– А что проще всего? – спросил Питер.

– Бухгалтерия, – солгал Артур[81].

Питеру потребовалось еще пять лет вечерней школы, чтобы получить диплом. Он пошел работать в компанию отца, но его по-прежнему манило море. При всяком удобном случае Питер уезжал на Тасманию, где у него была своя рыболовецкая флотилия. Именно страсть к рыбной ловле зимой 1966 года привела его в Тонга. Питер добился аудиенции у короля в надежде, что тот выдаст ему разрешение на ловлю омаров в тонганских водах. К сожалению, его величество Тауфа’ахау Тупоу IV ему отказал.

Расстроенный Питер решил вернуться на Тасманию, а по пути сделать небольшой крюк и забросить сети за пределами королевских вод. Тогда-то он и увидел его – крохотный островок посреди лазурных вод.

Остров Ата.

Питер знал, что корабли здесь не останавливаются. Когда-то на острове жили люди – пока однажды в 1863 году к его берегу не пристали работорговцы и не вывезли аборигенов. С тех пор остров пустовал – проклятый и забытый всеми.

Однако Питер заметил нечто странное. В бинокль он увидел на зеленых холмах участки выжженной земли. «В тропиках пожары редко случаются сами собой, – вспоминал он пятьдесят лет спустя. – Я решил подплыть поближе». Когда его судно подошло к западной оконечности острова, матрос с мачты воскликнул:

– Там кто-то кричит!

– Чепуха! Это просто чайки, – отозвался Питер.

Но затем он увидел в бинокль мальчика – голого, с волосами до плеч. Мальчик бросился с утеса в воду – а за ним еще несколько ребят. Крича что было сил, они поплыли к кораблю.

Питер приказал команде зарядить ружья – он помнил про полинезийский обычай вывозить опасных преступников на отдаленные острова. Вскоре первый из мальчиков доплыл до корабля. «Меня зовут Стивен, – сказал он на прекрасном английском. – Нас шестеро, и, кажется, мы тут уже пятнадцать месяцев».

Питер отнесся к их истории скептически. По словам мальчиков, они были учениками школы-интерната в Нукуалофе, столице Королевства Тонга. Им надоела еда из столовой, и они решили порыбачить – тогда-то и попали в шторм.

«Звучит складно», – подумал про себя Питер и связался по рации с Нукуалофой.

– У меня тут шестеро парней. Я вам продиктую их имена, а вы выясните в школе, числятся у них такие ученики или нет.

– Оставайтесь на связи, – послышалось в ответ.

Прошло двадцать минут. (На этом месте у Питера на глаза наворачиваются слезы.)

Наконец в рации зазвучал счастливый голос:

– Вы их нашли! Этих мальчиков считали мертвыми! Даже похороны уже прошли! Если это действительно они – это настоящее чудо!

И вот полвека спустя я спросил у Питера, слышал ли он о книге «Повелитель мух».

– Я читал ее, – усмехнулся Питер. – Только это же совершенно другая история!

В следующие несколько месяцев я предельно тщательно реконструировал события, произошедшие на крошечном острове Ата. К счастью, Питер даже в девяносто лет сохранил феноменальную память – все, о чем он рассказывал, полностью подтверждалось другими источниками[82].

Мой второй источник жил в паре часов езды от дома Питера. Мано Тотау было пятнадцать, когда он попал на Ату. Сегодня ему под семьдесят, и они с капитаном – близкие друзья. Спустя пару дней после визита к Питеру мы с женой отправились к Мано в Десепшен-Бэй, городок к северу от Брисбена.

Реальная история «Повелителя мух», по словам Мано, началась в июне 1965 года.

Главные герои – шесть учеников католической школы-интерната Святого Андрея в Нукуалофе. Старшему было шестнадцать, младшему – тринадцать. Всех объединяло одно – им было безумно скучно. Ребятам надоели бесконечные уроки и домашние задания, их тянуло к приключениям и морю.

Они разработали план: сбежать на Фиджи, что в восьмистах километрах от Тонга, или даже в Новую Зеландию. «В школе многие были в курсе, – вспоминал Мано, – но никто не думал, что мы и правда на это решимся».

Была только одна проблема: отсутствие лодки. В итоге ребята «позаимствовали» ее у местного рыбака Таниэлы Ухилы, которого они все недолюбливали.

Подготовка к побегу не заняла много времени – два мешка бананов, несколько кокосов да маленькая газовая горелка. Никому и в голову не пришло взять с собой карту или хотя бы компас. Никто из них не был опытным моряком – только младший, Дэвид, умел управлять лодкой (по его словам, только из-за этого его и позвали)[83].

Восемь дней в Тихом океане. Путь от Нукуалофы до острова Ата

Поначалу все шло хорошо – никто не обратил внимания на небольшую лодку, вечером вышедшую в море. Небо было ясным, над спокойным морем дул легкий ветерок.

Однако ночью ребята совершили серьезную ошибку – заснули. Очнулись они пару часов спустя, когда на лодку уже обрушивались потоки воды. В темноте они видели лишь огромные волны, набегавшие со всех сторон. Мальчики подняли парус, но ветер мгновенно разорвал его в клочья. Затем сломалось рулевое весло. «Когда вернемся домой, – пошутил Сионе, старший из них, – скажем Таниэле, что лодка у него такая же, как он сам, – дряхлая развалюха»[84].

Шли дни, и поводов для шуток становилось все меньше. «Мы дрейфовали восемь дней, – вспоминал Мано. – Ни еды, ни воды». Ребята пытались ловить рыбу. В пустые кокосовые скорлупки собирали дождевую воду – ее делили поровну, каждый делал по глотку утром и вечером. В один из дней Сионе попытался вскипятить морскую воду на газовой горелке, но она опрокинулась, оставив на ноге мальчика большой ожог.

На восьмой день произошло чудо – на горизонте появилась земля. Вернее, островок – и не тропический райский уголок с пальмами и бесконечными пляжами, а выступающая над водой на триста метров огромная скала.

Сегодня Ата считается непригодным для жизни островом – несколько лет назад это подтвердил бывалый испанский путешественник. Сначала он решил, что Ата – отличное место, чтобы возить туда богатых туристов, которые любят нырять в поисках затонувших кораблей. Но сам он смог продержаться на острове всего девять дней. Когда его спросили, будет ли его компания осваивать Ату, он был категоричен: «Никогда. Этот остров чересчур суров»[85].

Впрочем, у ребят сложилось другое мнение. «Когда мы высадились, – пишет в своих мемуарах капитан Уорнер, – то обнаружили небольшую коммуну, которую обустроили мальчики. Они разбили огород, выдолбили в бревнах углубления для сбора дождевой воды, оборудовали спортзал с импровизированными гирями, бадминтонную площадку, загон для кур и очаг, в котором всегда горел огонь, – и все это при помощи старого ножа, неимоверного труда и невероятного упорства»[86].

Стивен, который впоследствии стал инженером, умудрился (после сотен попыток) добыть искру трением двух палочек. В вымышленном «Повелителе мух» подростки ссорились из-за огня, в реальности – больше года не давали ему погаснуть ни на секунду.

Мальчики разделились на группы по двое и разработали строгий график дежурства в саду, на кухне и в карауле. Порой они все же ссорились – но все размолвки решали обязательным тайм-аутом. Спорщики расходились по разным концам острова остудить пыл. «Спустя часа четыре, – вспоминал Мано, – мы приводили их обратно и просили извиниться друг перед другом. Так нам удалось остаться друзьями»[87].

Каждый день начинался и заканчивался песнями и молитвами. Из деревяшки, половинки кокоса и шести кусков стальной проволоки, спасенных с потерпевшей крушение лодки, Коло смастерил гитару, игрой на которой развлекал друзей. Этот инструмент Питер взял себе на память и хранил все эти годы.