Добавить остается только то, что такой вид квартета музыканты называют струнным, в отличие от других, которые можно составить, например, из медных или деревянных духовых инструментов.

Кроме того, существуют еще квартеты вокальные, то есть состоящие из четырех певцов, с разными по высоте голосами: два высоких голоса (например, два тенора), один — пониже (баритон) и, наконец, самый низкий — бас. Видите, сколько мы уже узнали, прочитав только начало басни. Не найдем ли мы в ней еще чего-нибудь для нас интересного.

«Стой, братцы, стой!» кричит Мартышка: «Погодите!

Как музыке идти? Ведь вы не так сидите».

Очевидно, пронырливая и любопытная Мартышка слышала краем уха, что рассаживаться нужно как-то по-особому. Вот и предложила:

«Ты с басом, Мишенька, садись против альта,

Я, прима, сяду против вторы», —

и конечно, все перепутала.

Настоящий струнный квартет обычно располагается так: «прима и втора» (то есть первая и вторая скрипки) помещаются рядом; альт — против первой скрипки, а рядом с ним — виолончель. При таком расположении инструментов и квартет звучит лучше всего, и музыканты хорошо слышат друг друга, а это очень важно для хорошего исполнения музыки.

Вполне вероятно, что при «раздорах и спорах» горе-квартета кем-нибудь был предложен и правильный вариант, но у Крылова об этом ничего не сказано, да это и не важно — все равно бы не помогло. Зато сказано другое, и это уже очень существенно:

«Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье

        И уши ваших понежней»,

        Им отвечает Соловей:

«А вы, друзья, как ни садитесь,

Всё в музыканты не годитесь».

Да, так отчитать невежд мог только настоящий музыкант. И этим музыкантом был... Думаете, Соловей?

В том-то и дело, что не только Соловей. Сам Крылов.

Великий баснописец был очень хорошим музыкантом и, что особенно для нас важно, больше всего любил играть в квартете.

Современники вспоминают, что обычно он брал на себя партию альта. И хотя этот инструмент нельзя назвать главным, ведущим в этом составе, все же именно Крылов часто оказывался как бы руководителем квартета. К его чутким и верным замечаниям нельзя было не прислушаться, его тонкому музыкальному вкусу нельзя было не доверять.

Теперь вы, конечно, понимаете, что сведениям о струнном квартете, которые мы получили, прочитав басню, тоже нельзя не верить.

Перед тем как перейти к музыке, мне бы хотелось сказать вам еще одно.

Помните, в нашем первом разговоре о камерной музыке я сказала, что так называется музыка, написанная для небольшого количества исполнителей. До сих пор мы знакомились только с камерными произведениями, которые исполняет один человек (пианист) или два (певец и аккомпаниатор). Теперь настало время познакомить вас с выражением «камерный ансамбль».

Слово «ансамбль» — французское. Буквально оно переводится так: «вместе». Иными словами, оно означает как раз не то, что получалось у участников крыловского квартета. Они-то вряд ли составляли ансамбль.

Ну, поскольку вы знаете, что такое квартет, вы легко догадаетесь, что такое трио, и слово «дуэт» вас тоже, наверное, не испугает (впрочем, с этим словом мы будем еще иметь возможность познакомиться подробнее).

Так вот, квартет, трио, дуэты — все это называется камерными ансамблями.

Существуют также квинтеты, секстеты (от слова «квинта» — «пять», и «секста» — «шесть») и другие ансамбли с большим количеством участников и различным составом инструментов или голосов.

Второе отделение концерта

За время антракта рояль передвинули в угол сцены, а в центре поставили четыре пюпитра и четыре стула для музыкантов.

Два скрипача сели рядом. Против первой скрипки — альтист, против второй — виолончелист. Пробуют, проверяют в последний раз перед началом свои инструменты.

Итак, перед нами квартет. Это нам уже понятно. Но вот дальше уже начинается непонятное. Произведение, которое они будут исполнять, тоже называется «Квартет». Просто квартет и ничего больше. Значит, название и на этот раз нам не поможет. Даже если я скажу, что будет исполнен Второй квартет композитора Бородина, яснее вам от этого не станет. Снова придется слушать так же, как прелюдии Шопена,— не зная, о чем будет рассказывать музыка. Впрочем, погодите...

Заглянув в программу концерта, мы увидим, что квартет состоит из четырех частей. Первая часть никак не называется. Вместо названия стоит просто указание темпа — аллегро модерато, то есть не особенно быстро. Вторая часть называется «скерцо», третья — «ноктюрн», четвертая — снова без названия. Обычно называют последнюю часть финалом.

«Скерцо» — это значит «шутка», а «ноктюрном» называется произведение, музыка которого создает образы ночи, «ночная музыка». Вот видите, — значит, все-таки хотя бы о двух частях мы с вами что-то знаем. Смотрите, музыканты подняли смычки. Начинается Второй квартет Бородина.

... Мягко запела виолончель. Сколько обаяния, сколько изящества в этой песенной, полной грациозного движения мелодии! Бережно, любовно приняла от виолончели эту мелодию скрипка, и музыка зазвучала светло и прозрачно. Затем снова, но уже низким, бархатным голосом ее пропела виолончель и опять подхватила, понесла по залу звонкая скрипка. Голоса скрипки и виолончели пока еще нигде не сливаются, они словно соревнуются друг с другом, кто красивее разовьет, распоет эту мелодию. И трудно отдать кому-то предпочтение: каждый голос хорош по-своему. Вторая скрипка и альт аккомпанируют — мягко вплетают свои голоса, словно боятся каким-то неосторожно взятым звуком нарушить очарование пленительной мелодии. Это первая тема, первый музыкальный образ квартета.

Вторую тему начинает скрипка. Музыка более живая, чуть кокетливая, словно украшенная изящными орнаментами.

Эта тема так же песенна, как и первая. Та же мелодичность, то же обаяние. Вся музыка первой части наполнена ласковой радостью, светом. То одну, то другую тему поют голоса скрипок, альта, виолончели. Они звучат по отдельности, сливаются в дуэте, в трио... Но вот последний раз скрипка и виолончель пропели вторую тему — и вступает альт. Он как бы останавливает это грациозное движение музыки. Тема альта — словно сказанная кем-то фраза. Не спетая, а именно сказанная.

Еще раз промелькнули кусочки, отрывочки первой темы... и все кончилось. Удивительно жалко расставаться с этой прелестной музыкой!

Но начинается вторая часть, и мы уже в плену у новых музыкальных образов. Музыка шутливая, однако такая же изящная и нежная, как в первой части.

Шаловливо, словно подтанцовывая, бежит легкая живая мелодия. Ведет первая скрипка, остальные инструменты вплетают в этот легкий бег свои голоса.

Новый образ — чудесный вальс. Гибкая мелодия словно покачивается на волнах аккомпанемента, она движется более медленно, более плавно, чем первая. А первая, кажется, снова начинает свой шаловливый бег. Так и есть. Мы снова слышим первую тему, первую мелодию скерцо.

Скерцо — шутка. И действительно, вся музыка этой части — это милая и добрая шутка, светлая, радостная шалость. Так радуются и шутят только очень юные, очень чистые и хорошие люди. Исполнители опустили смычки, скерцо кончилось.

... Вторая скрипка и альт сыграли два вступительных аккорда аккомпанемента, и не успел еще отзвучать, затихнуть второй аккорд, как запел глубокий, густой, как цвет черного бархата, голос виолончели.