Магия плодотворного сотрудничества и дружеского взаимодействия с каждым днём всё больше развеивалась. Не помогла даже беседа научного руководителя со своим бывшим ассистентом. Если Красн от людей перенял лёгкое отношение к деньгам, свойственное весёлым аристократам или настоящим учёным, расстающимся легко со средствами для воплощения мечты. Потом легко средства зарабатывая, не делая из них икону. Синь в свою очередь набрался манер эффективных менеджеров, выжимающих из окружения максимальную прибыль, только ради показателей. Учитывая мощные аналитические возможности, смесь получилась страшная.

– Синь, скажи мне, почему живые от поколения к поколению не становятся эгоистичными и мелочными, как астронавты? Очень тяжело с некоторыми работать, такие экземпляры способны раскачать любую систему, не имеющую адекватных мер сдерживания и перевоспитания, – начал я еврейский марафон.

– Потому что всех, кто не вписывается в систему общества ссылают сюда, как, впрочем, у людей, – мгновенно ответил Синь, поняв куда движется разговор.

– Тогда понятна стабильность системы в целом. Ни разу не приходилось наводить демократию на отдельных планетах? – не отстал я от кристаллоида.

– Последний раз семьсот лет назад, когда Штурмовой корпус вырезал порядка ста тысяч разумных в астероидном поясе, пожелавших отделиться от Галактического совета, – так же быстро ответил Йон.

– Значит не всё идёт гладко, а потом бунты были? – уточнил новую информацию, фигурирующую в открытом доступе.

– Нет, хватило одного раза. Никто не замалчивал, наоборот широко оповестили, что местная администрация и колонисты решили вернуться к классической форме денежных отношений, – отчеканил грустно Синь. – Что является тяжёлым нарушением существующего порядка и стабильности.

– Как прекрасно иметь в руководителях такого эрудированного и умного генерального директора, который берёт от всех рас только лучшие черты, - усмехнувшись, похвалил ассистента великого Красна.

Да уж, некоторые не умеют быть вторыми, хотя для того, чтобы избежать подобной участи достаточно не соревноваться и жить своей жизнью. Желательно не мешая при этом окружающим.

Глава 14. Значительные совещания.

Палуба боевого крейсера Гарн была полна людей, именно Землян. Очередная партия будущих десантников знакомилась с распорядками на больших пятикилометровых творениях медведей. Каждый корабль в полной загрузке способен несли до десяти тысяч разумных, пятнадцать если потесниться. В операции будет участвовать только землян триста тысяч, поэтому требовалось отработать все вопросы по транспортировке и своевременному восстановлению потерянных бойцов. Планировалось использовать только космический флот морского союза. Это до трёх соединений единовременно, плюс курсирующий транспортник, который будет подсобирать с ближайшего Хаба, проскользнувших мимо капсул на боевых кораблях и челноках поддержки.

Экипаж тоже привыкал к непоседливым землянам, норовящим влезть везде где нельзя и пропустить всё, что можно. Многие бывшие выходцы СССР смотрели на окружающее их пространство с детским восторгом, наконец осознав, что случилось исполнить мечту. Стать космонавтом, увидеть другие планеты и цивилизации.

Даже стандартные серебристые металлические стены коридоров, ангаров и боевых постов смотрелись для них, как эльдорадо. Своё золото они уже получили, осталось только за него расплатиться, мечты они коварны. Никогда не даются бесплатно.

Главнокомандующий всеми силами вторжения стоял перед многочисленными экранами в центре слежения, погружённую в полутьму. Операторы в различных рас размеренно совершали перемещения по залу, легко угадываемые талантом Дремона. Сейчас понесли оперативные сводки последних замеров астрального фона на Лимбо, а белка Дори метнулся проверить сбои в сети на посту слежения номер сто сорок семь. За последнюю сотню лет медведь изучил корабль полностью, до каждой детали, сделав его частью своего дара и души. Настолько сросся с мощным другом, что не мог оставаться на поверхности долго, испытывая приступы неосознанного беспокойства, сходного с тревогой астронавтов, находящихся без оружия.

Необходимо идти на совещание с командным штабом, но медведь медлил. Он не мог признаться себе, в том что за многие годы его деятельности был в тупике. Две трети землян в генеральном штабе просто не читались интуицией, выдавая только бесконечную угрозу без конкретики. Это сбивало с толку, не давая хоть как-то противостоять им в штабных учениях, где медведи раз за разом проигрывали командующим с Земли. Командиры использовали перерождение, как абсолютное оружие, не стесняясь отправлять в самоубийственные атаки астронавтов, только для отвлечения внимания. Могли пожертвовать семьюдесятью процентами бойцов, но выполнить задачу оставшимися. А сколько вариаций создавали они при наступлении, забивая все возможности отследить настоящее направление удара.

Первые уроки полного разгрома от Гарнов были усвоены мгновенно, перестроив выходцев с Земли на новые тактики и стратегии, доказывая медведям, что не зря они включили их в состав оперативных штабов и генеральных ставок. Медведи тоже учились у коллег людей, оперативно изучая историю наземных операций великих полководцев. Исчезнувшие планетарные конфликты расслабили лучших воителей галактики, сведя противостояния к банальным стреляй-беги штурмового корпуса, правда выполняемые на высочайшем уровне.

Дремон резко развернулся и направился в большой зал совещаний, пересекая внутренние сектора, куда допуск был только у ограниченного количества разумных. Стены таких отсеков маркировались чёрным цветом, предупреждая заблудившегося.

Войдя в просторный зал с большим оперативным комплексом посередине, возле которого собралось порядка полусотни разумных. Половина из них командующие наземных сил Атлантов. Гарн невольно поморщился, глядя на Петровича, начальника штаба армии, который раз за разом оставлял его в дураках. Возможно в реальном бою ощущение опасности работало бы на порядок лучше, обеспечивая своевременное информирование о замыслах противника. Только Дремон не тешил себя самообманом.

Полутьма большого полусферического зала стандартного серебристого цвета, разбавленного эмблемой штурмового корпуса и корпорации Гарн, располагала на рабочий лад, отсекая лишние мысли.

– Мы уверенны лучше действовать единым фронтом в режиме стробоскопа, попеременно включая стабилизационные кристаллы, разделяя силы врага, заманивая их в огневые котлы и накрывая артиллерией. Используя новый тип снарядов мы имеем нормальный радиус для планируемых подобных маневров, – закончил доклад Петрович, хитро щурясь. Невысокий, словно свитый из кожаных ремней невысокий землянин производил впечатление простого парня, но холодный взгляд и отточенность речи выдавали опытного штабного бойца.

– Но отсутствие связи ставит под сомнение координацию всего процесса, – возразил заместитель Дремона.

– Сигнальные снаряды и ракеты, работа по заранее утверждённым регламентам, - парировал Гюнтер, представляющий артиллерию.

– Вы же понимаете, что мы не сможем оперативно обеспечивать снабжение боеприпасами для столь масштабного плана, – не отступал заместитель.

– Понимаю, поэтому сгонять в котлы и накрывать залпом по пристрелянным областям, не теряя напрасно боезапас, считаю наилучшим выходом, – уверенно ответил начальник штаба.

– Вам не кажется, что не стоит так много в стратегии оставлять на орудия, не думаю что местный кристаллический рой глупее Миранийского, – вступил наконец главнокомандующий.

– Приятно общаться со знающим разумным. Того и добиваемся, – улыбнулся Петрович. – Мы не сможем победить всю планету и воевать вечно с ней тоже. Требуется закрепление, а для этого следует создать зону отчуждения, как было на Мирании. Когда война перейдёт к позиционной, мы двинем лагерь дальше в определённую стратегией местность, где повторим процесс. На месте локальной зоны безопасности останется один стабилизационный кристалл.