Пусть глядят из древней рощи
Мудрые зеницы Таары,
Из реки — святые тени.
Здесь мы, братья, кинем жребий.
Пусть решит, кому быть князем,
Править вотчиной отцовой,
Защищать народ любимый, —
А кому уйти отсюда
В чужедальние приволья,
Строить дом в краю безвестном! —
Братья выбрали три камня:
Кто сильней метнет свой камень,
Дальше всех его забросит?
К озеру они спустились,
Встали у воды все трое,
На песчаном побережье.
Так размыслили три брата:
«Нужно камень перебросить
Через ширь озерной чаши.
Тот, чей камень ляжет дальше, —
Позади воды, на суше, —
Тот и князем назовется.
Так, по отчему завету,
Судьбы братние решатся:
Двум из нас — пути открыты
В дальний мир, в чужие земли.
Третьему — остаться дома,
Быть хранителем отчизны».
Старший брат, боец могучий,
Молвил слово:
— Кинем жребий!
Долг мой, братья золотые,
Камень свой метать вначале;
Нашей матушкой любимой
Первым вынесен я к солнцу
Из раскрывшихся соцветий,
Из черемухи весенней.
Раньше вас окреп я силой,
Прежде вас на этом свете
Сладких ягод я отведал.
Званье старшего, быть может
Ваша ловкость завоюет, —
Я тогда не стану спорить,
Тайно злобствовать не буду.
Проторить тропу я должен,
Проложить другим дорогу.
Первым кину я свой камень, —
Он для вас, идущих следом,
Станет метой путеводной!
Тот, кто вздумает охаять
Все, содеянное раньше, —
Пусть он дом себе построит,
Пусть из бревен срубит стены,
Возведет крутую кровлю
И конек вверху поставит —
Там, где только ветры дули,
Бури торили тропинки, —
Он тогда уразумеет,
Что небрежными речами
Легче труд чужой охаять,
Чем работать с прилежаньем! —
Так промолвив, взял он камень
И занес его высоко,
Изловчился, развернулся,
Валунок в полет пустил он.
Камень взмыл на крыльях ветра,
Словно ветер, взвился к небу.
Оку видевших казалось:
Улетает камень-птица
К тем закраинам небесным,
Где лежит граница мира,
Где высокий купол неба
Прикреплен к земле широкой.
Вдруг ослаб в полете камень,
Рухнул с выси поднебесной,
Словно вихрь, упал он с неба,
С высоты упал отвесно,
Ухнул вглубь волны озерной,
Возле берега другого.
Воды гулко зашумели,
Волны бурно расплеснулись.
Камень лег на дне озерном,
На струистом тихом ложе
На глазах у всех глядевших.
Средний брат, боец могучий,
Так сказал, промолвил слово:
— Проложил мне брат дорогу,
Проторил он мне тропинку,
Впереди возвел хоромы,
Там срубил-сложил он стены,
Крепко сбил углы строенья,
Высоко стропила поднял.
Так и быть — по той тропинке
Вслед за ним я зашагаю! —
Так сказав, он поднял камень
Богатырскою рукою,
Валунок в полет пустил он.
Камень взмыл на крыльях ветра,
Раскрутился он со свистом,
С шумом вырвался на волю,
Словно ветер, взмыл он к небу.
Несся, тучи задевая,
Мчался, солнце затмевая, —
Выше-выше, дальше-дальше.
А как стал он книзу падать,
С высоты к земле понесся,
Рухнул он о край водицы,
Меж волной и твердой сушей,
Виден стал наполовину:
Половина — под водою,
Над водой видна другая.
Братья старшие метнули,
Очередь — за третьим братом.
Калевитян сын любимый,
Хоть и был моложе братьев,
Хоть бедней он был годами —
