1829

НЕВЕДОМАЯ СТРАННИЦА

Уже толпа последняя изгнанников

Выходит из родного Новагорода,

Выходит на Московский путь.

В толпе идет неведомая женщина,

Горюет, очи ясные заплаканы,

А слово каждое — любовь.

С небесных уст святое утешение,

Как сок целебный, сходит в душу путников,

В них оживает свет очей.

Вокруг жены толпа теснится, слушает;

Услышит слово — сердце расширяется

И усыпляется печаль.

Уже темнеет небо, путь туманится.

Идут... Но в воздух чудная целебница

С пути подъемлется, как пар.

Чело звездами светлыми увенчано,

Чем выше, всё летучий стан воздушнее

И светозарнее чело.

В тумане с нею над главами странников

Не ангелы, но, как она, небесные,

Мерцая, медленно плывут.

Плывет она, и с неба слово тихое

Спадает, замирает в слухе путников,

Не прикасаясь до земли.

«Забыта Русью божия посланница.

Мой дом был предан дыму и мечу,

И я, как вы, — земли родной изгнанница —

Уже в свой город не слечу.

Вас цепи ждут, бичи, темницы тесные;

В страданиях пройдет за годом год.

Но пусть мои три дочери небесные

Утешат бедный мой народ.

Нет, веруйте в земное воскресение:

В потомках ваше племя оживет,

И чад моих святое поколение

Покроет Русь и процветет».

   1829 или 1830 (?)

«ЧТО ЗА КОЧЕВЬЯ ЧЕРНЕЮТСЯ...»

Что за кочевья чернеются

Средь пылающих огней? —

Идут под затворы молодцы

За святую Русь.

За святую Русь неволя и казни —

Радость и слава!

Весело ляжем живые

За святую Русь.

Дикие кони стреножены.

Дремлет дикий их пастух;

В юртах засыпая, узники

Видят Русь во сне.

За святую Русь неволя и казни —

Радость и слава!

Весело ляжем живые

За святую Русь.

Шепчут деревья над юртами,

Стража окликает страж, —

Вещий голос сонным слышится

С родины святой.

За святую Русь неволя и казни

Радость и слава!

Весело ляжем живые

За святую Русь.

Зыблется светом объятая

Сосен цепь над рядом юрт.

Звезды светлы, как видения,

Под навесом юрт.

За святую Русь неволя и казни

Радость и слава!

Весело ляжем живые

За святую Русь.

Спите, <равнины> угрюмые!

Вы забыли, как поют.

Пробудитесь!.. Песни вольные

Оглашают вас.

Славим нашу Русь, в неволе поем

Вольность святую.

Весело ляжем живые

В могилу за святую Русь.

   1830

СЛАВЯНСКИЕ ДЕВЫ

Песнь первая.

СЛАВЯНСКИЕ ДЕВЫ

Нежны и быстры ваши напевы!

Что ж не поете, ляшские девы,

В лад ударяя легкой стопой?

Сербские девы! песни простые

Любите петь; но чувства живые

В диком напеве блещут красой.

Кто же напевы чехинь услышит,

Звучные песни сладостных дев, —

Дышит любовью, славою дышит,

Помня всю жизнь и песнь и напев.

Девы! согласно что не поете

Песни святой минувших времен,

В голос единый что не сольете

Всех голосов славянских племен?

Боже! когда же сольются потоки

В реку одну, как источник один?

Да потечет сей поток-исполин,

Ясный, как небо, как море широкий,

И, увлажая полмира собой,

Землю украсит могучей красой!

Песнь вторая.

СТАРШАЯ ДЕВА

Старшая дочь в семействе Славяна

Всех превзошла величием стана;

Славой гремит, но грустно поет.

В тереме дни проводит, как ночи,

Бледно чело, заплаканы очи,

И заунывно песни поет.

Что же не выйдешь в чистое поле,