Мужчина выдохнул.

- В свое время глава рода был еще тем хулиганом.

- Вот видите. Думаю, деловых людей ничем не удивить, мы же все таки Бесоновы.

Борис улыбнулся, наверняка вспомнив года своей молодости.

- Таки да.

- Кстати, — я уже и забыл о том, что хотел его спросить, но, наконец вспомнил.

- Вы сказали, что для заключения контракта нужен кто-то из глав рода?

- Да. Так положено, что только члены главной ветки клана или рода могут подписывать контракты. Так как вы являетесь прямым наследником, ваша подпись только немного уступает в значимости в юридических вопросах, нежели подпись самого главы рода. В целом, хорошо, что контракт подписывать будете именно вы. Тогда у нас в случае чего будет некое место для маневра в зависимости от обстоятельств.

- Такое возможно? - сразу же уточнил я.

- Нет, что вы. Мы уже давно имеем дело с этой компанией. Но все таки всякое бывает. Да и глава рода посчитал, что вам нужно уже немного вливаться в его среду обитания.

Я выдохнул и стал рассматривать, как мелькают здания и деревья.

Остаток пути мы провели в тишине. Я погрузился в раздумья. Приятно, конечно, осознавать свою значимость. Вот только это и не малая ответственность.

Подъезжая к военной базе, нас остановили на точке КПП. Но как только увидели Бориса Вениаминовича, по-свойски поприветствовали и пропустили. Меня, похоже, даже не заметили.

Как только мы въехали на территорию базы, машина остановилась. Я осмотрелся вокруг. На первый взгляд, эта военная точка ничем не отличалась от других. Ограждена высоким забором. По периметру забора стоят дозорные вышки с людьми.

Заметил, что по дороге сюда висели таблички с угрожающей надписью "Заминировано". Не удержавшись, я задал вопрос Борису, указывая на одну из табличек.

- Это какой-то тактический ход? Или все-таки заминировано?

Он посмотрел на меня с недоумением.

- Конечно, заминировано, господин. Это же военная база за городом. Так положено.

Я немного растерялся от глупости своего вопроса. Мог бы и сам догадаться.

- Это могло быть просто предупреждение для гражданских и их детей. Дабы избежать нежелательных посетителей.

- Так вы об этом? Попасть сюда посторонним невозможно. Здесь множество мобильных групп со специально обученными собаками и дрессировщиками, которые патрулируют периметр днем и ночью. Они разворачивают незваных гостей или заблудившихся в лесу грибников. Да к тому же, чтобы просто набрести на этот объект, нужно очень сильно постараться.

И правда, пока мы ехали сюда, по дороге было столько поворотов и узких улочек, что казалось, при всем желании мне не найти путь обратно.

Мы миновали главные ворота, которые приветливо открылись перед нашим автомобилем. Борис Вениаминович спросил, как только машина остановилась.

- Молодой господин, вы хотите пройти со мной или подождать в машине?

Глупый вопрос. Конечно я хотел посмотреть на то, что в будущем станет моим. Было интересно все - чем живет эта база, что вообще происходит на подобных объектах.

Когда машина осталась позади, моим глазам предстала картина бегущих солдат. Некоторое передвигались обычным шагом, но в основном это были отряды, которые бегали. Отряд, который пробегал рядом с нами, на мгновение остановился на крик их сержанта. Они повернулись на право, к нам, и отдали военное приветствие... Мне. Это было несколько неожиданно, но я не растерялся - поднял руку и махнул, чтобы ребята продолжали упражнение.

Когда мы проходили через военный полигон, я заметил несколько военных машин, стоящих вне ангара. Возле них крутились люди, возможно, техники. Скорее всего, машины были повреждены и нуждались в ремонте.

- Борис Вениаминович, сколько всего людей на этой базе?

Мужчина задумчиво уставился вдаль и помолчал некоторое время. Потом ответил.

- Не могу точно сказать об этом. Приблизительно восемь или десять тысяч человек.

- Довольно много.

- Эта база в основном состоит из пехоты - около пяти тысяч военных и гражданские.

- Это не люди рода?

- Нет. Если вы думали, что наша военная мощь состоит только из людей рода, вы ошибались. Наш род довольно силен, но принимать в его ряды всех подряд мы не можем. Это наемники. Кстати, что касается военной мощи, род Бесоновых считается одним из сильнейших в этом плане. Родовые военные, наемники. Пилоты механических машин, которые заключили с нами контракт. В сумме получается большая военная мощь.

- Ясно. А сколько именно родовых военных?

Борис Вениаминович только тяжело вздохнул.

- Я затрудняюсь ответить на этот вопрос, молодой господин. Вам следует задать его одному из маёров.

Мы прошли через помещение, где похоже, проводилось собрание. Мужчины в военной форме что-то живо обсуждали, но при нашем появлении поднялись и поклонились, приветствуя меня. Я обозначил легкий кивок головой, тоже приветствуя присутствующих. Их было около восьми человек. Точно я не считал, так как мы продолжили свой путь.

Наконец мы вошли в чей-то рабочий кабинет, судя по обстановке. Строгий, минималистичный стиль. Этот кабинет наверняка принадлежит военному человеку не слишком высокого чина. Может быть подполковник или маёр. Кабинет был пуст.

- Присаживайтесь. Подполковник скоро придет.

Я не ошибся.

Мы сели и стали ждать, благо, недолго. Через приблизительно три минуты в кабинет вошел тучный мужчина и вытянулся по струнке смирно. Это приветствие предназначалось мне, как оказалось.

Я поднялся, ответил на приветствие легким кивком головы. И он, как положено, лишь тогда смог расположиться на своем кресле.

Мне понравился этот старый военный. Похоже, служит уже не один десяток лет.

- Здравствуйте, молодой господин. Меня зовут Сергей Сергееич.

- Очень приятно. Дмитрий Анатольевич.

- Ну что ж, раз со знакомствами покончено...Ты, — обратился он по дружески к Борису Вениаминовичу. - Приехал за документами?

Мужчина кивнул.

- Много новенького накопилось?

- Новенького хоть жопой жуй, и все немного говнецом попахивает.

Он говорил это так привычно, что даже и не подумал, что это как бы не к месту. Еще одно хорошее качество этого мужчины - ни капли притворства. И пока я его анализировал, он продолжал говорить.

- Много хороших бойцов, которые на службе не первый год, ушли в глухой запой. А те кто не пьет, извините за выражение - это было обращено ко мне, — хернёй маются. Нянчиться с ними приходится, как с детьми малыми. Заебали, сил нет.

Я немного был не в теме, и повернулся к Борису, но перебивать не стал. Потом спрошу.

- Я знаю, тебе нелегко сейчас. Глава рода занимается этим, нужно время. Что мы можем поделать?

- Ребята сгорают, Борис, понимаешь? Им нужно хотя бы что-то, от безделья мозги уже набекрень. Ах, да что говорить. Мы набрали молодняка. Видел, бегали на полигоне?

- Да.

- Много хороших ребят, перспективных. Но ты сам понимаешь, не идут ни в какое сравнение со старожилами, которые уже побывали на поле боя. Плюс много одаренных, в которых вложено немало сил и ресурсов.

- Я понял тебя, Что-нибудь да придумаем.

- Ты придумай, поговори с главой. Я тебя как друга прошу. Ладно, что касается вот этих докладов...

Начался совсем другой разговор, который касался уже непосредственно документов. Я сильно не вслушивался, краем уха буквально слушал, заинтересовавшись тем, что происходит снаружи.

Через окно в кабинете было видно, как бойцы выходят на полигон для стрельбищ. С интересом наблюдал, как солдаты отрабатывают стрельбу. Так как окна были закрыты, до меня доносились только легкие хлопки от выстрелов.

- Что касается оружия...

Вырвали меня из задумчивости слова Сергей Сергеича.

- Очень хорошие образцы, но нужно больше патронов.

- Мы как раз этим занимаемся.

- Занимайся быстрее. Сам понимаешь, сейчас времена непростые, ребят поднатаскать нужно. Многие из ребят нацелились на долгосрочный контракт, спрашивают меня об этом, а я что им ответить могу? Будут эти контракты или нет?