5 м, и э., т. 44

108

К. МАРКС

будут проданы больше, чем за 1 200 ф. ст., то прибыль данного купца будет превышать среднюю норму прибыли, и капиталы будут притекать в эту выгодную отрасль торговли, пока падение цены вина не восстановит прежнее положение вещей» (стр. 131—132) [стр. 112].

Для того чтобы доказать, что стоимость иностранных товаров измеряется количеством [продукта] отечественной земли и труда, Рикардо говорит следующее:

«На покупку иностранных товаров употребляется или та же самая, или большая, или меньшая часть [продукта] земли и труда», например Англии. «Если употребляется та же самая часть, то на» отечественные то-вары «существует такой же спрос, а на их производство употребляется такая же часть капитала, как и прежде. Если употребляется меньшая часть вследствие удешевления цепы иностранного продукта, то» тогда большая часть его может быть использована для удовлетворения спроса на отечественные товары. Если употребляется большая часть, то тогда мень-ше капитала применяется в производстве отечественных товаров и меньше спрос на них. Так «высвобождается капитал для покупки иностранных товаров, и, следовательно, во всех случаях спрос на иностранные и отечественные товары, вместе взятые, поскольку это касается стоимости, ограничивается доходом и капиталом страны. Если спрос на один вид товаров увеличивается, то спрос на товары другого вида должен уменьшаться» (стр. 133—134) [стр. 113—114].

(Это верно: например, стоимость [продукта] земли и труда составляет 1000 ф. ст.; значит, если употребить 800 ф. ст. на покупку иностранных товаров, то можно будет употребить толь¬ко 200 ф. ст. на покупку отечественных товаров; если употребляются 800 ф. ст. на отечественные, то только 200 ф. ст. — на иностранные товары и т. д. Это не означает ничего ино¬го, кроме следующего: мы можем обменивать только наш труд, продукты нашего труда. Так как это есть некоторая дан¬ная сумма, то если мы употребим такую-то ее часть в одной из обеих отраслей торговли, мы сможем употребить в другой только остаток этой суммы. Но это не доказывает, что в обмен мы не можем получить больше стоимостей. Рикардо полагает эдесь, что стоимость, которую мы получаем в обмен, немедленно должна быть израсходована, обменена внутри самой страны, а следовательно, она ограничена теми стоимостями, которые находятся в стране. Но подобно тому как это делали все торговые нации, мы накопляем и откладываем про запас, например золото, если не находим непосредственного эквивалента за те большие стоимости, которые получаем в обмен. Ведь в противном случае было бы правильно также следующее общее положение: мы не можем создать никакой новой стоимости, а только лишь потребительную стоимость, так как новая стоимость определяется уже имеющимися в наличии продуктами труда и трудом, измеряется уже имеющейся в наличии стоимостью,

О-КНИГ1 Д. РИКАРДО «О НАЧАЛАХ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ» 109

на которую она должна обменяться. Таким образом, имеющаяся в наличии стоимость никогда не могла бы быть увеличена. Но разве мы не можем вызвать к жизни новый труд? И разве день¬ги находятся в отношении только к уже созданным стоимо¬стям или [также и] к тем стоимостям, которые могут быть созданы? И разве одна нация не [VIII — 40] может обкрадывать другую с таким же успехом, как один индивид другого?

Но Рикардо скажет: возможны только три случая.

Я ввожу извне либо товары,

либо деньги,

либо доход, так что в последнем случае я получаю в обмен годовой доход.

И то, и другое, и третье я должен обменять внутри страны. На что? На имеющийся в наличии [продукт] труда и земли. Стоимость всех трех измеряется, следовательно, стоимостью последнего. Выходит, что посредством внешней торговли стоимости никогда не могут быть увеличены.

Выходит, что первоначально бедная нация, например голландцы, посредством внешней торговли никогда не могла бы нажить меновые стоимости и сделаться богатой в буржуазном смысле. Такой парадокс выдвигает Рикардо.

Конечно, это было бы правильно, если новую стоимость, которую сам я приобрел вне страны, я обмениваю на старую стоимость. Но я могу:

с помощью новой стоимости вызвать к жизни новый труд, а посредством него новые стоимости, на которые я все снова и снова буду обменивать Новые стоимости, воспроизводя весь процесс;

придать стоимость тому, что прежде не имело никакой стоимости, сделав это предметом обмена;

снова вывезти часть [стоимости] за границу, а часть обме¬нять на ту же самую стоимость, которую я с прибылью вывез за границу. Так может обогащаться торговая нация.

И, быть может, с точки зрения рабочего времени я ввожу больше, чем вывез.

Когда Рикардо справедливо утверждает, что товар произ¬водится с определенными издержками не потому, что он про¬изведен с этими издержками, а потому, что он может быть про¬дан Гв соответствии с ними] 147, то столь же верно и то, что товар обладает стоимостью не из-за издержек его производства, а по той причине, что он может быть обменен на определенные издержки производства [другого товара].

Если рабочее время есть мера стоимости, т. е. мера того количества товаров, которое дается в обмен на некую третью

б*

110 К. МАРКС

величину, то столь же верно, что сама мера стоимости не есть стоимость, не есть вещь, которая измеряется, и для того что¬бы можно было измерять те количества, в которых товары обмениваются друг на друга, необходимо прежде всего, чтобы товары обменивались. Поэтому обменом открывается возможность реализации стоимости товара. Всякий новый предмет, который становится обмениваемым, есть в результате ео ipso * новая стоимость и приумножает число стоимостей. Поэтому в той мере, в какой открываются истопники обмена, умножается число стоимостей как во внутренней, так и во внешней торговле. И поэтому способность к обмену создает новый труд и вовле¬кает в обработку новую землю, а, стало быть, не измеряется ими. В противном случае это было бы равносильно утвержде¬нию, будто стоимость товара дана заключенным в нем рабочим временем, и товар есть стоимость, не будучи обмениваемым. Товары, которые не имели никакой стоимости, первоначально получают ее благодаря обмениваемое™. Сначала — просто в результате обмениваемости. Так как затем вскоре они оказы¬ваются потребленными, труд должен воспроизвести их, и если первоначально их стоимость была определена случайно, то теперь она определяется издержками их производства. Поэтому если источники обмена закрываются, то производство прекра¬щается, а значит, перестает существовать и та мера, которой, согласно Рикардо, измеряется обмен: «годовой [продукт] эем-ли и годовой труд».)

ОПРЕДЕЛЕНИЕ МЕНОВОЙ СТОИМОСТИ В РАЗНЫХ СТРАНАХ

«То правило, которое регулирует относительную стоимость това¬ров в какой-либо одной стране, не регулирует относительную стоимость товаров, обмениваемых между разными странами. При системе полной свободы торговли каждая страна затрачивает свой капитал и труд в таких отраслях производства, которые доставляют ей наибольшие выгоды… Это ведет к наиболее эффективному и наиболее экономичному разделению труда, поскольку, увеличивая общую массу продуктов, распространяет общее благополучие и связывает узами общей выгоды и сношений все нации цивилизованного мира во всемирное сообщество» (стр. 138—139) [стр. 116]. [VIII - 40]

[VIII — 43] 14в «В одной и той же стране уровень прибыли, вообще говоря, всегда одинаков. Различия же происходят только потому, что одно применение капитала более или менее безопасно и привлекательно, чем другое. По-иному это соотношение складывается между различными странами»… При возможной разнице прибылей капитал быстро переместится из Лондона в Йоркшир, «но если вследствие возрастания капитала и населения заработная плата повысится, а прибыль упадет, то капитал и население вовсе не обязательно переместятся из Англии в Голландию,