****

Мир № 5649461654aFG8554df/55dk54542q9

Цунаде Сенжу была в ярости и одновременно в отчаянии. То, что случилось прошлой ночью в деревне превосходило все мыслимое и немыслимое. А ведь неделя началась так хорошо. Узумаки Наруто вернулся из своего путешествия и показал довольно неплохие результаты на испытании. И его вполне можно было отправлять на миссии.

Но то, что случилось наутро, потрясло всю деревню. А сама она отправила в госпиталь всю охрану из АНБУ, что не успели от нее удрать. После их бы ждал трибунал, ведь они проворонили, как кто-то незаметно пробрался(!) в её личные апартаменты(!!), смог проделать то, что было сделано(!!!), при этом опять же оставшись не замеченным, и сумел также тихо уйти.

Когда она найдет того, кто это сделал, он будет страдать, очень-очень долго! Этот урод надругался над ней применив какую-то медицинскую технику и уменьшил ей грудь! Да так, что её ученица Харуно на её фоне выглядела пышногрудой.

И она бы бросила все силы на поиск ЭТОГО, но он был не один, или владел какими-то техниками. Скала Хокаге также подверглась акту вандализма. Её лик был полностью заменен на ростовую статую на всю высоту скалы, детализация превосходила даже статуи Первого и Мадары в долине завершения. И можно было сказать спасибо скульптору, если бы не поза. Не то чтобы разврат, но все достоинства эта поза подчеркивала, особенно пышную грудь. Которой сейчас не наблюдалось у оригинала вообще. Можно сказать это был добивающий удар по её достоинству.

Но пострадал не только её лик. Статуя Четвертого также была выполнена в полный рост, а сам он облачен в странный облегающий костюм, подозрительно напоминающий тот, что носит Майто Гай, но со знаком молнии на груди, костюм еще закрывал большую часть лица, а на месте ушей также были молнии.

Третьему также сделали статую в полный рост, вот только тело было макаки, с бананом в одной лапе.

Со Вторым тоже статуя в полный рост и она впечатляла. При взгляде на Второго все непроизвольно сглатывали, он казалось излучает мощь и властность. Первый рядом практически терялся, несмотря на детализацию, статуя показывала его простаком и весельчаком.

Пятая была готова рвать и метать, ведь НИКТО не обнаружил того, что случилось до утра! Но порвать и разметать не вышло. Как оказалось эти происшествия были далеко не последними случившимися этой ночью. К ней выстроилась целая вереница из тех, кто хотел пожаловаться на некомпетентность АНБУ и доложить о случившемся у них происшествии.

Первым к себе Цунаде вызвала главу клана Нара, нужно было проанализировать все случившееся и вычислить виновных в этом.

Шикаку Нара имел вид уставший и взмыленный. Он поведал, что встав посреди ночи по нужде обнаружил на соседней подушке записку, в которую воткнули кунай. От осознания того факта, что кто-то легко пробрался и проделал такое, ему чуть не отпала необходимость отлучаться справлять потребности.

Дальше — хуже. Записка была написана кровью. На листе бумаги был нарисован схематический глаз и была надпись «Я знаю, что вы сделали прошлым летом». Кровь была отдана на анализ, а весь клан поднят и отправлен перерывать архив с отчетами о миссиях, в которых участвовали члены клана прошлым летом. Нужно было понять, кому они перешли дорогу. Ведь записка была написана кровью Шикамару, с ним самим все было абсолютно нормально, разве что его тоже разбудили среди ночи и как и всех отправили анализировать имеющую информацию. Но намек был крайне большим.

С запозданием пришел глава клана Яманака, по нему сразу было видно, что его тоже посетили сегодня ночью. Как поведал Иноичи некто незамеченным проник на территорию клана, обрил налысо всех мужчин клана, а так же усадил на стулья, кресла, а кому не хватило на табуретки и как-то прикрепил. И даже, по доброте душевной, чтобы тем было легче передвигаться, приделал к ножкам колесики. И все это проделал так, что никто даже не проснулся!

Заходил и хмурый глава клана Акимичи. На все вопросы о своем настроении ответил, что у клана пост. Объяснять, что это такое не стал, но давился зеленью с кислым видом.

То, что у всех членов клана Инузука отросли собачьи уши и хвосты, а члены клана Курама аналогично обзавелись лисьими атрибутами, ну и волосы у всех перекрашены в рыжий, не вызвало бурной реакции.

Абураме не явились, у них мутировали жуки, но, судя по докладу АНБУ, клан был такому только рад. И это было жутко. Ведь радостный смех с территории этого клана не слышали со дня основания Конохи.

В момент когда в кабинет вошел Ибики Пятая чуть не навернулась с кресла под стол. Только годы проведенные с Орочимару и Джирайей позволили удержаться, а вот АНБУ сидевший на потолке такого жизненного опыта не имел и свалился.

Морино был одет в обтягивающий черный кожаный костюм… явно женский, обут в туфли на высоком каблуке, на ногах чулки сеточка, на руках кожаные перчатки до локтя, на поясе в специальном креплении была плетка. Вкупе с его очень мрачной мордой и Яки, такой вид заставил бы допрашиваемого сознаться во всем.

За ним следом вошла Митараши Анко, тоже сменившая стиль. На ней было надето закрытое пышное платье, юбка которого касалась земли, на руках перчатки, а на голове чепчик.

Оба поведали, что ЭТО не снимается, точнее снять на некоторое время чтобы принять душ или сходить в туалет можно, а вот в другое время никак. Разрезать или еще как навредить костюмам возможности нет.

Глава отдела дознания ОЧЕНЬ просил, когда этого деятеля поймают, отдать его ему. А уж он-то…

От предвкушающей улыбки и общего вида Ибики поплохело всем.

После визита Данзо Цунаде захотела напиться. Когда в кабинет вошел смутно знакомый парень лет двадцати, она хотела устроить еще одну выволочку подчинённым, за то, что пустили постороннего, но оказалось, что это Шимура помолодел.

Напиться не вышло. В ящике стола, где была припрятана бутылка саке, обнаружилась записка «Женский алкоголизм неизлечим, но мы не сдаемся!». Пришлось доставать новый стол.

Добил всех Хатаке Какаши, который цветом лица сравнялся со своими волосами. Заикаясь он поведал, что проснувшись обнаружил в своей постели девушку. Цунаде уже хотела прибить этого шутника, но он сказал, что этой девушкой оказалась Нохара Рин, покойная, а ныне вполне себе живая. Все это время Хатаке подозревал двойника и вел проверки, которые показали, что это действительно та самая Нохара Рин.

И как добивающий удар стала новость о свадебной церемонии в клане Хьюга. И все бы ничего, если бы женихом не был Узумаки Наруто.

Глава клана Хьюга на вопрос — «КАКОГО БИДЖУ ВЫ ТВОРИТЕ?». Ответил, что этой ночью к нему пришли все четыре мертвых Каге и начали убеждать его в том, что породниться с Узумаки просто жизненно необходимо. И сколько бы Хиаши не пучил бьякуган и не говорил «КАЙ» они никуда не девались.

И ведь убедили к середине ночи. А после Четвертый метнулся за выпивкой, чтобы отметить сие событие. И они отметили. Да так, что наутро доложить о произошедшем было сложно, да и пропажу химе клана они обнаружили только когда «бессознательную» Хинату на руках в клановый квартал доставил Наруто.

Он, краснея и запинаясь, рассказал, что обнаружил её у себя в постели, когда проснулся, а так же плакат через всю спальню с надписью «Возьми на себя ответственность, Дубина!».

Хиаши решил, что надо ковать железо, пока горячо и устроил церемонию. Тем более новая наследница клана, на замену Хинате, есть.

Правда, Нейджи-чан не особо радовалась избавлению от печати и зареклась когда-либо завидовать Хинате, а то ведь чего доброго можно будет проснуться наутро замужем и с детьми.