Бернардо вез ее на встречу с мамой.

Его появление в верхней части дома произвело на небольшую компанию эффект взрыва в двух шагах, несмотря на то, что они давно и со всей ясностью приняли его незримое присутствие. Он сообщил, что ему было поручено сопровождать Изабеллу на встречу к сэру Ричарду, хотя девушка сразу же поняла, что Зорро договорился о встрече с ее мамой.

Но почему вдруг Бернардо? Почему он вышел из укрытия? Так, словно он уже не являлся неотъемлемой тайной Подземелья. Ведь подразумевалось, что ни она, ни ее брат, ни подруга не должны были ничего знать о его существовании. Почему Зорро вдруг принял такое решение? Если только…

Нет, это было невозможно. Зорро никак не мог увидеть ее там, за розовыми кустами у гасиенды Катрин. Ведь если бы это было так, то он непременно бы понял и то, что она слышала их разговор с Бернардо. Тогда он приехал бы сам и… Девушка на минуту закрыла глаза, представляя себе страшную кару, но вслед за этим тут же вспомнила, как молодой человек подхватил свою любовницу на руки и положил на землю. Это выглядело как игра, но в таком положении он значительно приблизился к шпионской засаде.

Нет, он не мог ее видеть. Не должен был. Изабелла до онемения сцепила пальцы на поводьях. А если бы он узнал о том, что она проникла во вторую часть дома? Изабелла сжала бока Арабики. Об этом нельзя было даже думать. Вдруг Бернардо может читать мысли. Не спроста же именно его Зорро выбрал самым близким слугой.

Девушка во всех подробностях вспомнила его внезапное появление. Они с братом были так заняты разговорами о Зорро и его деятельности, что даже не услышали звука отодвигающейся каменной двери. Ни входной, ни той, которая находилась в коридоре за поворотом. Хотя Бернардо также мог подняться с первого этажа и пройти наверх через спальню своего хозяина… Так или иначе, но они ничего не заметили.

В отличие от Бернардо, который оказался свидетелем столь важного разговора. Ведь он непременно передаст это Зорро и тогда… Изабелла снова похолодела. Вряд ли Зорро забыл, с каким азартом Рикардо предложил ту игру по установлению его личности и рода занятий. Теперь же, даже если Рикардо в тот момент и удалось убедить Зорро в своем полном неведении, последний неминуемо столкнется с тем же вопросом, что и Изабелла: зачем он это сделал? Пусть Линарес и поступил таким образом для того, чтобы не стеснять Зорро своим близким к нему нахождением как человек, который не должен, и при этом был в курсе его дел, но все же, получалось, что он солгал. А с Зорро этого делать было категорически нельзя.

Изабелла одернула себя в собственных мыслях и украдкой посмотрела на спутника, который неизменно держался в нескольких метрах от нее, однако не приближался и не пытался вступить в диалог.

Бернардо на вид можно было дать около пятидесяти лет, но для его возраста он находился в потрясающей физической форме. Он был среднего роста, умеренно широкоплеч, безукоризненно одет и завидно выправлен. От него веяло спокойствием, сдержанностью и порядочностью. Каждое его движение было обдуманно и взвешенно, но при этом легко и элегантно. Он весь был олицетворением достоинства и выдержки, и его вполне можно было бы назвать эталоном европейца, вступившего во вторую половину жизни, если бы в его чертах изредка не проскальзывал едва уловимый индийский дух, несущий с собой непередаваемый отпечаток гордости и свободы. Его с трудом можно было определить на роль слуги, однако, являясь таковым, он представлял истинную элиту своего класса. Зорро не спроста доверял ему и держал так близко к себе…

Девушка время от времени бросала на него осторожные взгляды и продолжала теряться в догадках относительно такого решения ее покровителя. Почему же он открыл им лицо и имя своего помощника? Не случилось ли что-то важное у мамы и сэра Ричарда? Изабелла почувствовала, как в груди проснулось неприятное потягивание. Она ведь сама слышала, как молодой человек говорил Бернардо, что вернется не раньше, чем через три дня. Значит, и встреча должна была произойти не раньше этого времени. И вдруг сегодня, так внезапно… Неужели это было так срочно, что они не могли подождать еще пару дней? Почему?

Девушка вцепилась в поводья. Или это было запланировано, и она просто накрутила себя в свете всех недавних событий?

Впереди забрезжила знакомая темная полоса океана.

Бернардо держал хороший темп, и по ощущениям они проделали этот путь практически за такое же время как и с Зорро. Изабелла, как всегда, ехала на Арабике, ее спутник же – на одной из тех лошадей, которых девушка видела в конюшне во время вчерашней разведывательной операции, но это не был ни второй черный жеребец молодого человека, ни одна из гнедых лошадей Рикардо и Кери. Изабелла только успела подумать о вороном двойнике Торнадо, как сразу же вспомнила соревнования с Зорро. Торнадо был тогда не менее уставшим, чем его хозяин, и девушка немало удивилась тому, что молодой человек прибегнул к его услугам в их поединке, а потом, практически не дав ему отдыха, уехал из дома. Значит, вот в чем была разгадка. Он просто поменял лошадей. Изабелла сначала даже не поверила тому, как все оказалось легко.

Может, и появление Бернардо тоже было закономерно объяснимо занятостью его хозяина, который обещал встречу ее матери, но сам не мог сопровождать ее чадо? В конце концов все и так знали о существовании слуги, только не говорили об этом вслух, а тратить время на жеманные игры относительно непонимания очевидных вещей было не в духе молодого человека, тем более, если раскрытие карт несло в себе значительно больше преимуществ, чем сохранение тайны, как в данном случае, когда Бернардо смог заменить хозяина и сопроводить Изабеллу на встречу с мамой.

Мама…

Только сейчас, немного успокоившись логичными доводами и впервые со времени очного знакомства с Бернардо почувствовав некоторое облегчение, Изабелла вдруг поняла, что совершенно не готова к этой встрече. Она до сих пор не верила, что та ночь ей не приснилась. То есть она понимала, что это событие действительно имело место, подтверждением чему служил тот факт, что она снова направлялась туда, но в тот момент и до текущей минуты ей казалось, что это произошло не с ней.

Она поняла и приняла все: своего отца, своего брата, своего крестного, которые, на самом деле, стали ей таковыми и очень быстро вошли в ее жизнь. Особенно Рикардо, все прошлые годы без которого сейчас уже казались ей немыслимыми и ненастоящими. Но то, что к ней вернулся ее самый близкий человек, который, когда-то пожертвовав всем ради ее благополучия, по прихоти судьбы исчез из ее памяти, она не могла осознать.

Конечно, в отличие от других членов ее семьи, с которыми она столько пережила и провела не один вечер, с мамой она виделась всего один раз и, как и в случае со всеми остальными, уже через несколько встреч все должно было измениться. Однако сейчас это служило слишком слабым успокоением, равно как и попытка напомнить себе о волнении перед первой поездкой в дом губернатора, которое было почти таким же сильным как сегодня и о том, что оно потом прошло.

Правда, не само по себе.

Девушка с неизвестно откуда поднявшимся жаром в теле вспомнила дыхание молодого человека у себя на бедре. Тогда она забыла обо всем…

Краем глаза Изабелла заметила, что лошадь Бернардо начала сбавлять шаг, и в ответ на его движение натянула поводья Арабики. Погруженная в мысли, она даже не заметила, как они проскочили перекресток, с которого начинался Эль Пуэбло. Впрочем, даже если кто-нибудь их и увидел бы, то на ней снова был надет костюм Дымки, и она смогла бы скрыться от любой погони на своей великолепной кобылице. Что же касалось ее спутника, то его лицо, скорее всего, было никому неизвестно, а его имя, как и род занятий, он не выдал бы даже на смертном одре.

Времени до встречи оставалось все меньше, а способа избавиться от волнения Изабелла до сих пор не нашла. Она уже видела приближение знакомых мест. В голове начало стучать что-то мелкое и настойчивое. Неужели это был не сон тогда? Неужели, правда, тринадцать лет спустя…