Так что вовсе не из-за чьей-то глупости танки Империума были именно такими и не из-за умственно отсталости Адептус Механикус. Просто такие танки лучше всего отвечали реалиям боёв на миллионах миров Империума, где танк обязан быть одинаково эффективным и в тундре, и в пустыне, и в джунглях, и на чернозёме агарного мира. Как и бои всегда были массовыми, а не позиционными.
И ехал Леман Русс вперёд всегда, даже когда залп делал титан, оставляя яму размером с дом, даже когда температура падал ниже минус ста, и когда требовалось взобраться на дюну Талларана. Там где любой другой танк встанет, застрянет, заглохнет из-за того, что в него льют самогон, а не чистейший прометий — Леман Русс на лоб примет куммулятивную струю под смех керамита и пластали.
Прямо в затяжной бой въехали танковые роты, пока хемо-псы вгрызались в глотки огрызающихся смертью криговцев. Подавлены были позиции и следом хлынули основные силы, занимая позиции, от которых враг только-только отвёл рыцарей и сверхтяжёлую бронетехнику, решив что у меня кишка тонка на криговцев лезть. И чтобы штурм точно удался, я лично явился на поддержку, обрушив ещё и магию на головы врагов.
Содрогнулись укрепления и амбразуры бункеров ударил ветер перемен. Ещё несколько километров фронта сдвинулись столь неожиданно, что ни враги, ни противники толком не понимали как это происходит. А я же продолжал стремительно менять свою тактику и стратегию от одной ситуации к другой. И перестраивались мои формирования куда быстрее, показывая невероятную гибкость как в нападении, так и в производстве.
— Неплохо-неплохо, но этого мало. С такими темпами всё равно слишком долго провозимся, — произнёс Перевёртыш, явившись на очередной мой совет.
— Так может пусть Кор Фаэрон что-то делать начнёт? Ну или наконец-то одобрит мне передачу хотя бы одного титана класса «Гончая»?
— М-м-м, нет. Благодари его хотя бы за то, что тебе выделили целых пятых танковых рот и шесть сот тысяч культистов.
— Вау, да, массовка из немытых бомжей, которым даже лазганов не дали и пять танковых рот, которые тут же уехали… это прям щедрая помощью от нашего главнокомандующего.
— Ты тзинчит, он тебе ничего лишнего никогда не даст. И так уж рыцаря получил. А знаешь, что может сделать рыцарь в нужное время в нужном месте? Завалить титана. А оно Кор Фаэрону надо?
— Разве я хоть раз дал основания мне не доверять?
— М-м-м… напомнить тебе сколько раз ты киданул Несущих Слово?
— Так это было давно, я уже столько раз успел измениться.
— В этом и проблема, — кивнул Перевёртыш. — Но не переживай, я кое-что придумал. Помнишь Багровую Резню? У них есть в целом весьма прогрессивный кузнец варпа. А у тебя есть Эпсилон и технология хрусталя. Представляешь, что можно сделать, если договориться с ними о передаче парочки экземпляров их демонических машин для некоторого улучшения?
— О-о-о, хочешь Кхорна до инфаркта довести объединением его машин с магией Тзинча? Классно придумал.
— Если эти машины станут проливать больше крови, то думаю Кхорн только рад будет. Да и за спрос в нос не бьют.
— Ну да, кхорниты за спрос не бьют. Они бьют просто потому что невменяемые и причины им для этого в целом не нужны, — вздохнув произнёс я, но тем не менее Перевёртыш был прав.
В одиночку я мало чего сделаю даже проявив всю свою гибкость. Как и с кем-нибудь объединиться тоже важно, хотя бы на время. А то репутация у меня не самая лучшая и её надо выправлять, доказав что сотрудничать со мной в первую очередь выгодно, во вторую очередь опасно.
Глава 300
Могучие титаны сошлись в жестокой битве, пытаясь в своей дуэли решить, кто будет властвовать над Индевором. Но хоть и было высоко могущество каждого из Богов Войны, но на деле же рядом с ними шли в бой ещё и рыцари, а под ногами их ездили тысячи танков и шли в бой сотни тысяч солдат. И каждое из звеньев этого фронта могло одинаково эффективно повлиять на исход битвы.
И грозно рыча соплами своих плазменных орудий титаны посылали разрушительную смерть друг в друга, но в это же время на их флангах пылали Рыцари, в чьи пустотные щиты врезались залпы артиллерии и танков, пока пехота с ручными гранатомётами мчалась к вражеской технике в надежде своими жизнями пошатнуть баланс.
Вечная ночь легла на Ризу, дело было не только в магии, но и в смоге, что создавал ощущение полного отчаяния. Целые полки уходили на фронт и понимали, что уже не вернуться. Как и орды хаоситов делали то же самое, теряя как боевой дух, так и веру в Тёмных Богов. Ведь когда под тобой начинает плавиться земля, а небо окрашивается в багровые тона из-за алого дождя, то всякий теряет твёрдость, задаваясь вопросом: стоит ли всех этих жертв далёкие звёзды, за которые и идут все эти бои?
Очередной взрыв поднял в небо тонны земли, засыпая танки и трупы. А в это же время в одном из кратеров прятался сброд солдат, что шли в наступление, но потеряли твёрдость и уже не видели различий между сторонами этой бесконечной резни. Они стояли и смотрели во тьму, храня в своих крохотных душах крупицы той правды, которая была у каждого своя.
И в очередной раз после свистка побежала с двух сторон в атаку пехота, тяжёлые болтеры застрочили, прогрохотали залпы орудий и в одно мгновение тысячи солдат превратились в груды дымящейся плоти. Лишь единицы из них смогли добежать до середины между двумя армиями, после чего падая и крича, пытаясь потушить горящие шинели и переваливаясь скатываясь на самое дно, в лужи крови, грязной и токсичной дождевой воды, где их ждал другой сброд.
Здесь были и культисты, что вдруг осознали, что Тёмные Боги используют их лишь как мясо. Рядом с ними стояли гвардейцы, которых посылали в бой с комиссарами, чья задача была сделать всё, чтобы солдаты исполняли приказ. Не согласных приносили в жертвы, расстреливали, формировали штрафбаты, лишь бы очередной Бог заполучил на один мир больше. Даже не разменной монетой, а пылью и прахом был один единственный солдат в этой кровавой битве.
А хуже всего было то, что глядя в лица своих врагов они видели всё то же самое. Даже переметнуться на другую сторону смысла просто нет, ведь там ещё хуже. И хотелось что-то изменить, но слишком долго шли эти сражения и маятник войны был раскручен до такой скорости, что даже если вся Риза прямо сейчас попытается его остановить, то разлетится вдребезги.
— Мне подвластна надежда, но также и гибель. Я — тьма, но я свет, я — ничто, но я — имя. Бесчисленных лиц властелин и хозяин. Я был, есть и буду, пока разум с вами, — тут же зашептала сама тьма, в которую так глупо всматривались смертные.
Сам Повелитель Перемен сплетал воедино ложь и мечты, используя для этого умирающие убеждения, дабы окутать взгляд всех собравшихся выгодной лишь ему пеленой. Он видел души насквозь и уже тянул свои изменяющиеся руки к ним, дабы исполнить всех их мимолётные желания взамен на величайшую цену. Для него что сверкающий принц, хозяин разврата, иль немёртвый владыка гниющего сада, хоть сам кровавый воитель, царь вечной войны — были лишь пешками великой игры.
В одно мгновение все они должны были преклонить колено, каждый кто достиг дна этой гигантской воронки, что напоминала собой кратер. Однако в очередной раз случилось нечто, что не успел пересказать Кайрос Судьбоплёт, ведь вся галактика менялось слишком быстро и даже Тзинчу приходилось выбирать в круговороте изменений, что именно он хочет услышать в первую очередь. А остальное же к моменту пересказа уже оказывалось неактуальным.
В этот раз всё было также, ведь прямо в воронку вылетел отряд Перьев, которые с одной стороны были полны всего того, что давало право без размышлений сказать — они слуги Владыки Изменений, но на деле… на деле всё было куда сложнее. И окинув всех своим грозным взглядом, вернувший своё настоящее тело Сиберус Карфакс с опалёнными за спиной крыльями стремительным шагом встал в центре воронки, используя в качестве трибуны обломки демонической машины с клешнями.
