102

К. МАРКС

(Проводя различие между стоимостью и богатством только в понятии, Рикардо не устраняет затруднения. Буржуазное богатство и цель всего буржуазного производства есть меновая стоимость, а не удовлетворение потребностей. Чтобы увеличить эту меновую стоимость, нет иного средства — если отвлечь¬ся от взаимных надувательств, — кроме одного: умножать коли¬чество продуктов, производить больше. Чтобы достигнуть такого увеличения производства, необходимо увеличивать про¬изводительные силы. Но в той же самой пропорции, в какой возрастает производительная сила данного количества труда — данной суммы капитала и труда, — падает меновая стоимость продуктов, и удвоенное количество продуктов имеет ту же самую стоимость, какую прежде имела половина этого коли¬чества. Мы совершенно не говорим об обесценении, к рассмот¬рению которого придем позднее. Если бы это [возрастание продукта] происходило равномерно, то стоимость никогда не изменялась бы, а следовательно, отпал бы всякий стимул буржуазного производства. Поскольку же это происходит неравномерно, имеют место все коллизии, но одновременно и буржуазный прогресс. Возрастание производства товаров ни¬когда не является целью буржуазного производства, его целью является возрастание производства стоимостей. Имеющее ме¬сто в действительности увеличение производительной силы и производства товаров происходит вопреки цели буржуазного производства, и противоречие, вытекающее из этого возраста¬ния стоимостей, которое упраздняет самое себя в собствен¬ном движении, переходя в возрастание продукта, лежит в основе всех кризисов и т. д. Это такое противоречие, в котором по¬стоянно вращается буржуазное производство.)

Рикардо говорит о капитале:

«Капитал представляет собой ту часть богатства страны, которая затрачивается в целях будущего производства и может быть увеличена тем же способом, что и богатство. Добавочный капитал будет столь же эффективным в производстве будущего богатства независимо от того, полу¬чается ли он путем повышения мастерства и улучшения машин, или путем производительного использования большей части дохода. Богатство ведь всегда зависит от количества произведенных товаров, безотносительно к той легкости, с которой могут быть произведены применяемые в производстве орудия. Определенное количество предметов одежды и продуктов питания будет содержать и давать занятие тому же числу людей и вследствие этого обеспечивать выполнение того же объема работы независимо от того, произведены ли эти предметы трудом 100 или 200 человек; однако их стоимость будет вдвое больше, если на их производство был затрачен труд 200 человек» (стр. 327—328) [стр. 230—231].

Во-первых. Предположим теперь, что 100 рабочих произ¬вели столько же товаров, сколько прежде производили 200.

О КНИГЕ Д. РИКАРДО «О НАЧАЛАХ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ» 103

Следовательно, труд этих 100 мог бы выполнить работу 200 рабочих. Будет ли продукт этих 200 рабочих, которые теперь работают, иметь в два раза большую стоимость, чем продукт вышеуказанных 100, на том основании, что он является продуктом 200, тогда как тот был продуктом лишь 100 ра¬бочих?

Во-вторых. Рикардо смешивает здесь капитал с тем материалом, из которого состоит капитал. Богатство является лишь материей капитала. Капитал всегда есть сумма стоимостей, которая снова предназначена для производства; он не является лишь суммой продуктов и равным образом предназначен для производства не продуктов, а стоимостей. Если посредством машин и т. д. производится дополнительное количество това¬ров, благодаря которым могут быть приведены в движение дополнительные рабочие, то таким путем не создается никакого дополнительного капитала, а лишь увеличивается производительная сила прежнего капитала. Никакой капиталист не ска-жет, что он обладает дополнительным капиталом, если с помощью тех же самых 100 талеров он может привести в движение большее число рабочих. В этом случае его капитал увеличивается, [VIII — 37] потому что норма прибыли поднимается по отно¬шению к заработной плате и таким образом большая доля преж¬него капитала воспроизводится в форме капитала, вместо того чтобы воспроизводиться в форме расходов рабочих. Эта выгода реализуется лишь до тех пор, пока конкуренция со стороны капиталов, обладающих такой же производительностью, не приведет к выравниванию этой избыточной прибыли. В против¬ном случае это следовало бы характеризовать как увеличение богатства, но не как увеличение капитала. После этого вырав¬нивания потребительная стоимость остается, правда, увели¬ченной, но капитал перестает увеличиваться в той же самой мере. Если капитал становится более производительным, то он не увеличился бы в том случае, если бы все капиталы в той же самой и во всех других отраслях производства в равной мере сделались более производительными. Капитал страны остался бы тем же самым, но стал бы производить большее богатство в рикардовском понимании, больше предметов необ¬ходимости и т. д. Так как увеличение производительной силы капитала всегда является односторонним, значит,, прежде всего оно представляет собой также увеличение стоимостей (здесь самая лучшая машина точно так же участвует в цене [продукта] среднепроизводительной машины, как и самая худ¬шая земля — в цене [продукта] самой лучшей земли, и, как и в случае ренты, здесь имеет место создание стоимости), так

104

К. МАРКС

как, далее, капиталист тем же самым капиталом приводит в движение больше рабочих, он увеличивает, следовательно, количество труда, например, заставляет работать два миллиона рабочих вместо одного миллиона работавших прежде, и таким образом также увеличивает стоимости.

У Рикардо вообще никогда нельзя понять, как могут быть увеличены стоимости, а значит, также и капитал, чтобы при этом у одного не изымалось то, что получает другой, как это имеет место в случае ренты. Для этого необходимо, помимо роста населения, увеличения производительной силы капитала, т. е. уменьшения относительной заработной платы рабочего, сбе¬режения уже совершенного труда, прежде всего также пропор¬циональное увеличение способов применения труда. Больше стоимостей создается: 1) тем, что приводится в движение больше рабочих рук в какой-нибудь отрасли производства и 2) это вызывает к жизни соответствующий труд в других отраслях, с которыми осуществляется обмен. Английские хлопчатобу¬мажные фабрики не создавали бы больше стоимостей, если бы труд, с которым они могут обмениваться, не вызвал к жизни 1000 рынков сбыта внутри и вне страны. Рикардо совершенно упускает из виду эту обмениваемость и создание эквивалента. В другом месте Рикардо говорит:

«Можно принять как всеобщий, неизменно справедливый принцип, что только превышение рыночной ценой ш товара его естественной, или необходимой, стоимости является единственным стимулом к увеличению его производства» (стр. 504) [стр. 341].

Таким образом, здесь Рикардо признает, что дело заключается не в производстве «богатства» в его понимании, а в производстве «стоимостей». «Естественная цена» утверждает себя по отношению к рыночной цене, но это происходит в такой борьбе, которая не имеет ничего общего с рикардовским простым вы¬равниванием. В начальный период развития промышленности, когда спрос по большей части соответствует предложению, конкуренция была ограниченной, следовательно, во всех от¬раслях промышленности имели место монопольные цены, постоянно происходило обкрадывание земельной собственности со стороны промышленной собственности (также и в форме раскола на [земледельческие и промышленные] страны), поэтому обогащение на одной и обнищание на другой стороне, следо¬вательно, борьба между рыночной и реальной ценой не приво¬дила к тому же самому явлению и не велась с таким же разма¬хом, как в современном обществе. Превышение рыночной ценой реальной цены было тогда постоянным.