Калев ростом став с мальчонку,
Принялся играть с сестричкой,
Расцвело у них веселье…
Так вдвоем они плясали,
Так по горнице кружились,
Словно вправду были дети,
Словно дом их был кленовый,
Пол — из дерева-ореха,
Двери, окна — из рябины,
Из черемухи — простенки,
Словно сами золотыми
Иль серебряными стали,
Словно стали соловьями,
Запевающими песни, —
Нынче нет таких напевов,
Песни лучшие забыты!
Пряха кликнула сестрицу —
Ту сестрицу, что с гусями,
С красноногими, гуляла.
Позвала сестру другую,
Ту, что золото литое,
Серебро перетирала,
Медь до блеска начищала.
Тотчас обе прибежали
Посмотреть на чужеземца.
Только глянули — сказали:
— Запереть нам надо кухню,
Наложить на дверь щеколду,
Все засовы позадвинуть,
Чтоб не вышла к нам старуха,
Праздник наш не омрачила! —
Наглухо замкнули кухню,
Где блины пекла старуха.
Билась та, как мышь в ловушке, —
Не могла войти к сестрицам,
Омрачить девичий праздник!
Калевитян сын любимый
Веселился беззаботно,
Трем сестрицам обещал он:
— Всех вас выведу отсюда —
Прямо к солнышку навстречу,
Всех избавлю от неволи.
Женихов для вас найду я,
Всем троим я стану сватом:
Пусть одну полюбит Сулев, —
Алев выберет другую,
Третью — мой оруженосец.
Ну, а сам я, паренечек,
Не дорос еще до свадьбы.
Где мне, слабому, жениться!
Надо стать на сажень выше,
Округлиться на два локтя,
Надо силами окрепнуть,
В сердце вырастить отвагу, —
А тогда уж и пускаться
В путь за курочкой домашней!
Нынче, ястреб кривоклювый,
Нынче, резвая кукушка,
Полечу в лесной ольховник,
Полечу в луга родные
Поискать иного счастья! —
Разрезвились молодые,
Было игр у них без счета.
В ворона они играли:
Калев — ворон, сестры — куры,
Злого козлика дразнили,
Перстень прятали-искали,
Тут была игра в соседи,
Тут была игра и в прятки,
Игр иных и не расскажешь,
Не споешь о них и в песне.
Да и песни позабыты:
Нет в уме былых напевов,
Нет в руках былого звона,
В сердце сладких заклинаний!
Отзвенят и дни забавы,
Отзвучат и ночи счастья,
Наша молодость завянет,
На щеках погаснет алость, —
Тут конец настанет песням.
Рано ль, поздно ли простятся:
Соловей — со вздохом ночи,
Жаворонок — с трелью утра,
И кукушка — с кукованьем,
И красавица — с весельем.
Если ж после долгой пляски
Да под дудку женихову
У тебя ни слез не будет,
Ни раскаянья, сестрица,
После доброго веселья, —
Вспомним праздник и прославим
Сладкой песней лебединой!
ПЕСНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Зрелище подземного мира. Первый поединок с Рогатым. Обратный путь.
Был бы песенник моложе,
Был бы он таким, как прежде, —
В полном радостном расцвете
Меж весной и жарким летом, —
Дня для песен не хватило б,
Не хватило б зимней ночи,
Распевал бы он неделю,
Две недели куковал бы,
Славя Калевовы игры,
Пляски девушек подземных, —
Пел бы так, чтоб гнулись рощи,
Чтоб, гудя, плясали скалы!
Но певец — петух рассвета,
Вечер дней своих встречая,
Нынче — лебедем осенним —
Взор печальный обращает
К золотому утру счастья —
К дням, когда в ковер веселья
Он вплетал цветы живые,
К дням, когда его любовно
