По родной шагают метросексуалы, не знающие, как ИД, что такое тактика прорыва и стратегия успеха, а мне он растолковал. Это когда я приехал к нему, заплаканный (мама умерла, Айзеншпис умер, ни денег, ни работы, ни жены, чтоб ее…), в офис (он тогда руководил «Молодой гвардией»), и он отвел меня в ресторан и сказал: «Та-а-к, ничего, рожа у тебя ликвидная».

Юмор незаменим там, где все может похерить патетика, и я впервые за долгое время рассмеялся.

Потом мы говорили, что мне пора возвращаться в журналистику, о детях, о кино, о музыке, и он сказал: «Ты же всегда был чемпионом. Именно сейчас это надо доказать…»

Никогда я не был чемпионом, но тогда я подумал, что был, и до сих пор пытаюсь им стать.Тем временем

Я всегда в него верила! – радуется учительница Демидова по русскому языку и литературе Элла Кузьмина. Тот выпуск Элла Валерьевна помнит как сейчас. Это был 1980 год. Тогда семья Демидовых переехала из города Сызрани Самарской области, где и родился Иван, в Самару. Учился до 10-го класса, потом отца перевели в столицу, и семья уехала. Учился будущий замминистра хорошо.Почему Ваенга отказалась петь

Пиит Резник написал тьму, массу, кучу, море разливанное, легион стихотворений, за которые я, да не один я, ему благодарен.

Я даже слышал однажды, как он употребил слово «трансцендентный», каковое слово способно вогнать в ступор не только «Иванушек», но весь состав участников «Песни года».

Его отличают эрудиция, царственные повадки, граничащие с вельможной вальяжностью, не допускающей увлечения людьми. В любой ситуации ведет себя аки вершитель судеб, даже в сыплющей искрами. Он не дозволит вам сократить дистанцию, которую сам же установит.

Он существует в своей Вселенной, и ему достаточно лет и у него достаточно регалий, чтобы иметь свою Вселенную.

Когда вы милы ему, он вам улыбается. Заступился. (Никто, конечно, этого не оценил, но я не Резник и не Гришковец, слава Богу, я не обиделся.) ЕВ, натурально, яркая персоналия, но… как бы это сказать… слишком увлекается карнавальной самореализацией, в известном смысле «проваливается в себя»; «голый человек на голой земле» – это, конечно, здорово, но утомляет.Пиит пришел к Певунье, предложил песни, написанные вместе с легендарным Паулсом, будто бы по 25 тыщ баракообамов за штуку. Кажется, барышня – учитывая ее экспансивность, можно только предполагать, в какой форме, – отказала Мэтру. И обрекла себя на анафему. Потому что Мэтр очень невысокого мнения о всяком, кто манкирует его нетленками.

...

Он так и сказал: жадина-говядина, двести тысяч, сука, за концерт берешь, а на шедевры бабла жалко.

Мадам далеко не благоговейно это выслушала и назвала ИР рвачом и демагогом. Она указала ИР на грандиозное самомнение; с чего, дескать, он взял, что делает честь человеческой расе, когда он доподлинно жлобяра.

При этом я так и вижу, как горят яростным блеском ее глаза.

Но у ИР тоже глаза способны испепелить, когда «батюшка гневается». В этом состоянии, мною виденном, ИР наводит на мысль о зыбкой грани между одержимостью и безумием. Но теперь времена другие, теперь «Старинные часы» не помогут, они твое время уже отсчитали, теперь время лен и стасов.

Но в одном они похожи: в жлобстве. Просто один наглеет, называя цену, а другой хамит, не желая платить.

Макаревича не читают, Шевчука не чтят

Ладно-ладно, готов признать, что с годами я все более превращаюсь в терзаемого невзгодами мизантропа, а ни одному из мизантропов не избежать огня вечной кары.

Но какое-то время поглумиться у меня еще есть, у парня с лицом тяжелобольного Ельцина и фигурой троллейбуса, но искреннего.

Поведение, каюсь, неведомой мне в смысле вклада в мировую культуру Равшанны Курковой поразительно; она дала интервью глянцу и была неконтролируемо весела, как во время летнего променада. Она понимает и позиционирует себя как суперзвезду. Говорит, что снялась в уйме картин, они, одна за другой, вот-вот выйдут. Если говорить выспренне, все это фильмы – «об атмосфере одинокого существования», и, пока мучился вопросом, кто такая РК, за которой охотится теперь уже и Голливуд, она о последнем фильме отозвалась так: «Моя последняя работа – та-а-кой трэш! Через десять минут людей начнет тошнить, они с гиканьем, побросав поп-корн, бросятся из зала».

Почему-то я верю Ей.

...

А вы верите, что книги, писанные нашими селебретиз, читаются?

Вот Андрей Макаревич воплощенное рокерское благородство, выпустил очередную книгу: вы хоть читали одну из всех? А ведь человек нехудо слагает.

Окинув взором список гостей на свадьбе Стаса Михайлова, я обнаружил там всех от Дробыша до Газманова, прежде неустанно поносивших менестреля. Ну, такие нравы у этой пародийной шатии.

Истерика, учиненная музыкантом Шевчуком по поводу появления в Форбс с миллионом долларов, – вот к чему она?

ЮШ много, по Канту, рассуждает о звездном небе над собой и моральном законе в себе; какое ему дело, ответственному за характеристику нравственной физиономии эпохи, до таких семечек? Ну написали и написали.

Нет же, оказывается, эта брехня (если это брехня) хоронит его образ чегеварский.

Бурановские бабушки как зеркало нашей обаятельной нелепости

Я несколько дней кряду закреплял успех ВВП, объясняя маловерам, почему я теперь шесть лет буду спокойно добиваться грандиозных свершений, после настраивал армейцев против Моуриньо и только сейчас обнаружил, что вы до сих пор не восстановили дыхательную функцию после отборочного триумфа бурановских бабушек.

Родина моя! Я тебе сейчас расскажу про дух времени, про то, кто выиграл и чем этот выигрыш чреват.

Ставлю десять наших рублей, девять грузинских лари и восемь тенге на то, что никакой революции, о которой вы с упоением-умилением с переизбытком патоки тут обсуждали, не случится. Бабушки трогательные и смешные, как члены движения партизанинг, но быть трогательными и смешными – это имманентная категория, тенденция здесь ни при чем, прекращайте голосить.

Кабы было так, как вы это этно-дело расписываете, натужливо самим себе и люду внушая мысль о революции в поп-музыке, Инна Желанная, Пелагея и Марина Девятова давно были бы суперзвездами, а не жили бы у меня в долг. Россия – ходячий сплав благих намерений и дурных привычек, и за бабулек проголосовали, потому что другие – все! – зае… утомили до крайности!

...

Бабушки – это Родина моя, делающая вид, что разумеет слово нанотехнологии, а на поверку инфантильная и способная на большую огневую мощь, когда приспичит, моментальный снимок обаятельных куража и недотепистости.

Смешные бабушки, повергнувшие в прах наших нелепых копиистов Тимберлейка, Бейонсе, Агилеры и прочих носителей пригламуренной мути, вызовет живейшую реакцию Европы. Победить не победят, но зато весь мир узнает, что у нас, оказывается, надо же, есть бабушки, а не только футболисты-неумехи и два идиота в лондонском суде с так подходящими их рожам словами «крыша» и «откат».

У буржуинов таких добродетельных бабушек нет! У них есть только импозантный дедушка Хампердинк. Профессиональный до тошноты, но нисколечко не трогательный и ни разу не смешной.

Жириновский и Пугачева – уходящая натура

Разумеется, я пребываю в расстроенных чувствах. Я вполне осознаю, как уязвим с этим текстом в глазах людей с хорошим вкусом и тонкой душевной организацией. Но опыт подсказывает мне, что уже очень давно в моей стране России принято самим себе приписывать два означенных качества и самих себя назначать оракулами. В Москве уже давно принято считать Владимира Жириновского издерганным клоуном, нелепым декадентом, в Москве народилось целое поколение, которое считает Владимира Жириновского выжившим из ума богатым старикашкой.

Вчера мнение этих людей, в том числе молодых, транслировала Пугачева, она, отчетливо зная, при ее-то шоуменском опыте, что любой намек на психическую неуравновешенность Жириновского вызовет всеобщий восторг, обрекла это подозрение в очевидную форму диагноза.