На остатках силы он, качаясь, побрёл в ванную комнату. Сердце бешено колотилось. Алексей с большим трудом вылез из скафандра-кокона и с наслаждением встал под душ, открыв рот. Смывать чужеродную слюну пришлось долго — лишь через несколько минут он почувствовал жжение во рту, как признак окончания интоксикации. Внезапно дверь отворилась и внутрь вошла Ритейя. Абсолютно не стесняясь своей наготы, она бесцеремонно встала рядом и даже чуть толкнула парня бедром.

— Подвинься!

— Ма-ар-го, а ты не хрене-л-ла? — еле двигая языком, сказал он.

— Ты мне жизнь спас, чего теперь стесняться?

— Т-ты к-как?

— Голова трещит, — поморщилась она. — А ты?

— Б-бывало и х-хуже…

— Понятно, тогда сейчас я вымоюсь и потащу тебя в каюту.

— Н-не н-надо…

— Молчи, лейтенант, — усмехнулась она. — Если мои сёстры из взвода узнают, что бросила тебя, меня застрелит первая из них. А я ещё жить хочу.

Представьте себе двух измученных молодых людей, кое-как обёрнутых в одно полотенце, но с глупыми ухмылочками на лицах, двигающихся в сторону спального отсека. Рокотова и её компания ошарашенно взирали на это полутеатральное действо. Казалось, что это комичное представление, но все были свидетелями недавнего космического боя, из которого победителями вышла вот эта парочка. Более того, они друг другу спасли жизни. Поэтому из персонала Рокотовой никто не посмел даже улыбнуться. За ними просто аккуратно закрыли дверь.

— Если кто-то в Рябиновске проговорится, вылетит из компании со скоростью этого корабля. Всем ясно? — прошептала Ксения, боясь даже шорохом разбудить сибовцев.

Коллеги испуганно покивали и стали расходиться по каютам.

7 июня 1995 года. Вблизи спутника Ганимед. Планета Юпитер. Солнечная система. 9 часов 35 минут бортового времени

Первым проснулся Алексей. Мгновенно вспомнив перипетии вчерашнего дня, он осторожно повернулся к девушке и посмотрел на неё. Ритейя лежала к нему спиной, лишь частично сбросив с себя лёгкое одеяло. Он осторожно приподнял спавший край и заботливо укрыл её. В этот момент девушка ловко провела захват его шеи своими ногами и склонила на кровать.

— Ты точно охренела, — возмутился он и закашлялся.

— Не-а. Этому приёму учат у нас против роров, чтобы не изнасиловали.

— А я, значит, насильник? — прищурился он.

В ответ она неуловимым движением кинулась к нему и ласково обняла.

— Ты самый лучший в мире мужчина. Жаль, что не дангмарец.

— Почему?

— Потому что я бы тебя тогда не отпустила… — она потёрлась своей щекой о его щёку. — С таким, как ты, я чувствую себя расслабленной. Знаю, что никакие внешние опасности мне не страшны. И ещё… — Ритейя наморщила нос. — Ты должен меня научить своему чувству.

— Какому чувству? — нахмурился он.

— Как ты сам говорил — нюху на жареное. Если бы не оно, мы все там полегли. А ты был внутренне готов к бою и вовремя среагировал. И ещё… ты прекрасный командир корабля. Как великий знаток Егабы…

— Чего? — не понял Камов.

— Ну, Егабы. Это такая игра с расчерченной доской и камешками разной формы.

— А-а-а… шахматы, значит.

— Ну, наверное… у нас она так называется, — пожала она плечами, отчего накидка упала вниз.

— Марго, ты бы прикрылась, что ли…

— А в чём дело? — удивлённо посмотрела она на него. — Или у тебя появился интерес ко мне?

— Знаешь, что! — вскипел он.

— Знаю, — кивнула она. — И это моя маленькая месть. За твоё вчерашнее поведение.

— Значит, дангмарки мстительны? — с интересом посмотрел на неё Камов.

— Ты не знал⁇ — искренне удивилась она. — О! Наша месть многогранна и очень древняя. Чуть позже я расскажу тебе о ней.

Девушка встала с кровати и взяла полотенце.

— В последнее время мне что-то не везёт с одеждой. Сначала тот ужасный скафандр, теперь это маленькое полотенце.

— Ладно, сейчас схожу к тебе в каюту и принесу что-нибудь подходящее.

— Да? И лепсы тоже? — она с усмешкой посмотрела на парня.

— Какие лепсы? — не понял он.

— Ну, которые мы одеваем здесь, — она эротично провела ладонями между бёдер.

— Знаешь что!! — вскипел он.

— Не ори, — нахмурилась Ритейя. — Ну, не хочешь — не надо. Настаивать не буду. Тогда халатик, ладно?

— Ты заслуживаешь только скафандра! — захохотал он.

— Ах, ты так⁈ — улыбка мигом слетела с её лица.

— Один-один. И я пошёл. Бывай, красотка! — в ответ Ритейя швырнула в него подушку, но не попала.

Алексей выждал снаружи минуту и внезапно открыл дверь.

— Да и снайпер из тебя хреновый! — он снова закрыл дверь и, улыбаясь, пошёл по коридору спешным шагом.

В каюте Ритейи он выбрал лиловый халат и, обернув им руку, дошёл до шлюза. Увидев Рокотову, поинтересовался, где находится его скафандр.

— Алексей, его перенесли в вашу каюту. Мы, правда, не знали, куда его отнести, и решили, что так будет лучше всего.

— Спасибо.

— Как Ритейя?

— Ещё болит голова, но уже меньше.

— Думаю, нам придётся пробыть здесь ещё пару дней.

— Нет, стартуем завтра.

— Почему?

— Просто интуиция.

— Хорошо, — покладисто кивнула она.

Алексей не стал мешкать, а зашёл к себе в каюту и включил внешний интерфейс искина.

— «Некон-8» готов к работе, — доложил он.

— Это Алекс Кам. Ты сделал ДНК-карту моего организма?

— Да, Ваше Превосходительство.

— Скажи мне, а ты можешь сделать тест на нелетальное смешение ДНК двух разных рас?

— Вам — да.

— Почему только мне?

— Потому что такое разрешено только офицеру СИБа. Любого другого ждёт жуткая смерть в жерле вулкана.

— Хм, ладно, об этом поговорим позднее. Что тебе нужно для эксперимента?

— Вы хотите слияния двух рас, из которых одна ваша? — уточнил искин.

— Именно.

— А вторая?

— Дангмарки.

— Смею предположить, что вы хотите… возможно, брачного союза?

— Меньше знаешь, крепче спишь.

— Мне необходимы условия и критерии эксперимента.

— Хорошо. Да, я не исключаю варианта брачного союза и даже возможности рождения общего ребёнка.

— Плод должен быть абсолютно жизнеспособен?

— На сто процентов.

— Тогда мне нужна полная карта ДНК второй ветви гуманоидов.

— Слюна не пойдёт?

— Нет, желательна свежая кровь.

— Ладно, посмотрю, что можно сделать.

* * *

За сутки, что пришлось провести на Ганимеде, экипаж «Випсана» успел не только осмотреть и кое-где подлатать сам корабль, но и закончить со съёмками. Алексей разрешил отснять натурные кадры из небольшого списка, которые, по мнению Смирнова, совершенно необходимы. Заодно сделали несколько снимков в эффектном ракурсе, где «Випсан» запечатлён на фоне светила. После проверки и прогона уже внутри корабля результат понравился даже Камову.

Весь обратный полёт Смирнов торчал у иллюминатора и извёл остатки памяти цифрового накопителя, делая потрясающие снимки и сопровождая их эмоциональными — на грани эйфории — эпитетами.

— Капрал, снижаемся в атмосферу, — предупредил Камов Ритейю.

— Маскировка включена, — проинформировала она.

Через четверть часа «Випсан» стоял на своём месте, а к нему уже бежали сотрудники обслуживающего персонала — как охрана, так и несколько высокопоставленных персон. Генерал Остапов подъехал на «Волге» одним из первых. Оглядев Алексея хмурым взглядом, начальственным тоном заметил:

— Вы задержались на сутки. Что случилось?

— Бой, товарищ генерал. Настоящее космическое сражение.

— Кто кого?

— Естественно, мы их. Иначе бы корабль сюда не вернулся.

— Да ты хоть понимаешь…

— Я не только понимаю, Александр Петрович. У меня скопился целый ворох стратегических проблем, которые наскоком не решить, но без их устранения вся военная кампания против роров окажется просто авантюрой.