Она защебетала точно так же, как маленькая драконица, только гораздо громче.

— Что она говорит? — прошептал мальчик.

— Она говорит, что мы инопланетяне и нас нужно отвести к Великой драконице, чтобы научить разговаривать на нормальном языке.

— Чего же ты ждешь? Скажи ей, что умеешь говорить на их языке.

Норби издал быстрые переливы. Драконица ответила такими же звуками.

— Джефф, — простонал робот. — Давай уйдем прямо сейчас! Эта глупая рептилия оскорбила меня.

— Что она сказала?

— Она назвала меня бочонком, от которого пахнет гвоздями.

— Полагаю, она права. В нем действительно когда-то хранились…

— Можешь не заканчивать. Мы уходим.

— Нет, остаемся. Если мы убежим без оглядки, то заблудимся еще больше, чем сейчас. Давай послушаем, что она нам скажет.

Но драконица молчала. Вместо этого она наклонилась вперед, выхватила Норби из рук мальчика, а затем куснула Джеффа в шею. Облизнув губы, она поморщилась, словно попробовала на вкус что-то неприятное. Потом осторожно положила робота на землю и вернулась в замок.

— Норби, помоги! Драконица укусила меня! Она, наверное, бешеная. Меня укусил бешеный драконий вампир!

— Укус неглубокий, — сообщил робот, осматривая шею Джеффа. — Просто царапина. Даже крови почти нет. У меня такое ощущение, что она укусила тебя не случайно.

— У меня такое ощущение, что мне больно! А она всего лишь хотела, попробовать, каков я на вкус. В следующий раз она сделает из меня отбивную. Ты хочешь, чтобы меня съели драконы? Думай, ты, тупой бочонок! Верни нас домой! Отправь нас куда угодно: мне уже все равно, заблудимся мы или нет!

«Мой дорогой сэр, нет надобности так возбуждаться. Кем бы вы ни были, вы должны понимать, что для двух разумов необходимо нормальное общение».

У Джеффа отвисла челюсть. Он шумно перевел дыхание.

— Норби, я только, что слышал голос у себя в голове!

«Чтобы иметь возможность общаться с вами, мне пришлось попробовать вашу сущность на вкус, поскольку вы не понимаете звуковой речи».

— Послушай, со мной кто-то разговаривает!

— Это та самая хулиганка, Джефф. Драконица-мать. Не отвечай.

«Подождите, пока я не продезинфицирую себя и свое дитя. Мы прикасались к вам, а поскольку вы инопланетяне, то, должно быть, в вас кишат микробы…»

Джефф перевел дыхание.

— Это в тебе кишат микробы! — завопил мальчик. — Я наверняка заразился бешенством от твоего укуса. Где уж вам пользоваться зубной пастой, с такими-то зубами!

«Джентльмены так не выражаются. Я пользуюсь зубной щеткой и пастой так же, как и моя дорогая маленькая дочь Заргл. Видимо, вам лучше уйти. Ни один уважающий себя джемианец не захочет вас видеть. Сейчас я помещу гиперпространственные координаты этого мира в банк памяти вашего старого бочонка…»

— Старого бочонка? — взъярился робот.

«…и поблагодарю вас за уход».

— У тебя есть координаты, Норби?

— Да, но я не буду ими пользоваться. Не буду, если они получены от нее. Я не…

— Используй эти координаты немедленно, иначе я голыми руками разберу тебя на части и перепутаю так, что ты никогда не распутаешься!

Драконица появилась в дверях замка, держа дитя на руках и угрожающе взмахивая крыльями.

«Прочь! Прочь, грубые чудовища!»

— Давай же, Норби!

— Я стараюсь. Но ты в самом деле грубое чудовище, если угрожаешь так жестоко расправиться со мной, хотя всего лишь полчаса назад ты утверждал, будто любишь меня.

— Я действительно люблю тебя, но не сейчас рассуждать об этом. Поторапливайся!

— Дай мне сосредоточиться. Если ты будешь кричать и торопить меня, то я запутаюсь еще больше.

— Должен ли я напоминать тебе, что ты и без того невероятно запутан?

— Ну хорошо. У меня есть координаты этого мира, у меня есть земные координаты, и я сосредоточиваюсь на твоем брате. А теперь раз… два — надеюсь, это сработает… три…

Они летели над островом Манхэттен, и Центральный парк казался лишь полоской зелени далеко внизу.

— Мы летим слишком высоко, Норби, — крикнул Джефф, крепко державший робота под мышкой. — Спустись ниже, но не слишком быстро.

— Ты закрываешь ладонью два моих глаза. Я могу видеть только облака и голубое небо. О’кей, так лучше. Спускаемся!

— В парке какая-то толпа, — заметил кадет. — Они окружают полицейский участок. Спустись еще ниже; посмотрим, что там творится.

— А что, если мы приблизимся на расстояние выстрела из бластера? — спросил робот.

— Старайся держаться на безопасном расстоянии.

— Тебе легко говорить. Ведь летишь-то не ты.

— Давай же, Норби! Пониже!

Толпа бестолково сгрудилась, словно люди не знали, что им делать дальше. Многие собрались на прилегающих улицах, где не было движения транспорта. Группа инговцев стояла перед зданием полицейского участка с бластерами наготове.

— Расходитесь, мятежники! — кричал их главарь. — Расходитесь, иначе мы покроем парк вашими мертвыми телами!

— Ты полагаешь, он готов выполнить свою угрозу? — спросил Норби.

— Не знаю, — ответил Джефф. — Если Инг одержит победу ценой большой крови, он вызовет всеобщую ненависть к себе. Думаю, он это понимает и постарается захватить власть безболезненно. И все же если его люди потеряют самообладание…

— Похоже, они близки к этому. Смотри, там твой брат и его подруга из полиции. Видишь защитные экраны?

— Вперед, граждане, — послышался мощный голос Фарго. — Спасем наш любимый остров от Инга Бесчестного и его бандитов! Следуйте за мной!

Но на его призыв никто не откликнулся. Люди продолжали пребывать в нерешительности.

— Тебе легко говорить: «Следуйте за мной!» — крикнул кто-то. — У тебя есть защитный экран, а у нас нет.

— Хорошо, — крикнул в ответ Фарго. — Смотрите на нас, а потом присоединяйтесь. Давай, Олбани, отнимем у них бластеры!

— Возьмите их живыми! — скомандовал главарь шайки. — Инг заплатит большую награду за эту парочку!

Сражение началось. Фарго атаковал, молниеносно блокировав удар рукояткой бластера, а затем нанес своему противнику сильнейший удар в солнечное сплетение. Тот согнулся пополам и на некоторое время, потерял интерес к схватке.

Олбани Джонс обошла другого инговца, подманивая его к себе, словно пугливого зверька. Когда он бросился на нее, она развернулась и наклонилась, приняв удар на свое бедро. Потом схватила мужчину за запястье и перебросила его через себя на другого громилу. Оба растянулись на земле.

— Так их! — радостно завопил Норби. — Вырубить всех до единого!

— Их слишком много, — заметил Джефф. — Фарго и Олбани вскоре будут задавлены числом нападающих, если толпа им не поможет. Норби, отвези меня в другую часть парка! Может быть, птицелюбы все еще там.

— Какая от них польза?

— Мне нужна их предводительница, мисс Хиггинс. Меня поразили два ее качества: бесстрашие и энтузиазм. Это как раз то сочетание, в котором мы сейчас нуждаемся. Полетели, Норби! Если мы не сможем найти ее, нам самим придется присоединиться к Фарго, хотя нас одолеют, даже если будем вчетвером.

Они зигзагами летели над Центральным парком, высматривая небольшую группу людей под руководством женщины, одетой в твидовый костюм.

— Что сможет сделать одна безумная женщина, Джефф? — с сомнением спросил Норби.

— Точно не знаю, но я почему-то уверен, что она мажет нам помочь. И она не безумная. Она энтузиастка.

— Это они?

— Может быть. Спустись пониже и давай приземлимся на другой стороне, возле тех деревьев. Я не хочу напугать их.

Джефф и Норби осторожно выглянули из-за деревьев.

— Это она! — воскликнул мальчик. — Мисс Хиггинс! Мисс Хиггинс!

Дама остановилась и огляделась:

— Да, в чем дело? Кто-то увидел ушастую сову?

— Это я, мисс.

Некоторое время мисс Хиггинс непонимающе смотрела на Джеффа.

— Ах да, — наконец узнала она. — Молодой человек и его маленький братик. Вы встретились с нами на рассвете, а теперь желаете присоединиться к нашей послеполуденной прогулке? Как мило с вашей стороны!