Ноги — в шелковых чулочках.
Прежде мы знавали счастье,
С красотой не разлучались,
Что ни день — то новый праздник!
Нынче — кутаемся в горе,
Нынче — алость щек девичьих
Вянет, выпита печалью.
Нынче стонем мы в неволе.
Тесно курочкам в амбаре,
Скучно в горнице голубкам,
Здесь никто нас не услышит,
Счастья нам не пожелает,
Не захочет нас засватать!
Плесневеем мы от скуки,
Мы мертвеем от печали,
День и ночь за прялкой сидя.
На любимого не глянешь,
Не подашь руки родному,
Дорогого не приветишь!
Хоть бы к нам жених приехал —
Хоть бы конь его, танцуя,
На заре вступил в ворота!
Хоть бы к нам жених приехал
Опечаленных утешить,
С огорченными поплакать!
Хоть бы Солнышко явилось
Нам на радость, на спасенье!
Хоть бы Месяц-сват приехал
Нас, унылых, позабавить,
Скорбных выкупить у горя!
Хоть бы друг Звезда явился,
Приголубил бы голубок,
Вызволил бы из неволи!
Пусть пришел бы, кто захочет,
Пусть бы с ветром прилетел он,
Пусть хоть бедный, хоть убогий!»
Калевитян сын любимый,
Услыхав девичью песню,
Приналег на дверь легонько —
Оттолкнуть хотел защелку,
Отогнуть засов железный.
Дверь стояла тверже камня:
Ни петля не шелохнулась,
Ни засов не отогнулся.
Богатырь неутомимый
Не хотел вспугнуть певунью,
Шумный голос свой умерил.
Тихо-тихо, тонко-тонко
Он запел такую песню,
Молвил он слова такие:
«Я пошел гулять по свету,
По лесам бродить пустился —
Грудь овеять вольным ветром,
Сбросить с плеч поклажу горя —
А зима бежала с улиц,
И луга помолодели.
Что в ольховнике нашел я,
Что в березнике я встретил?
Встретил четырех красавиц.
Повитель они щипали,
Выкорчевывали корни,
Торф носили из болота.
Льноголовы, чернобровы,
Белолицы и румяны.
Не посмел я их окликнуть,
Их обнять не стало духу.
Я домой пошел, тоскуя,
Я к дверям вернулся, плача.
Тут спросил отец сыночка,
Мать допытываться стала:
— Ты о чем, сыночек, плачешь,
Ты о чем весной тоскуешь?
— Горько я, отец мой, плачу,
Я, родимая, тоскую!
Утром встал я спозаранку,
Погулять пошел по свету.
Что в ольховнике нашел я,
Что в березнике я встретил?
Встретил четырех красавиц.
Повитель они щипали,
Выкорчевывали корни,
Торф носили из болота.
Льноголовы, чернобровы,
Белолицы и румяны.
Не посмел я их окликнуть,
Их обнять не стало духу.
Я домой пошел, тоскуя. —
Тут отец промолвил слово:
— Не печалься, мой сыночек!
Срезать лук тебе велю я,
Стрелы длинные наладить. —
Сын в ответ ему промолвил:
— Ох ты, батюшка родимый!
Лук сгибать какая польза?
Что за радость ладить стрелы?
Золотой мне нужен выкуп,
Серебра ты мне пожалуй —
Оплатить товар бесценный!
Я из города привез бы
Колец, лент, платков без счета
Да шелков прилавок целый, —
Заманил бы я красавиц! —
Взялся я коня лелеять,
Стал я холить верхового,
Нарядил его, украсил,
Серебром всего обвешал,
Золотой взнуздал уздечкой,
Бархатом обшил седельце,
Я приехал издалека
Добывать себе невесту,
Прискакал к воротам вашим,
В ваши двери постучался».
Услыхала песню пряха,
Так в ответ прощебетала:
— Здравствуй, братец деревенский,
Золотой мой паренечек!
В добрый час ты к нам приехал
