

— Кто они? — поинтересовался Норби. — Новая разновидность человеческих существ? Раньше я таких не видел.

— Это потому, что ты провел слишком много времени в космосе с Мак-Гилликадди, наблюдая за астероидами. Людям нравится наблюдать за жизнью животных. Эти, к примеру, наблюдают за птицами.

— Ты хочешь сказать, что они суют свой нос в птичья дела?

— Птицам это безразлично.

— Но разве они не могли найти себе занятие получше?

— Наблюдение за птицами — полезное дело. Ты хочешь, чтобы они просто ходили по парку и мусорили где попало?

— Птицы тоже мусорят, где попало. Они…

— Помолчи, Норби.

Лидер группы, пожилая леди в твидовом костюме, остановилась возле пруда.

— Это хорошее место для наблюдения за совами, — сообщила она. — Совы живут в Центральном парке начиная с прошлого века. До этого они время от времени останавливались здесь, но не оставались надолго. У них было достаточно крыс и мышей для пропитания, но либо воздух слишком загрязнен, либо город казался им слишком шумным. Так или иначе, они сочли цену за обилие пищи слишком высокой. Теперь же им нравится жить на Манхэттене, как и всем добропорядочным патриотам нашего города. По крайней мере, маленьким ушастым совам. Они свивают гнезда в кронах деревьев, и, поскольку солнце еще не совсем взошло, есть надежда, что мы увидим сову в полете.

— Я не хочу видеть сову в полете, — буркнул Норби.

— Что такое? — тревожно спросила женщина в твидовом костюме. — Кто это сказал? Если кому-то не хочется видеть сов, то почему он пришел сюда?

— Мне не нравятся совы, — заявил робот. — Они могут наброситься на меня.

— Только если ты будешь похож на крысу, — прошептал Джефф. — А ты не похож, хотя и ведешь себя как последняя крыса. А теперь замолчи!

— В кустах кто-то есть! — воскликнул мальчик, стоявший ближе всех к Джеффу и Норби. — Вон там!

— Грабители! — закричала девушка, размахивая своим биноклем. — Они нападут на нас и отнимут бинокли!

— Мне не нужны ваши бинокли, — возразил Норби. — Я могу пользоваться телескопическим зрением, когда захочу.

— Правда? — восхищенно спросил Джефф. — Это здорово!

— Может быть, это террористы Инга, — предположил какой-то мужчина. — Они проводят тайное собрание здесь, в парке.

В группе птицелюбов неожиданно воцарилась тишина. Джефф задержал дыхание, и даже робот на время затих.

В этот момент от ствола ближайшего дерева отделилась темная фигура и пролетела над головами незадачливых наблюдателей.

— На нас напали террористы! — завопил тот мужчина, который упоминал о них раньше. Женщина в твидовом костюме замерла с зачарованным видом, прижав руки к груди.

Она выглядела не испуганной, а наоборот, обрадованной и взволнованной.

— Посмотрите, посмотрите! Это большая серая сова! Канадские совы очень редко залетают так далеко на юг. Какая красота!

Но остальные не обращали на нее внимания. Они быстро отступали по дорожке, прижимая свои бинокли.

— Пошли обратно! — крикнул один из них. — Что толку наблюдать за птицами, когда террористы наблюдают за нами?

Джефф не мог этого вынести. Ему не хотелось выдавать свое присутствие, но у него не осталось выбора. Он встал и повернулся к женщине, которая привела группу:

— Я не террорист, мэм, и не грабитель. Я пришел сюда отпраздновать летнее солнцестояние, по нашей семейной традиции.

— Сова улетела, — печально сказала женщина. — Какая жалость!

— Чего жалеть-то? — проворчал Норби. — При ее размерах она вполне могла бы принять меня за мышонка.

Джефф толкнул Норби в бок:

— Стыдно бояться маленькой птицы!

— Маленькой? Почти четыре метра в размахе крыльев, и ты называешь ее маленькой?

— Тихо! — приказал кадет.

Робот замолчал, что-то бормоча про себя.

— Возможно, вы увидите сову еще раз, мэм, — произнес Джефф, обращаясь к женщине.

— Очень надеюсь на это. Увидеть ее однажды — это уже великая радость… но что это там прячется в кустах?

— Это… э-э-э… это мой маленький братик. Видите ли, он легко пугается.

— Ничего подобного! — возмутился Норби. — Я храбрый, как космолетчик.

— Как кто? — спросила женщина.

— Он говорит, что он храбрый. Он ничего не боится, пока знает, что может убежать.

— Я храбрый как лев! — крикнул робот.

— Он никогда не видел льва.

— Я видел львов на картинках, — возразил Норби. — У Мака на его корабле была старая энциклопедия. Я умею быть храбрым и не бегу от опасности.

— Твой маленький братик довольно хорошо говорит для своих лет, — заметила женщина, направляясь к кустарнику.

— Он очень одаренный, — согласился Джефф, загораживая ей путь. — Но очень застенчивый. Вы смутите его, если подойдете слишком близко. Разумеется, он много болтает, но только потому, что у него большая шля… я хотел сказать, язык без костей. А теперь нам действительно хотелось бы приступить к церемонии праздника летнего солнцестояния.

— Полагаю, мне можно посмотреть? — робко осведомилась женщина.

— Нет, нельзя, — крикнул Норби из кустов. — Вы пришли наблюдать за птицами, а не за мной.

— Он имеет в виду, что это личная семейная церемония, — извиняясь, объяснил Джефф. — По традиции, мы проводим ее в одиночестве.

— С вами все в порядке, мисс Хиггинс? — донесся крик из леса.

Женщина улыбнулась:

— Ну вот. Они очень испугались, но все же вернулись спасти меня. Как трогательно, не правда ли? — Она возвысила голос: — Со мной все в порядке, дорогие друзья! Сейчас я присоединюсь к вам.

Она снова повернулась к мальчику:

— Вы не хотите присоединиться к нашей группе в какой-нибудь другой день?

— Разумеется, — торопливо ответил тот. — Но не лучше ли вам вернуться к ним? Похоже, они умирают от беспокойства.

— Уверена, что так оно и есть. Мы встречаемся утром в каждую среду, а по особым случаям и в выходные дни. Я пришлю вам уведомление. Не будете ли вы любезны сообщить свое имя и адрес?