— Теперь твоя душа принадлежит мне и ты будешь называть меня господином. Как иронично, не правда ли? — с улыбкой произнёс я, передавая покрытое хрусталём сердце щупальцам, что скрылись за мантией. — Так, надо наверное ещё парочку эльдарских душ себе оставить. Стоп, а где…
— Дали дёру, — пожал плечами Мордред, встав рядом со мной и глядя на лежащий рядом с моими ногами клинок. — Классный меч, подарок от Слаанеш, как я понимаю?
— Да. А ты, смотрю, времени зря не терял. Тело куда крепче выглядит, чем те, что были раньше.
— Попросил Птичку слегка помочь. Теперь в варпе чувствую себя довольно спокойно. Но в физическом мире… там всё так тяжело. Поэтому эта оболочка основная, а в запасе у меня ещё несколько тел для отдыха.
— А Алор?
— Алор заставил чернокнижников пахать над купленной силовой бронёй, чтобы сделать голема. Ему кажется куда лучше быть как те бедолаги из Тысячи Сынов, чем… чем просто взять нормальное тело, да, Алор?
— Тело — инструмент. Инструмент нужен мне для достижения целей, а не для развлечений. Големы подходят лучше, — изрёк Алор.
— Ага, а ещё тебе жалко педофилов, коррупционеров, а также прочую шваль, которая могла бы стать твоим телом.
— Принципы являются тем немногим, что у меня ещё осталось. Если не будет великой нужды в том, чтобы я забрал чужое тело, я не стану этого делать.
— Тем более они все простые смертные, а ты же астартес.
— Не в этом дело.
— Да-да, представляю какого это жить в теле сына полубога, а затем бац и ты снова в теле человека.
— Так, рты на замок, — спор этих двоих как обычно пришлось останавливать мне. — Нам надо перебить как можно больше остроухих, освободить Люция Вечного и попутно принести какой-нибудь шикарный подарок Слаанеш, дабы та не сердилась за мои многоходовочки.
— Слаанеш? — подозрительно спросил Алор, а затем осудительно посмотрел на меч, что я поднял. — Ещё одна петля на наших шеях.
— Или возможность ослабить первую петлю. Лучше две петли, в которых ты можешь нормально дышать, чем одна, от которой ты точно сдохнешь, — заметил Мордред, хотя тоже особо радости не испытывал: просто старался мыслить рационально. — Командуй, Видар, нас тут много и мы пойдём за тобой хоть к центру этого лабиринта, хоть по бабам.
— Это я и хотел услышать, — ответил я, после чего вновь взглянул на лабиринт через туман, создаваемый плащом. — Но спешить тоже не будем, пусть слаанешиты прольют побольше крови, а мы свою побережём.
— Слова настоящего тзинчита, — усмехнулся Мордред, после чего поднял голову к небу, где разлом становился всё шире и шире.
Кажется в этот раз Иврейн снова превзойдёт саму себя. Хотя конечно переплюнуть уничтожение Биель-Тана ей будет сложно.
Глава 272
Бессчётное число душ окружало Иврейн в миг пика её силы. Они все стояли позади неё, наблюдали и шептали советы. Каждый кого она обратила и лишила жизни, подарив поцелуй Бога Смерти, теперь навеки был свободен от проклятья Слаанеш, но стоило ли оно того? Каждый решал для себя сам, но жизнь подобное назвать было даже сложнее, чем участь моих отголосков.
Тем не менее останавливаться Иврейн не собиралась и продолжала смыкать всю свою силу вокруг лишившейся одного куска собственной души Люция. Он не мог сопротивляться, в его теле всё ещё торчали сразу три прокляты клинка, которые являются ключом к возрождению эльдарской расы. Сам Иннеад смотрел на него через глаза Инкарны, парящей над центром лабиринта и посылающей вихри нестабильной энергии, которые сразу же забирали чужие жизни.
Аватар Мёртвого Бога был так похож на Слаанеш… это бросалось в глаза всем. Настолько же прекрасный, насколько и ужасный… а ещё он был одновременно и женщиной, и мужчиной. За одно такое сравнение были убиты тысячи эльдар, убиты лично иннари, которые не могли стерпеть подобных оскорблений. Однако факт оставался фактом, по какой-то странной и возможно вовсе не случайной причине Инкарна была слишком сильно похожа на Слаанеш.
— Ты справишься, — раздался шёпот Визарха, что стоял во главе всех призраков, окутывающих разум Иврейн.
Лишённый своего тела, он теперь навеки стал лишь тенью самого себя. Тень, заключённой в камне душ. Слишком рано он ушёл, слишком большая ошибка была допущена. Не стоило доверять Смеющемуся Богу, возможно он и вовсе не желает возрождения эльдарской расы и не жаждет мести Тёмным Богам. А может… нет, предположения только мешали Иврейн, надо было отринуть всякие лишние мысли и сконцентрироваться на том, что позволит оправдать жертву Визарха.
— Иврейн, они всё ближе. Через разлом подоспел сам Фулргим, — в центр лабиринта вернулась Лелит Гесперакс, вся покрытая кровью.
От её отряда осталась едва ли треть бойцов. В жесточайшем сражении Лелит уничтожила двух лордов варбанд космодесанта Хаоса, перерезала сотни демонов и задержала врага настолько насколько могла. Но даже её возможности не были безграничны.
Напряжение росло, Люций начал сопротивляться, Слаанеш вцепилась в него невероятно сильно. Кроме того солитёры, что охраняли центр лабиринта более не казались Иврейн союзниками. Она боялась, что они сбегут в самый неудобный момент. А если сюда доберётся ещё и демонический примарх, то даже Инкарна вряд ли сможет одолеть его. Может быть если в жертву ей бы принесли пару десятков тысяч эльдарских душ… нет, это всё равно невозможно.
— От меня не убежишь, Лелит! Я принесу тебя в жертву Слаанеш! — тем временем мой голос заполнил лабиринт.
Одного за другим разлом изрыгал подготовленных хрустальных големов, полчища демонов бежали в атаку, а вслед за ними шёл я, ступая по вражьим трупам. Вокруг трещало адское пламя, обрушивались стены лабиринта и всё больше ветер перемен сгущал тучи над судьбой эльдарского вида. Тот путь что видели иннари готовился развеяться песком по ветру.
И вот сделав очередной шаг я неожиданно оказался уже в центре лабиринта, пройдя через пространственный разлом. Вся структура паутины вокруг разрушалась, из-за чего каждый остроухий который не думал о том, как бы сбежать прямо сейчас оказывался в крайне невыгодным положении. В скором времени варпа станет настолько много, что всё это место будет объято демонами.
Я же поднял взор к Инкарне. Она была скована сдерживанием варпа. В данный момент можно было наблюдать неистовое противостояние Мёртвого Бога и Принца Наслаждений. Схватка была неравной, абсолютной нечестной и аватара Иннеада спасало лишь то, что он давал бой на своей территории.
Затем я опустил взгляд уже к Иврейн, которая окутывала магией Люция. Его душа уже была фактически расколота, надо было лишь переместить эти отголоски внутрь сосудов. Однако из-за влияния варпа потоки энергии то и дело норовили разлететься. Хотя вглядываясь в образ души Иврейн я кажется стал понимать настоящую причину её промедления. Нет, ей удавалось сотворять заклинание в физическом мире, под взором самой Слаанеш. А что случилось теперь?
— Ёкнуло что-то в мёртвом сердце? — оскалившись спросил я, после чего посмотрел на пустой доспех Визарха, валяющегося под ногами Иврейн. — Видно не из стремлений к великой цели он так рьяно стремился стать твоим чемпионом и заслужить именно твоё расположение.
— Сделаешь ещё шаг и увидишь начало Поднятие Занавеса, — раздался голос арлекина, который встал между мной и Иврейн.
И я невольно остановил свой шаг. Предупреждение это было вовсе не бахвальством и не пустой угрозой. Арлекины были в процессе разыгрывания величайшей из своих пьес. А тот факт, что даже Цегорах в этот момент перестал смеяться, намекал на то, как он серьёзно относился к апофеозу своего существования. В скором времени вся галактика узрит развязку затянувшегося конфликта и величайшее представление будет либо сыграно, либо все арлекины умрут в попытке добиться успеха.
Именно Поднятье Занавеса было чем-то вроде первого антракта. Это был перерыв, что отделял десять тысяч лет кровопролитной войны от Великого Разлома. Теперь же во всём разгаре был новый акт. И прямо сейчас конкретно в этом месте, в это время на своих позициях находилось более шести труп, каждая из которых смогла договориться с одним из Солитёров, дабы показать во все красе искусство игры.
