И в одной стене увидел

Дверцу, спрятанную в нише.

Неприметную для глаза.

К этой дверце подошел он,

Пальцы протянул к задвижке.

Но в тот миг, когда хотел он

Ухватить рукой задвижку,

Дверца вдруг сама собою

С треском настежь распахнулась.

И оттуда, из-за двери,

Из глухой норы глубокой,

Вылетели ураганом

Первые в свирепых битвах

Воины владыки ада —

Те, которых он заране

Выбрал для защиты дома.

Ты видал ли на охоте,

Как вокруг Медовой Лапы,

Как вокруг Лесного Деда

Стая прыгает овчарок,

Измываясь над косматым,

Как за шкуру сына дебрей

Цапают собачьи зубы?

А медведь сидит на месте,

На бугре сидит, согнувшись.

Тяжело сопя да бедра

Охраняя от укусов.

Лишь порою он качнется,

Да махнет широкой лапой,

Да одну из остроклыких

Хватит лапой по затылку.

Взвоет, кровью обливаясь,

Уползет, визжа, овчарка

Издыхать в кусты лесные.

Так отмахивался Калев

От собачьей адской стаи:

Как отпустит оплеуху,

В новой не было потребы:

Одному одной хватало, —

Падал воин от удара,

Умирал от оплеухи,

Успокаивался, злобный.

После маленькой забавы

Все вояки околели:

Тридцать было их, отборных

Силачей, у князя ада.

Тридцать раз ударил Калев —

Тридцать мертвецов валялось

На полу, залитом кровью.

Это видевший Рогатый

Закричал с порога злобно:

— Что наделал ты, мальчишка,

Сумасброд пустоголовый?

Если шутки ты не понял,

Будет ссора пошумнее!

Пусть на мне вины не будет,

Пусть за все ты сам ответишь!

Ты — грабитель и разбойник,

Вор ты — вот кто! — вор бесстыдный

На добро чужое жаден,

На мошну чужую ловок!

Вор ты был и вором будешь,

Лиходей ты и разбойник!

Уж не думаешь ли ложью

Перед нами обелиться?

А не ты ли хищной лапой

Растащил мои достатки?

А не ты ль похитил шапку

Исполнения желаний,

Выкрал мой волшебный прутик,

Девушек унес из дому,

Из избы моей — тетерок?

А не ты ли, вор бесстыдный,

Сундуки мои очистил,

Золотой мой клад заветный

Выгреб длинными когтями?

Вот он, меч мой заповедный,

У тебя зажат в ладонях!

Золотой мой колокольчик

У тебя блестит на пальце!

Как же ты не вор, собака?

Разве есть прощенье вору? —

Калев-сын тотчас все понял,

А поняв, хитро ответил:

— Что старьем ты попрекаешь,

Древностью позавчерашней?

Храбреца широкой глотки,

Языком воюющего,

Прежде бабой называли,

Примиряющей детишек,

А мужчины разрешали

Несогласье честным боем, —

Слов на ветер не бросали,

Языком не молотили!

Сила в честном поединке

В старину решала споры!

Почему ты, жидконогий,

В лес бежал, укрылся в нору

Прежде испытанья силы,

Честного единоборства?

Почему ты ночью, подлый,

Не в своем являлся виде, —

В жалком образе ребенка, —

Раздражать мужей усталых,

Воровать у них похлебку?

Вылезай-ка из-за печи,

Выходи-ка вон из дому!

На простор пойдем открытый,

Чтобы спор наш стародавний

Верным способо. м закончить!

Я затем свой дом покинул

И топтал дорогу ада,

Чтоб мы равны в битве были,

Равны в мужестве и силе, —

Меч в ножны убрать хочу я,

Снять с мизинца колокольчик!

Так промолвив, славный витязь

Отвязал свой колокольчик,