Но вообще трудность проистекает из двух источников.

Во-первых, если мы будем рассматривать только обращение и оборот капитала, следовательно, если мы и капиталиста будем рассматривать лишь как персонификацию капитала, а не как прожигателя жизни, капиталистического потребителя, то, хотя мы и будем видеть, как он постоянно бросает в обращение прибавочную стоимость, поскольку она образует составную часть его товарного капитала, мы тем не менее никогда не увидим в его руках денег как формы дохода. Мы никогда не увидим, чтобы он бросал в обращение деньги с целью проедания прибавочной стоимости.

Во-вторых, если класс капиталистов в целом бросает в обращение известную денежную сумму — хотя она благодаря обращению одних и тех же денег может быть в любое число раз меньше совокупной суммы годового продукта, в котором реализуется прибавочная стоимость, — то кажется, что он уплачивает эквивалент также и за эту часть годового продукта и последняя, следовательно, как бы перестает представлять прибавочную стоимость. Но прибавочный продукт, в котором представлена прибавочная стоимость, ничего не стоит классу капи-

* Нижеследующие стр. 187—190 данной главы были включены Энгельсом в текст второго тома «Капитала» (настоящее издание, том 24, стр. 539—541). Ред.

188 К. МАРКС

талистов. Как класс капиталистов, он владеет им, потребляет этот продукт безвозмездно, и это не может быть изменено денеж¬ным обращением. Изменение, которое опосредствуется денеж¬ным обращением, заключается только в том, что каждый капи¬талист вместо того, чтобы потреблять прибавочную стоимость непосредственно в форме им самим произведенных товаров извлекает и присваивает из всей массы годового общественного прибавочного продукта всякого рода товары на сумму произ¬веденной им прибавочной стоимости. Но механизм обращения покажет, что если класс капиталистов бросает в обращение деньги на расходование дохода, то он также извлекает из обра¬щения эти деньги и таким образом постоянно может начинать тот же самый процесс; или, рассматриваемый как класс капи¬талистов, он по-прежнему остается владельцем денежной суммы, необходимой для превращения прибавочной стоимости в деньги. Итак, если капиталист не только извлекает с товарного рынка для своего фонда потребления прибавочную стоимость в форме товаров, но в то же время к нему притекают обратно и деньги, на которые он купил эти товары, то ясно, что он безвозмездно извлек товары из обращения. Они ему ничего не стоят, хотя он и уплатил за них деньги. Если я покупаю товар на 1 ф. ст., а продавец этого товара возвращает мне этот 1 ф. ст., то оче¬видно, что я получил этот товар безвозмездно, и постоянное повторение этой операции ничего не меняет в том, что я постоян¬но извлекаю товар и постоянно остаюсь владельцем фунта стер¬лингов, хотя я нуждаюсь в нем для того, чтобы извлечь товар, и постоянно на время отчуждаю свой фунт стерлингов. Капи¬талист постоянно получает эти деньги обратно как превращен¬ную в деньги прибавочную стоимость, которая ему ничего не стоила.

Мы видим, что у Смита в формуле:

I) Предметы потребления: 600 ф. ст. = R600 = V300 + M300 II) Средства производства: 1 200 ф. ст. = С1200

стоимость всего продукта разлагается на 600 ф. ст., а стоимость средств производства в 1 200 ф. ст. предполагается равной нулю. Из этого необходимо следует, что деньги, требующиеся для обращения годового дохода в 600 ф. ст., оплачивают весь продукт, — или представление, что денег, расходуемых потребите¬лем как потребителем, достаточно для оплати всего годового продукта. То же самое повторяет Т. Тук. Это ошибочное представление об отношении количества денег, требующегося для превращения дохода в деньги, к тому количеству денег, которое

ВТОРАЯ КНИГА. ПРОЦЕСС ОБРАЩЕНИЯ КАПИТАЛА 189

необходимо для обращения всего годового общественного продукта, есть неизбежный результат непонимания, необдуманного представления о том, каким образом воспроизводятся и ежегодно возмещаются различные вещественные и стоимостные элементы всего годового продукта. Поэтому оно уже опровергнуто. Послушаем немного Смита и Тука.

[160] «Обращение каждой страны можно разделить на две различ¬ные части: обращение между торговцами и обращение между торговцами и потребителями. Хотя одни и те же деньги — бумажные или металли¬ческие — могут употребляться то в одной сфере обращения, то в другой, все же, поскольку оба эти процесса обращения происходят в одно и то же время и рядом друг с другом, каждый из них требует для своего совер¬шения определенной суммы денег того или иного рода. Стоимость това¬ров, обращающихся между различными торговцами, никогда не может превысить стоимость товаров, обращающихся между торговцами и потребителями, поскольку все, что торговцы покупают, в конечном счете предназначается для продажи потребителям. Обмен между торговца¬ми, носящий оптовый характер, обычно требует довольно значительной суммы для каждой отдельной сделки. Напротив, обращение между тор¬говцами и потребителями, поскольку оно отличается преимущественно розничным характером, часто требует лишь очень небольших сумм, — нередко бывает достаточно шиллинга или даже полпенни. Но малые суммы обращаются гораздо быстрее крупных. Шиллинг меняет владель¬цев гораздо чаще, чем гинея, а полпенни чаще шиллинга. Поэтому, хотя покупки за год всех потребителей по стоимости по меньшей мере» {хорошо это «по меньшей мере»!} «равны покупкам за год всех торговцев, тем не ме¬нее покупки первых, как правило, могут быть произведены посредством гораздо меньшего количества денег; ибо одно и то же количество денег, благодаря более быстрому обращению, служит для совершения гораздо большего количества покупок первого рода, чем второго» (A. Smith. Wealth of Nations, b. II, ch. II).

По поводу этого места из книги Адама Смита Т. Тук заме¬чает:

«Не подлежит никакому сомнению, что это проведенное здесь раз¬личие по существу является правильным… Обмен между торговцами и потребителями включает также и выдачу заработной платы, которая составляет основной доход потребителей… Все сделки между торговцами, то есть все продажи, от производителей или импортеров, через все ста¬дии непосредственного процесса производства, или, иначе говоря, вплоть до розничного торговца или экспортера, могут быть сведены к переме¬щениям капитала. Но это перемещение капитала не предполагает необ¬ходимо и фактически не влечет за собой в громадном большинстве слу¬чаев движения денег, банкнот или монет, — я имею в виду материаль¬ную, а не фиктивную сторону… Общий итог сделок между торговцами в конечном счете должен определяться и ограничиваться суммой таковых между торговцами и потребителями» (Th. Tooke. An Inquiry into the Currency Principle. London, 1844, p. 34—36 passim).

Если последнюю фразу взять обособленно, то можно было бы подумать, что Тук просто констатирует, что существует

190

К. МАРКС

известное соотношение между сделками торговцев друг с другом и сделками торговцев с потребителями, — другими словами, существует известное соотношение между стоимостью всего годового дохода и стоимостью капитала, посредством которого производится этот доход. Но смысл не в этом. Тук совершенно отчетливо присоединяется к точке зрения А. Смита.

Мы видели (книга I, глава 1 *), что находящаяся в стране масса денег больше той массы денег, которая постоянно поглощается обращением товаров (образование сокровищ и т. д,). В еще большей мере это относится к массе денег, поглощаемой обращением товарной массы, произведенной в течение года, так как в качестве товаров обращаются всевозможные вещи, которые произведены не в данном году, как, например, земельные участки, дома, государственные бумаги и т. д. Это относится также и к продуктам, для которых рабочий период растягивается на несколько лет, или более чем на год, как, например, рабочий скот, продуктивный скот, древесина, вино и т. д.