— Как ты ориентируешься здесь? — спросил я Клару, когда мы прошли очередной невозможный изгиб тоннеля.

— Эфирные течения имеют свою логику, — ответила она, не оборачиваясь. — Каждый слой Разлома структурирован в соответствии с определенными паттернами. Я изучила их.

— Но ты говорила, что никогда не была в этом конкретном слое, — напомнил я, наблюдая за её реакцией.

Лёгкая пауза.

— Теоретическое знание часто бывает достаточным, — она продолжила движение, но что-то в её осанке выдавало напряжение.

Мира держалась рядом со мной, избегая идти близко к Кларе. Когда научный аспект Евы отвернулась, она показала мне знак — приложила палец к глазам, а потом указала на стены туннеля. Смотри внимательно.

Я начал более осознанно изучать наше окружение. Кристаллы в стенах, казалось, реагировали на наше присутствие — меняли яркость, цвет, иногда даже форму. Я заметил, что некоторые из них формировали последовательности, похожие на символы, которые я видел в городе Древних.

Особенно интересной была реакция кристаллов на медальон — они становились ярче, когда я проходил мимо, словно приветствуя старого знакомого. Некоторые проходы буквально открывались перед нами, когда медальон оказывался рядом.

И при этом я замечал, что тень Клары продолжала вести себя странно — иногда двигалась асинхронно, иногда принимала форму, не совсем соответствующую её телу. Временами мне казалось, что я вижу в ней очертания женской фигуры с длинными волосами — более женственные и плавные, чем у научного аспекта.

[TM-∇.SYNC/PERCEPTION]: Аномальная реакция кристаллических структур на медальон. Возможная связь с технологиями Древних.

[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: Тень субъекта [Σ.CLARA] демонстрирует независимую активность. Третий фактор?

[TM-∇.SYNC/ANALYSIS]: Геометрия туннелей соответствует неевклидовым паттернам. Пространственная когерентность: 64%.

Мы шли уже, казалось, несколько часов, хотя TX-∇ утверждал, что прошло всего сорок шесть минут. Время в Разломе текло странно, особенно в переходных зонах между слоями.

Наконец туннель расширился, переходя в высокое куполообразное пространство. Светящиеся кристаллы усеивали потолок, напоминая звездное небо. Здесь было заметно теплее, воздух казался более насыщенным — я физически ощущал эфирную плотность.

— Мы почти у границы, — объявила Клара, доставая свой планшет. — Нужно провести финальную настройку координат.

Она отошла к центру зала и активировала устройство. Голографический интерфейс развернулся вокруг неё, отображая сложные многомерные карты и последовательности символов.

Мира осторожно потянула меня в сторону.

— Что-то не так, — прошептала она. — Это место... оно реагирует слишком сильно.

Я заметил, о чем она говорила. Кристаллы вокруг нас ускорили свою пульсацию, словно в предвкушении. Медальон на моей груди внезапно изменил ритм — если раньше он пульсировал медленно и равномерно, то теперь его свечение стало неровным, беспокойным.

Кристалл Инверсии в моем кармане нагрелся до дискомфорта, словно предупреждая.

— Ты чувствуешь? — спросил я Миру.

— Она что-то активирует, — Мира посмотрела на Клару с откровенным беспокойством. — Что-то больше, чем просто настройка координат.

Я внимательно наблюдал за действиями Клары. Её пальцы двигались над интерфейсом с нечеловеческой точностью, активируя последовательности, слишком сложные, чтобы проследить. Но в какой-то момент я заметил знакомый треугольный символ — тот самый, что я видел в городе Древних, во временных карманах, и в видениях от кристалла Инверсии.

Медальон на моей груди внезапно изменил цвет пульсации с серебристого на золотистый и обратно. И в тот же момент TX-∇ выдал предупреждение:

[TM-∇.SYNC/WARNING]: Критический скачок эфирной активности. Возможна декогеренция пространственной структуры.

Потолок пещеры содрогнулся. Сначала едва заметно — лишь мелкие кристаллики осыпались сверху. Но затем дрожь усилилась, переходя в полномасштабное разрушение.

Стены начали

дрож а т ь,

крист а л л ы

н а ч а л и

о с ы п а т ь с я...

— Что происходит?! — крикнул я, инстинктивно активируя защитные протоколы.

— Эфирный коллапс! — Клара быстро свернула интерфейс. — Должно быть, пересечение энергетических потоков!

Но что-то в её голосе, в микровыражении её лица заставило TX-∇ выдать другую оценку:

[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: Это не случайность. Обвал имеет признаки направленного коллапса.

[TM-∇.SYNC/ANALYSIS]: Вероятность преднамеренного разделения: 78.9%.

Я попытался создать временной пузырь для защиты — свою фирменную технику, которая столько раз спасала меня. Но эфирное поле вокруг было слишком нестабильным, искажая мои способности. Время внутри пузыря плыло, сжималось, растягивалось, делая защиту почти бесполезной.

Огромный кусок потолка рухнул между нами, отрезая Клару от нас с Мирой. Я видел её по другую сторону быстро растущей горы обломков.

— Клара! — крикнул я, пытаясь найти путь через завал.

— Идите к Серебряному потоку! — её голос приглушенно доносился сквозь камни. — На границе слоёв! Я найду вас там!

— Как нам туда добраться?! — другие обломки продолжали падать, делая разрыв всё шире.

— Медальон... он покажет... она ждёт...

Последние слова едва пробились сквозь шум обвала. Новые куски потолка продолжали падать, делая любую попытку воссоединения смертельно опасной.

— Нам нужно уходить, — Мира потянула меня за руку. — Сейчас!

Она была права. Потолок продолжал обрушиваться, словно сама структура пространства решила схлопнуться. Мы побежали по боковому туннелю, единственному, который оставался незаваленным.

Когда мы наконец остановились, я чувствовал странное облегчение. Словно гора с плеч свалилась. Было в присутствии Клары что-то... давящее. Постоянное ощущение оценки, анализа, холодного интеллекта, взвешивающего каждое моё слово и действие.

— Она сделала это нарочно, — произнесла Мира, когда мы убедились, что находимся в безопасности.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что обвал начался точно после того, как она завершила передачу данных, — Мира посмотрела на меня своими полупрозрачными глазами. — И потому что её тень улыбнулась за секунду до первого толчка.

Этого я не заметил. Но сомнений в словах Миры у меня не было. Вопрос был в другом:

— Зачем ей нас разделять?

Мира покачала головой:

— Возможно, дело не в разделении нас. А в направлении тебя к кому-то другому.

— К Эфе, — вспомнил я последние слова Клары. — "Она ждёт".

— Все три аспекта связаны, — кивнула Мира. — Но каждый играет свою роль.

Я осмотрелся. Туннель, в котором мы оказались, был уже и ниже того, по которому вела нас Клара. Кристаллов здесь было меньше, и свет, исходящий от них, казался более тусклым.

— Как нам найти этот "Серебряный поток"? — спросил я.

— Через источник, — Мира указала вперед. — Я чувствую воду.

Она оказалась права. Примерно через десять минут ходьбы туннель расширился, приведя нас в небольшую пещеру с подземным источником. Вода в нём светилась слабым серебристым светом — тем же, что исходил от медальона в его обычном состоянии.

Я присел у края, вглядываясь в поверхность воды. Моё отражение казалось странно нечетким, словно я смотрел не на себя настоящего, а на бесконечное множество вариаций, наложенных друг на друга.

Медальон свисал над водой, и когда его отражение соприкоснулось с серебристой поверхностью, по источнику пробежала рябь. Мелкие волны сложились в узор, напоминающий те же символы, что я видел в интерфейсе Клары.

Мира села рядом со мной. Её форма казалась более материальной, более стабильной, хотя всё ещё полупрозрачной. Она протянула руку к воде, но остановилась, не касаясь поверхности.