(главный секретарь Бакингема — Фицгерберт),

38

К. МАРКС

в такой растерянности находился Дублинский замок в связи с перспективой регентства принца с Фоксом в качестве премьера.

11 февраля 1789 года. Министры попытались отложить дебаты о регентстве. Официально выдвинутый ими мотив — необходимость получить из Англии постановления английского парламента, которыми принц назначался регентом Великобритании с ограниченными полномочиями. Эти постановления были приняты 23 января, принц выразил согласие с ними 31 января, но они еще не были получены ирландским правительст¬вом. Отсрочка билля отклонена палатой. Тогда Конолли предложил направить принцу адрес как принцу-регенту Ирландии, обладающему всей полнотой королевской власти. Предложение было принято без голосо¬вания.

12 февраля 1789 года. Конолли предложил утвердить адрес. 17 февраля запрошено и получено согласие на это палаты лордов. 19 февраля предста¬влен Бакингему. Последний отказался передать его. 20 февраля 1789 г. решено передать адрес, послав депутацию. Вотум порицания Бакингему.

27 февраля 1789 года. Депутация (Конолли, О’Нил и т. д.) передает палате общин письмо с ответом принца-регента, который «горячо» благо-дарит ирландский парламент.

20 марта 1789 г. в ирландской палате общин зачитывается еще более пылкое письмо принца-регента, объявляющее о выздоровлении его отца.

Питт, для сохранения своей власти, отстаивал и провел в Англии право избрания регента, следовательно, право ограничения его власти.

В этом случае ирландцы отстаивали общую конституцию от олигархических и министерских покушений Питта.

*

За этот промежуток времени следует рассмотреть еще два вопроса:

1) Мятежи против десятины и т. д., показывающие положение католического ирландского крестьянства в то время, и

2) Избрание дублинского лорда-мэра, показывающее влия¬ние Французской революции на ирландскую (к тому же про-тестантскую) буржуазию.

1) МЯТЕЖИ ПРОТИВ ДЕСЯТИНЫ И Т. Д. В ИРЛАНДИИ ВВОДИТСЯ АНГЛИЙСКИЙ АКТ О БЕСПОРЯДКАХ

Ирландская палата общин. 19 января 1787 года. Беспорядки на юге. Волнения на юге, вызванные нищетой народа, десятиной, чрезмерной рентой, абсентеизмом ‘, плохими условиями аренды, жестоким обращением и т. д.

К исходу 18 века (с конца 1791 г.) политические партии объединились с крестьянами (республиканцы Севера).

1786 год. В своей речи по случаю открытия парламента лорд-намест-ник упоминал о «частых беспорядках» («Справедливые ребята» из Килкенни, связанные между собою клятвой)20. Однако единственным биллем

ИРЛАНДИЯ ОТ АМЕРИКАНСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ ДО УНИИ 1801 ГОДА 39

о беспорядках, какой внесло правительство, был билль о дублинской полиции, против которого город подавал петиции.

1787 год. В речи вице-короля гораздо более определенно говорилось о беспорядках на юге, и дебаты по поводу адреса в ответ на эту речь были бурными. Во время этих дебатов правительственная партия (Фицгиббон, например) оценивала волнения как направленные против духовенства, обвиняла лендлордов в том, что они тиранят народ и подстрекают к беспорядкам, и просила дополнительных полномочий.

Палата общин. 19 января 1787 года. Фицгиббон в речи (1787 г.) сказал, что волнения начались в Керри, люди собрались в католической церкви, там поклялись повиноваться законам капитана Райта. Вскоре волнения распространились по провинции Манстер. Их объект — десятина, затем регулирование цен на землю, повышение цен на труд, а также сопротивле¬ние сбору налога на очаги и других налогов. «Я отлично знаком с провинцией Манстер и знаю, что нельзя представить себе такие человеческие бедствия, которые превзошли бы бедствия несчастного крестьянства этой провинции. Я знаю, что бессердечные лендлорды высасывают все соки из злосчастных арендаторов — последние совершенно не имеют возможности отдавать ду¬ховенству то, что ему справедливо причитается, — у них нет ни пищи, ни одежды для самих себя, все захватывают лендлорды; и… не довольствуясь нынешним вымогательством, некоторые из них настолько подлы, что под¬стрекают повстанцев лишить духовенство десятины — но не для того, чтобы облегчить бедствия арендаторов, а для того, чтобы они могли доба¬вить к ужасающей, непомерной арендной плате, которую они уже взимают, и долю духовенства… Бедняки Манстера живут в такой крайней нищете, что не верится, как может выдержать это человеческая природа, их бедст¬вия невыносимы, но не духовенство причиной тому, и законодательное собрание не может стоять в стороне и смотреть, как они сами берутся за устранение злоупотреблений. Для них нельзя сделать ничего, пока страна пребывает в состоянии анархии».

Лонгфилд, джентльмен из графства Корк, заявил, что размеры вол¬нений преувеличены, но бедствий — нет. Он обвинил правительство в том, что оно из политических соображений уже год безучастно взирает на волнения.

Карран внес поправку к обращению (отвергнутую без голосования). Сказал между прочим:

«Перестаньте прибегать к бесплодным жалобам на неизбежные следствия, когда сами вы являетесь их причиной… терпение народа совер¬шенно истощилось; обиды его (уже давно) являются предметом пустых разговоров в этой палате, и никакого полезного результата от этого не по¬следовало. Непроживание на месте лендлордов, тирания землевладельцев-посредников. Вы отрицали существование злоупотреблений и отказались устранить их… Не удивительно, что крестьянство созрело для мятежа и восстания… С мятежниками не связан ни один собственник, ни один влия тельный человек…

Вас торжественно призвали… произвести надлежащие преобразова¬ния в народном представительстве: согласились ли вы на это? Нет; как же обстоит дело теперь? Да ведь места в этой палате, сэр, покупаются и продаются. Они выставляются на публичный торг; они полностью стали предметом торговли — торговли конституцией… Гнилые местечки на продажу. Естественно, что, купив народ за известную денежную сумму, его продают… Крестьянство возымело надежды на помощь… Народ, когда его угнетают, — хотя бы и по закону, — в ответ будет мстить; и в этом подлинные причины волнений. Система отвратительной торговли должностями распространяется на патенты мировых судей (24 патента

40

К. МАРКС

мировых судей посланы в графство Клэр с одной почтой) и на шерифов. Вы можете говорить о расширении торговли… но бога ради, какое это имеет отношение к несчастному крестьянству?»

Палата общин, 19 февраля 1787 год. Билль о «Справедливых ребятах». Одна выдвинутая правительством и отклоненная статья предписывала властям разрушать католические церкви, в которых будут обнаружены заговоры или будут даваться незаконные клятвы. Карран выступил против всего билля в целом.

Карран. «Народ слишком возбужден сознанием своей силы и значе¬ния, чтобы стать подходящим объектом для такого кровавого кодекса, какой нам сейчас предлагают…» Упоминает о памфлете д-ра Вудворда, епископа Клойпа, в защиту десятины. Этот памфлет «явно направлен на то, чтобы возродить разногласия, от которых мы так недавно избавились, и вверг¬нуть нас в варварство, от которого мы начали освобождаться, — или, быть может, обагрить нас кровью религиозной войны»… (Билль был передан в комиссию 192 голосами против 31).

20 февраля 1787 года. Обсуждение того же билля, посредством кото¬рого проведен акт о беспорядках. О’Нил предложил ограничить его Корком, Керри, Лимериком и Типперэри. (Предложение об ограничении отвергнуто 176 голосами против 43.) В этом билле Todesstrafe — смертная казнь за дачу клятвы и т. д.

«Боюсь, — сказал Карран, — что поскольку кара так велика, а для помощи беднякам не принимается никаких мер, мятеж будет продол¬жаться тайно… пока пламя не охватит все королевство».

13 марта 1787 года. Десятина. Граттан предложил резолюции о том, что если к открытию следующей сессии спокойствие будет восстановлено, то палата рассмотрит вопрос о десятине. Предложение отклонено без голосования. Карран поддержал предложение Граттана.