– А ведь не затухал очаг, – заметил Крымов.

– Что это значит?

– В шестидесятые годы прошлого века сюда приезжал известный иллюзионист Карданов. Как видно, посещал кого-то. А в девяностые, в перестройку, село Сорочий хутор посетил главный колдун Комаровский.

– Всю страну с ума свел, – усмехнулся бодрый старик.

– О чем это говорит? – хитро прищурил левый глаз Крымов.

– Сами как думаете, Андрей Петрович?

– А мы сейчас у нашей искательницы приключений спросим, – кивнул на рыжеволосую девушку детектив. – Ну, журналистка, говори!

Кассандра с горящими глазами азартно кивнула:

– О том, что все это время было к кому приезжать!

– Именно, – согласился детектив.

– В точку, – поддержал его Долгополов.

– А теперь я смотрю, что нынче с этим самым хутором, селом Сорочьим. Пережило все передряги и превратилось в небольшой районный центр. Ну что, Антон Антонович? Завтра утром отправляемся в путь?

– А то!

– Я еду с вами, – твердо сказала Кассандра Лопухина. – Упустить такой материал? Да ни за что на свете!

Утром следующего дня они втроем ехали по загородной трассе на старом форде Андрея Крымова в направлении отдаленного Красноглинского района. Щедрой летней зеленью полнилась округа. Поблескивали озерца и речушки, притоки и затоны, коих вдоль Волги блистало не счесть. Благоухание полей влетало в салон автомобиля, вдохновляя и окрыляя путешественников.

В полдень они въехали в село Сорочий хутор. В кафе «Зеленая роща» компания решила отобедать.

Посетителей не было. Скучали тучная кассирша и полногрудая работница на раздаче. Дверь из кухни распахнулась, на пороге возникла еще одна дородная дама и сказала кому-то внутри:

– Я тебе вот что скажу, Костя, горбатого могила исправит. Сечешь? Мне Наташкины жалобы вот уже где сидят. – Потом она обратила внимание на посетителей: – О, городские! Сразу видно: приехали щей наших отведать. Точно говорю?

– Все верно, матушка, – ответил за всех Долгополов. – И щей, и котлет ваших, и компота с чаем. Хлебушка вашего деревенского вкусить.

– Все будет, дедуля! Девчонки, а ну-ка, обслужите по первому сорту!

Долгополов поставил на поднос тарелку со щами, от которых шел ароматный пар, а затем и котлеты с пюре.

– А не пригубишь ли с нами чудодейственной настойки, матушка, и не расскажешь ли городским ученым о славном селе Сорочий хутор?

– А чего с хорошими людьми не поговорить? – обрадовалась та хоть какой-то движухе. – Стаканы брать?

– А то! – ответил бодрый старик. – Как тебя величают, матушка?

– Дарья Петровна я, дедуля.

– Вы что, с собой взяли? – спросил Крымов. – Не удержались?

– Кто из нас мудрец: вы или я? То-то и оно. – Он уже выбирал стол. – Облепиховая, между прочим.

– Девице вашей брать стакан? – спросила издалека хозяйка.

– Мне не надо! – громко ответила Кассандра.

Трое путешественников расставляли подносы у дальнего окна, занавешенного зеленым тюлем, отчего стол походил на милый теплый летний затон.

Через пару минут говорливая Дарья Петровна выставила на стол три стаканчика и грузно плюхнулась рядом с Антоном Антоновичем.

– И откуда вы такие будете? – спросила она, пока бодрый старик разливал трем путешественникам настойку.

– Из Царева мы, матушка, – отозвался предводитель отряда. – Ученые-странники. Пора и нам представиться.

Трое путешественников назвались своими именами. Решили сильно не зарываться в конспирацию.

– Историки мы, Дарья Петровна, – теперь уже объяснил Крымов. – Собираем легенды и мифы, сказания и басни нашей губернии.

– Ясно, – кивнула та. – Вот теперь ясно. На инспекторов-то вы мало походите.

Но с чинами заезжие решили немного похитрить, как бывало уже не раз. Мол, профессор пожаловал, с ним кандидат наук и аспирантка из наиболее талантливых. Такая вот фольклорная группа захвата.

Выпили за знакомство.

– О вашем крае молва по земле ходит, – сразу взял быка за рога Крымов. – Слышали мы, что живут у вас люди удивительные. И к ним то и дело приезжают за советами: как жить, как быть.

– А-а, вот вы про каких людей говорите, – кивнула хозяйка. – Да, были у нас такие люди. Сама девчонкой с одним таким вот человеком дружбу водила. Бывало, брал он меня за руку, садились мы на лавочку и толковали.

– И кто же это был?

– Местный ведун – Феофан. Я ему и щи, и котлетки передавала. Я тогда в столовке на раздаче работала. Одинокий он был. Помер уже.

– Помер? – спросил Крымов.

– Да лет двадцать как.

– И сколько ему было лет? – поинтересовался Долгополов.

– Много. Старичком помер.

– А другие, матушка, остались? Старички-ведуны?

– Сама я не знаю. На этот вопрос вам ответит наш местный пиши-читай.

– И кто таков?

– Ты наливай, дедуля, а то все сразу хочешь. Уж больно хороша твоя настойка.

– Это, матушка, да, права ты, еще как хороша.

Они с удовольствием выпили по второй.

– Это наш библиотекарь будет. Библиотека у нас при клубе, вот он там и служит. Пал Палыч Лютиков. Тоже, как вы, ученый муж, все и про всех знает. У него там журналы и газеты, подшивки, вырезки. Про всех собирает, но не всем расскажет. Его еще поди разговори! Как-то разбалакались мы с ним, а он уже самогоночки треснул, кажись. Жуткий тип: смотрит, как шилом колет. Вот и выдал: в наших краях, говорит, всегда великая сила жила. Царь, говорит, жил. Благодетель! И с гордостью такой сказал: прямо – ух! Давным-давно, в начале всех времен, когда людишки по землянкам прятались и кореньями питались, он в этом краю всем хороводил.

– Как это так? – нахмурился Крымов. – Не понимаю. Он что, про первобытные времена говорил?

– Да откуда ж мне знать-то? Сказал и сказал. Но и потом, говорит, когда уже святоши с крестами заявились, он своего не упускал. Съезжались к нему со всей России знатные люди в разные времена – и все тайно, а он помогал им.

Трое гостей села Сорочий хутор немедленно переглянулись.

– И как же он помогал? – спросил Крымов.

– Советы давал, – негромко, будто выдала тайну, сообщила хозяйка кафе.

– И какие советы, матушка? – готов был вознегодовать Долгополов.

– Так хорошо твоя наливка идет, дедуля, что сил нет, – вместо ответа констатировала она. – Прям помолодела я. Крылья выросли.

– Так волшебник я по настойкам, матушка.

– Наливай, волшебник. А потом я и про советы того кудесника расскажу.

Антон Антонович торопливо разлил настойку, все трое чокнулись за здоровье. Особенно поспешно выпил сам Долгополов.

– Ну, матушка?

– А такие давал советы: кому как разбогатеть, власть обрести, любовь приворотить. Одним словом, кому что надо было, то и давал благодетель.

– А чем с ним расплачивались за такую милость? – спросил Крымов.

– Откуда мне знать? – пожала полными плечами хозяйка. – Просил чего-то небось кудесник.

– А потом куда он делся? – вопросил возбужденный Антон Антонович. – Благодетель-то? А то: жил, давал, просил. Все в прошедшем времени.

– Да мне откуда знать? А еще Лютиков сказал так: придет время – и вернется Черный король всем на диво.

И вновь трое гостей переглянулись.

– Прямо так и сказал: «Черный король»? – теперь уже спросил Крымов.

– Ну да, – кивнула дородная хозяйка.

– Ну а подробности-то как узнать? – потребовал ясности Антон Антонович. – Про королей этих?

– А ты у него и выпытай подробности-то, у библиотекаря нашего, – весело ответила Дарья Петровна. – Поспрошай. Да вот ответит ли он? Тут бабушка надвое сказала. Он чужаков к себе просто так не подпускает. Ключик к нему подбери, дедуля.

Вскоре наливка была выпита, обед с аппетитом съеден. Гости поблагодарили за трапезу.

– Как добраться до вашего клуба, Дарья Петровна? – спросил Крымов.

– Да у нас все рядом. Клуб направо, сельсовет прямо, больничка налево. Даже кладбище недалеко, – хохотнула говорливая хозяйка заведения. – Как на ладони весь наш Сорочий хутор. Только молочная ферма на отшибе.