Без стука распахнув дверь, в кабинет ввалилась бабка, тащившая огромную сумку. Убедившись, что они в помещении одни, поставила клюку в уголок, скинула стариннейший плащ и платок, превратившись в бандершу Василису, давнюю поставщицу девочек для увеселения Солдата и его людей. Выпрямившись, подошла к столу, водрузила на него сумку.

- Сегодня ко мне подъехали двое ребят. Просили передать тебе вот это, а на словах сказать: "Презент из Организации за Арсения".

Глазков помертвел. Только людей Ученого в такой ответственный момент ему и не хватало... Осторожно расстегнул "молнию", заглянул внутрь и отпрянул - там была голова Хана.

Несколько минут он сидел неподвижно, откинувшись на спинку кресла. Потом встал, налил полстакана водки, залпом выпил. Полегчало.

- Что за парни?

- Спроси, что попроще. В камуфляже, рыла в масках. Я поначалу решила ОМОН нагрянул.

Чертов Цезарь в свое время ввел моду на разборки выезжать в масках. Сам "завязал", а его привычки подхватила вся Организация. Теперь только по голосу и можно отличить одного бригадира от другого. Если голоса не знаешь, то верь на слово - кем представится, за того и принимай. И тем же Цезарем было взято за правило представляться другим именем. Последние два года братва уже и не пыталась понять, с кем же конкретно она имеет дело - кем бы человек из Организации ни представился, это не соответствовало действительности. Ментов они таким образом запутали капитально, а вместе с ними и братву. Но чтоб на разбор в "омоновском" обмундировании выезжали это что-то новенькое.

С другой стороны, больше и быть некому, кроме как беляевской братве. Менты не станут отпиливать головы и посылать их в качестве вызова на дуэль. А у остальных на это наглости не хватит. Глазков тяжело вздохнул. Значит, надо принимать вызов. Хотя стреляться не хотелось: в данный момент большая часть его людей была в разъездах, а тех, кто остался, перебить проще, чем два пальца обоссать. Договориться бы с представителем Ученого... А как наверстать упущенное, там видно будет,.

На Аничковом мосту стоит пьяный мужичок и пытается справить малую нужду через перила в Фонтанку. К нему подходят двое ментов. "Не положено, говорят, - пройдемте в отделение, гражданин". Мужик возмущается: "А, всяким графьям да баронам положено, а простому человеку - в отделение?!". Менты в недоумении: "Это как?" Мужик показывает на памятник: "Да тут даже памятник по этому случаю стоит!" Скрупулезный мент на слово не поверил, подходит и читает: "Отливал барон Федор Клодт"...

На самом деле там написано "лепил и отливал", но молва для большей забавности надпись сократила. Действительно, стоят по углам моста четыре скульптуры - фрагменты сцены укрощения дикого коня. Коренные петербуржцы на скульптуры внимания почти не обращают - для них они привычная часть пейзажа. Так что анекдот, скорее всего, придумали приезжие. А вот встречи на мосту назначать удобно. Он маленький, движение активное, но туристов привлекает всегда. И в толпе любующихся петербургскими видами затеряться очень просто - особенно если не хочешь привлекать излишнее внимание.

На двух мужчин среднего возраста, стоявших у перил, тоже никто не смотрел, хотя красоты моста их явно не интересовали. Более внимательный наблюдатель мог бы заметить, что на набережных одновременно с ними припарковались по две машины, полные серьезных молодых людей. А как же без охраны - ведь не для того, чтобы посмеяться над старым анекдотом, встретились два крупных питерских авторитета Солдат и Арсений.

...Глазков вальяжно оперся на перила, якобы невзначай огляделся. Нет, дежурных на мосту не наблюдалось, только туристы. Машины, приехавшие с Арсением, принадлежат не москвичам - в свое время удалось разжиться списком транспортных средств конкурента. Итак, человек Ученого на стрелку не явился. Не исключено, что уехал.

Он смерил Арсения презрительным взглядом, чувствуя явное превосходство - хотя бы в том, что миниатюрный вор никак не мог соперничать с ним в представительности сложения.

- Ну о чем побазарить хотел?

Арсений удивился:

- Я без переговоров могу обойтись. Или случай с Ханом ничему не научил?

Глазков фыркнул:

- У меня бригадиров много. Могу выделить парочку, чтобы тебя таким же образом на место поставить.

Тот пожал плечами:

- Для того, чтобы нажать на курок, много ума не надо. Но предварительно хорошенько поразмысли - хочешь ли ты связываться с Организацией? Решимости у них не меньше, а вот специалисты и оружие получше твоих.

- Понты кидаешь? А что не привел человека оттуда? Или он не дорос до чести участия в разборе на равных с тобой?

- Не посчитал нужным тратить время, - довольно-таки язвительно ответил Арсений. - Он сюда делом заниматься приехал, а не твой словесный понос выслушивать.

- За базаром следи, - Глазков начал злиться. - В общем, так. Если на Ученого киваешь, базарить я буду только с его человеком. Не с тобой. И пусть этот фраер докажет еще, что он из Организации.

Решив, что на сегодня достаточно, а в споре главное - оставить за собой последнее слово, Леонид Александрович невежливо повернулся спиной и, не попрощавшись, зашагал к своему "мерседесу". Не, ребят, это неинтересно, на дешевые понты вестись. Хан по-пьяни мог по собственной вине проколоться, еще не факт, что его именно москвичи выловили. Арсений нанял каких-нибудь мясников с Васильевского острова, выдал их за людей Ученого, а показать боится - настоящих крутых от разовых наемников за километр отличить можно. Не, пока не докажет, что за ним Организация, базарить не о чем.

Саша зашел в рабочий кабинет Арсения, переоборудованный из обычной девятиметровой комнаты. Тот весь погрузился в работу. Разложил на столе монеты, каждую брал специальным пинцетиком с деревянными губками, осматривал со всех сторон, сличал со списком и аккуратно опускал в приготовленную ячейку. Некоторое время понаблюдав за ним, Саша сунул руки в карманы.

- Арсений, как ты полагаешь, национальное достояние лучше за границу сплавить или сохранить для России?

Тот посмотрел на него, как на идиота.

- Заболел патриотизмом?

- Нет. Просто мне эта коллекция самому нравится. А? Как ты думаешь?

Арсений снял очки, тщательно протер платком, водрузил обратно на нос.

- В принципе, идея не так уж плоха. Заказчик разбирается в антиквариате весьма поверхностно, так что технически задача выполнима. Мало того, в таких случаях я всегда страхуюсь на случай возможного провала. Дубликаты трех четвертей экспонатов были изготовлены в нашей мастерской еще две недели назад. Остались самые сложные экземпляры, образцы которых мне раздобыть не удалось.

- А как он их через границу провозить намерен? Или это твои проблемы?

- Нет, мы рассчитываемся здесь. По вполне подлинным документам, в которых ясно написано, что данный гражданин Эстонии приобрел собрание копий старинных монет, изготовленных в ювелирной мастерской "Таирана". Я как владелец означенной фирмы имею лицензию, позволяющую изготовлять дубликаты любых антикварных изделий и выписывать на них документы.

- Ну и какие проблемы? По бумагам он копии повезет? Пусть все будет соответствовать действительности.

Арсений замялся.

- Видишь ли, будь он человеком менее скорым на расправу, я бы так и поступил.

- Ну, это элементарно. Я сообщу на таможню, что некий гражданин намерен вывезти краденую коллекцию. Его загребут, конкретно объяснят, что за убийство четырех человек и вооруженное ограбление его ожидает расстрел. Пересрет? Как пить дать. А потом экспертиза подтвердит, что гражданин вывозит действительно копии, тщательно изготовленные по снимкам многократно выставлявшейся коллекции. Мужик отправится домой с мокрыми штанами, но счастливый, что легко отделался. Потом пришлет кого-нибудь к тебе для разбора, а я ему доходчиво втолкую, что всего за четыреста тысяч баксов он имеет возможность выдавать свою коллекцию за подлинную, не имея при этом неприятностей с законом. Для убедительности могу инсценировать его собственный расстрел, чтобы полнее прочувствовал, что ему грозило в случае, если бы повез подлинники.