– Я сейчас, – прошептала она. – Я переоденусь. Мне нужна минута…

– Подойди ко мне.

Керолайн с округлившимися от ужаса глазами поспешила к шкафу и, выхватив оттуда белый шелковый халат, накинула его на плечи своей окаменевшей принцессе. Впервые за все время их знакомства Зорро был рассержен. Эта мысль выдавила из помещения весь свет и воздух и заполнила его удушающей темнотой. Фрейлина дрожащими руками затянула шнурки халата на тонкой фигурке и быстро подвела Изабеллу к двери. Заставлять хозяина дома сейчас ждать хоть одну лишнюю секунду было немыслимо.

Но что могло произойти за столь короткое время? Ведь обе девушки были тут. Что-то случилось раньше? Тогда почему Зорро вспомнил об этом именно сейчас? Он ушел к себе в комнату и, видимо, собирался переодеться перед ужином, потому что его рубашка была расстегнута. И вдруг за эти несколько минут произошло что-то такое, что заставило его так срочно появиться на пороге их спальни, при этом оставив рубашку лишь наполовину вытащенной из брюк. Он никогда не позволил бы себе появиться перед ними в таком виде…

Изабелла почувствовала, как молодой человек жестко взял ее за талию и рывком вытащил из комнаты. Она вынужденно схватилась за его плечо, понимая, что иначе упадет, но он ни на йоту не замедлил шаг, резким толчком заставив ее идти дальше.

Хоть бы это было сном, только бы все это было сном…

Еще в зале даже сквозь непроницаемое выражение его лица, она смогла уловить раздраженность в его настроении, что, учитывая новости, которые он с собой принес, и их внезапность, нарушившую течение его планов, было вполне ожидаемым. Но кроме этого, он еще был уставшим и голодным. Подобную совокупность факторов мужского состояния Керолайн обычно называла критической, и это означало, что попадаться под горячую руку такому мужчине было категорически нельзя. В случае же, если встреча все-таки состоялась, необходимо было подать ему еду и не попадаться в поле зрения до конца трапезы, появляясь только для того, чтобы подлить напитки или пополнить тарелку добавкой. А если после этого ему необходимо было обсудить какие-то совместные дела, следовало молча соглашаться с каждым его словом до тех пор, пока он не успокоится окончательно.

Изабелла тогда только усмехалась жизненным выводам многолетних наблюдений подруги, прекрасно зная, что ни один мужчина, в каком бы он ни был состоянии, никогда не посмел бы обратить в ее сторону даже неправильного взгляда. Сама мысль о какой-либо агрессии в адрес принцессы Великобритании была абсурдной, и никакое мужское настроение не могло отразиться на ее неприкосновенности. Сейчас же она в первый раз в жизни осознала весь глубинный смысл слов своей фрейлины, но уже ничего не могла сделать.

Изабелла не поняла, как оказалась в его спальне. Он отпустил ее талию, и она, вырвавшись из его оков, словно загнанное животное, отскочила в сторону.

– Что ты делала в мое отсутствие? – услышала она его низкую интонацию.

Девушка отшатнулась еще дальше и тут же наткнулась спиной на угол шкафа.

– Мы занимались… Испанским… – прошептала она.

– Я спросил, что делала ты.

– Тоже занималась, – едва слышно произнесла Изабелла.

– Где?

Перед глазами замаячили разноцветные круги.

– В зале…

Молодой человек быстро подошел к ней и жестко взял рукой за лицо.

– Еще?

– Иногда на улице, – задыхаясь, ответила она, повиснув у него на локте и пытаясь вырваться.

– Еще?

– Это все.

– Уверена?

– Да, – забилась в его руках Изабелла.

– Тогда каким образом здесь оказалось это? – он до головокружения резко повернул ее в сторону кровати.

На дорогой резной подставке для пальмы ярким отблеском вспыхнула золотая заколка. Внутри все оборвалось, и девушка медленно сползла на пол. Зорро даже не попытался ее подхватить.

В голове вихрем пронеслись воспоминания о ее вторжении в эту комнату. Вот она неслышно закрывает за собой дверь и оказывается посередине помещения. Никаких подозрительных предметов, писем или одежды. Исключительный порядок в любом месте, куда ни обрати взор. Стол и стул, два шкафа, три полки – полная геометрическая выдержанность. С обеих сторон от кровати два красивых растения с удивительно свежими листьями, словно недавно принесенные с открытого воздуха… Вдруг какой-то посторонний шум! Девушка резко оборачивается и цепляется волосами за острый лист, который вытаскивает из ее прически взлохмаченную прядь. Сняв заколку и положив ее тут же на подставку для пальмы, Изабелла направляется к зеркалу, чтобы пригладить выбившийся локон, но внезапная слабость в ногах заставляет ее пошатнуться и выставить руку вперед. Ее пальцы ювелирно точно попадают на встроенный в раму рычаг и приводят в движение скрытый механизм, открывший ей путь в секретную часть дома. Ей снова мерещится чье-то присутствие в коридоре за дверью, и она шагает в темноту. Зеркало закрывается следом за ней, а заколка так и остается лежать там, куда она ее положила, но этот момент начисто стирается из ее памяти последствиями сильнейших впечатлений.

– Я задал тебе вопрос.

Его голос был убийственно холоден. Она не представляла, что ответить. В первый раз в жизни Изабелла услышала в его голосе оттенок жестокости. Если он поймет…

У нее потемнело в глазах. Надо было тянуть время: через несколько минут Рикардо, которому фрейлина уже, несомненно, все передала, не сможет больше сдерживать себя, и они вдвоем придут за ней к дверям спальни хозяина дома, после чего под предлогом какой-нибудь шутки ее брат зайдет внутрь и спасет от этого пламени зеленого взора.

– Я искала перья, – прошептала она. – Мы с Керолайн сломали почти все, пока занимались. И я подумала, что, может быть, в Вашей спальне…

– Ты прекрасно знаешь, что они лежат в кладовой.

– Они были высоко, а ночью все спали… И я не могла достать их сама, – срывающимся голосом попыталась объясниться Изабелла.

Она почувствовала, как он снова взял ее за лицо и рывком поднял голову к себе. Девушка вынужденно подалась вперед и коснулась его ног. Ну зачем она ему врет?.. Быть может, если она откроет правду и сознается в своем любопытстве, он простит ее? Ведь он не только ничего не сказал ей про ее слежку за ним во время поездки к дому Катрин, но и сумел обратить ее выходку ей же на пользу.

– Ты занималась по ночам?

– Иногда, – прошептала она, понимая, что под его взглядом слова застывают у нее на губах.

– И из всех помещений дома решила искать перья именно здесь?

– Да… мне показалось… Я не знаю, почему…

– Зато я знаю, – резко перебил ее молодой человек и направился в сторону двери.

Изабелла вросла в пол от ужаса: он собирался закрыть спальню на ключ изнутри. Если он это сделает, тогда никто не сможет ей помочь.

Она уже видела, как он поднимает руку к замку. Еще несколько секунд – и она обречена. Девушка ощутила на спине цепенящий озноб.

Она же устроила весь этот спектакль и нагородила столько вздора лишь для того, чтобы потянуть время разговорами. А сейчас получалось, что она отказалась от шанса признать свою ошибку, который он ей давал, и еще больше усугубила собственное положение ясным как день обманом… И самым страшным во всем этом являлось осознание того, что даже если Рикардо и появится теперь в коридоре, то он ничего не сможет сделать. Выломать дверь? Это отнимет время. И, кроме того, Зорро может в любой момент бесшумно забрать свою жертву во вторую часть дома. Тогда Линарес окажется на пороге пустой комнаты, и они с Керолайн оба подумают, что Зорро увел ее на улицу. Они же не знают…

Девушка задохнулась. Вторая часть дома! Потайной ход!

Она услышала характерный звук поворота ключа в замке, но уже была рядом с зеркалом. Этот бронзовый круг она не спутает ни с чем и никогда!

Механизм сработал незамедлительно и Изабелла, не чувствуя ног, практически скатилась вниз по лестнице.

Сколь быстрой бы ни была реакция ее карателя, ему все равно потребуется несколько секунд на то, чтобы прийти в себя и повторно открыть единственную самостоятельно закрывающуюся в доме дверь после закономерной паузы, вызванной осознанием происшедшего, ведь о том, что Изабелла была в курсе о наличии и устройстве второй части дома, молодой человек не мог и вообразить. И этой заминки ей тысячу раз хватит на то, чтобы промчаться в конец коридора и выбраться через конюшню на улицу, вход в которую молодому человеку так же придется закрывать самому, что дарило ей еще несколько драгоценных секунд.