— Ну, дерьмо, — наконец сказал Рандидли, после чего началась долгая полоса кашля. Он выплюнул на землю некую неопределенную частицу, а затем поморщился. — Я чувствую себя. отвратительно. И, кажется, это дерьмо у меня по всей голове. Хех, мои волосы стали длиннее?
— Я мало что могу разглядеть в твоих волосах из-за всей этой дряни на тебе. но у меня есть хорошие и плохие новости. С каких начать?
— Опасные новости? — В воздухе внезапно появилась тяжесть, и Рендидли посмотрел на Хелен острыми глазами. Ее рот дернулся, и она поспешно покачала головой, чтобы разрядить обстановку. Опасное выражение с лица Рендидли исчезло, и он на несколько секунд задумался. — .ладно, сначала я выслушаю неопасные хорошие новости.
— У нас у каждого есть отдельная ванная комната, — объявила Хелен и указала на дверь в другом конце комнаты. — Я не знаю, как им это удается при местной температуре, но у них есть работающие душевые лейки. Не такие сложные, как в Экспире, но определенно лучше, чем окунаться в бочку, как на Теллусе.
— А плохие новости? — Рендидли работал над своей талией, убирая огромную кучу жижи, которая покрывала его поясницу и бедра.
Хелен набралась храбрости и посмотрела с крайним сожалением.
— Это дом Морозной Матриарха. Здесь нет горячей воды.
— Ха, — фыркнул Рандидли. Затем он покачал головой. Почти сразу же Хелен почувствовала изменение температуры в комнате. Рендидли выделял тепло эффективнее печи, даже когда он ухмылялся ей.
Черт бы побрал этот побочный эффект от всех твоих физических тренировок , — кисло подумала Хелен, когда Рендидли отвернулся и неуклюже похромал в сторону ванной комнаты, его ноги все еще были частично скованы. В данный момент казалось, что он несет гипсовую опухоль размером с чемодан на пояснице. Как только он ушел, Хелен лишь мимолетно взглянула на красноватую кучу грязи и мусора, которую Рендидли оставил на полу, прежде чем повернуться и вернуться в свои покои. Пока он не закончит приводить себя в порядок, Хелен планировала медитировать на свой образ.
Она села на пол и быстро настроилась на нужный лад, но вскоре ее отвлек постоянный поток пара, вытекающий из-под двери ее собственной ванной комнаты в ее комнату отдыха. Две ванные комнаты были зажаты между ее и покоями Рандидли, поэтому шум, который он производил, проникал в ее комнату. Это было вдвойне неприятно, не только из-за того, что это отвлекало ее от тренировок, но и из-за ее собственных мучительных ощущений во время очищения. Но вот Рендидли каким-то образом умудряется превратить все крыло комплекса Морозной Матриарха в сауну.
С пульсирующей веной на лбу Хелен закрыла глаза и игнорировала повышение температуры и влажности. К счастью, похоже, Рендидли не испытывал трудностей с очищением; пять минут спустя в ее дверь постучали. Но чего она
ожидала, так это того, как неловко звучал Рандидли, когда прочистил горло за дверью.
— А. мм, произошли некоторые. изменения с моим телом из-за Мрачной Химеры. Так что.
Он замолчал, все еще скрытый дверью. Глаза Хелен заблестели при виде явной уязвимости Рандидли, она вскочила на ноги и быстро подошла к двери. Ее губы постоянно дергались, когда она положила руку на дверную ручку, поэтому Хелен изо всех сил старалась скрыть свои эмоции.
Изменения? В его теле? Хех, слишком много использовал Мрачную Химеру, и вдруг ты выглядишь как монстр? Поделом тебе. Тск, тск, кекекеке, мне не следовало этого говорить. но такая красивая женщина, как Вуалла, действительно согласится на какого-то ужасного скелета? Ах, извини, Невея
Несмотря на свои блуждающие мысли, Хелен открыла дверь в свою комнату с большими надеждами. Однако, когда она увидела правду о Рандидли, она мгновенно впала в оцепенение.
Первое, что она заметила в нем, это его волосы; он не шутил, говоря, что они отросли во время его предыдущих мучений. Волосы Рендидли висели густыми и тяжелыми, перекатываясь через его плечи и ниспадая примерно до его талии. В данный момент они были еще мокрыми, поэтому плотно прилегали к его телу. Цвет остался черным, но когда на них попадал свет нужным образом, сквозь них проступали изумрудные нити.
Кроме того, подозрения Хелен, что лицо Рендидли стало ужасным, оказались совершенно ложными. Во всяком случае, кхм, Рендидли стал немного привлекательнее, в эстетическом смысле. Изумрудный цвет его глаз в данный момент выглядел особенно ярким, а его скулы и челюсть казались более четкими, чем раньше. В обрамлении его темных волос.
Хелен моргнула и внимательнее посмотрела на тело Рандидли.
Его кожа. она не особо потемнела, но там, где раньше он был слегка загорелым, теперь он выглядит более металлическим, ближе к бронзе. Его вены больше не так легко разглядеть сквозь кожу, но. Рендидли поднял руку и откинул назад свои струящиеся волосы, которые спадали на его грудь, чтобы она могла лучше рассмотреть структуру его костей. То, что Хелен увидела в линиях ребер Рандидли, больше соответствовало его превращению в монстра. Она внимательнее изучила Рендидли и затем была вынуждена втянуть воздух. Казалось, он все еще был такого же размера, как и раньше, но если раньше он был покрыт сухими мышцами, то теперь он был истощен.
Похоже, что его кости выросли и теперь затмевали его мышцы, а не то, что он атрофировался или был вынужден потреблять свои мышцы для получения энергии. Его скелет стал больше.
Но, опять же, дело было не только в этом. Форма его скелета изменилась едва заметно. Кости его плеч и предплечий утолщились и вытянулись, сдерживая расширение его плоти. Это было похоже на то, что в его тело были вставлены несколько кусков естественной брони.
— Определенно есть изменения, — наконец сказала Хелен. Но она могла только пожать плечами, глядя на выражение лица Рандидли. — Но ты думаешь, что эти мелочи действительно имеют значение?
Выражение лица Рендидли было мрачным. Он вздохнул.
— Ты еще не видела худшего.
Из-за спины Рендидли показалось робкое мерцание. Огромный, толстый, как кулак Хелен у основания, двухметровый, лесной зеленый хвост, покрытый шерстью, метался из стороны в сторону перед глазами Хелен. Когда у нее отвисла челюсть, выражение лица Рендидли смялось.
— Кхм, — Хелен похлопала себя по груди и уставилась на естественные грациозные движения нового хвоста Рандидли, который волновался за его спиной. — Я могу. потрогать его?
В конце концов, Рендидли прогнал внезапно воодушевившуюся Хелен и вернулся в свою комнату, чтобы мрачно представить будущее, в котором все его штаны придется подгонять под хвост. Рендидли сел на пол, и его очень длинные волосы рассыпались вокруг него. Единственным беспокойством были почти постоянные, подсознательные движения его хвоста, которые сдвигали завесу волос туда-сюда.
Рендидли поморщился и подумал о том, чтобы немедленно выхватить Акри, чтобы отрезать большую часть волос, но решил, что этого опыта с Мрачной Химерой, вероятно, достаточно, когда дело доходит до самостоятельной корректировки своей внешности. Он мог бы обратиться за помощью к кому-нибудь другому, чтобы было на кого свалить вину, если что-то пойдет не так. Рендидли поправил свое положение с нахмуренным лицом.
Его лицо Наличие хвоста значительно затрудняло сидение, скрестив ноги, больше, чем он ожидал.
С одной стороны, он проклинал Грима Химэру за то, что тот так вольно обошелся с его телом. Это раздражение усугублялось его ментальным состоянием. Его разум все еще был несколько утомлен после того, как он послужил буфером в Нижнем Ритуале, но, придя в себя, он заставил себя полностью пробудиться и убедиться, что в текущей ситуации нет никаких скрытых опасностей. К счастью, Хелен позволила Ледяной Матриарху унести их обоих.
Искатели Вершины были такими же эгоистичными, как и другие фракции, но, по крайней мере, их требования были относительно просты, и они платили по своим долгам. Если спасение Клодетты по прихоти принесло Рендидли несколько дней защиты, это определенно того стоило.
Рендидли также понимал, что не может слишком сердиться на Грима Химэру за то, что тот вырастил ему настоящий хвост, соответствующий его образу. Частью изменений, внесенных Гримом Химэрой, было изменение основных суставов его тела, чтобы добавить больше гибкости. Кроме того, кости Рендидли были выращены и укреплены, что привело к сильному наклону вперед в скелете, который был почти вдвое тяжелее прежнего. Рендидли понял из своих немногих неуклюжих попыток движения, что хвост был необходимым злом для уравновешивания этого веса.
