...

Способен ли я на сантименты? А то. Когда питерские студенты изготовили для Анны свет Чапман плакат «Порностудия – в другую сторону!», я смеялся полдня.

Над студентами (читай: над нами).

Они-то, сплошная наивность, не ведают, что мадам за этим и ехала – за бучей, за прессой, за игрой в утомленность сиянием собственной исключительности.

Ее назначили Патриотом, возвели в Роскошные Леди, и для аутентичности образа она должна быть вот такой – с поволокой в глазах и надменностью, сдобренной ухмылкой.

Она очень подходит, как тот самый человек в рясе по фамилии Чаплин, для нашего состояния, лучше всего вписывающегося в эвфемизм «абсурд» с прилагательным «трагический»; или – для нашего цирка, где даже ковёрные – всамделишные безумцы.

Она гениально играет ту специальную женскую «манкость», которая бывает только в 20 и видна только ровным пацанам, которым за 30.

Она строит карьеру, как я строю тост, – издалека: «Издалека долго течет река Волга». Впрочем, вокальный партнер у нее другой – Сами Знаете Кто.

Поэтому она плюет на дорожные знаки, а всех, кто ее ругает, считает аспидами. Когда разговаривает с кем-то не «своим», делает вид, что разговаривает сквозь толщу мигрени.

Она смотрит на тех, кого раздражает, весело – как на «фофанов обтруханных», не знающих, с чего начинается Родина.

Ясное дело, с нее, с ее умственной живости, с ее шалых глаз и с ее короткой юбчонки.

Кстати, «астрелевские» издатели на мою книжку мою рожу поставили. Привлекает всех. Можете проверить.

P.S. Пишут-то все, но я – лучше всех. Можете проверить.

Не в моих свойствах врать.Ученые придурки назвали Максим и Анну Чапман самыми влиятельными женщинами

Конечно, если посмотреть ясно, трезво, объективно, натура моя – малоприятная. Кругом мощнейший ренессанс демократии и культур, а я всё блох ищу. А как их не искать?

Взять хоть рейтинги, эти списки самых-самых. Если им верить, то золотые груши способны произрастать на платиновых вербах.

Вот один очередной рейтинг – какие умники (обойдусь очень осторожным словом) его сочиняли? Оказывается, певица МАКСИМ и – уж не знаю, куда отнести этот огонь патриотических чресл, – ЧАПМАН входят в число 100 самых влиятельных женщин страны. Чем я заслужил такое их влияние? Чем мир заслужил такое влияние? Таких его носительниц, являющих собой разве что эталон для лиц, которым ведома пубертатная кататония?!В этом же ряду экс-губернатор Сосулькина, рыхлые артистки, натужливые квазироманистки… Список сдобрен ядреными характеристиками, начинающимися с клише мезозойской ары и ими же заканчивающимися: творческий путь, становление, вершинные достижения, стоическое преодоление бесчеловечной домостроевской цивилизации… Ладно, бывает. Но вышеназванные две – это уже впадание в явную избыточность, если говорить без мата…

...

За каким-то чёртом ученые придурки цементируют свой список словами «присутствие всех дам в списке обоснованно». В наших двух случаях – чем?

Аллергенно-декадентскими песенками от лица безграмотной девчушки? Интимной фотосессией для солдат срочной службы?

Определенно был прав Шон Пенн, сказавший в сердцах: «Когда видишь рожи своих спасителей, понимаешь, в каком дерьме ты оказался…» Я бы на месте Маши Распутиной обиделся, увидев вместо себя сих мамзелек. А, например, Ее Сиятельство Татьяна Доронина – она ни на что не влияет?

Я скажу вам просто: мозги уже давно ни на что не влияют. А чё? Где-то я видел и мужской список «самых». Самый влиятельный футболист у нас – Аршавин, самый влиятельный врач – Онищенко; один играет с одолжением, другой борется с пломбиром. Самый влиятельный политик… Нет, о нем лучше не надо. А то на меня самого повлияют…

Что стало с Юлией Тимошенко?

Мне тут предложили подвести «попсовые» итоги года, а я посовещался с собой и решил переключиться на политику. Хочу объявить Женщиной года Юлию Тимошенко.

Незадолго до ареста она дала интервью, где по обыкновению своему чрезвычайно рисовалась и, кроме прочего, сказала примерно следующее: она-де с младых ногтей приучена дышать воздухом, в котором нет места страху, где готовность в необходимые минуты жертвовать своей жизнью – долг, с которым не спорят.

Выяснилось в конце концов, что Юлия Тимошенко всем должна.

У нее редкое чувство комического, но от комедии до трагедии полшага, и она его сделала, и открыто – впервые – растерялась, и сникла, и красивые глаза ее потухли, как будто выключили их, как лампочку. И намеренно величавая Юлия Тимошенко вмиг обратилась в непреднамеренно трагифарсовую. Ее упекли те, кого Юлия Тимошенко сама грозилась упечь, и сохранит ли она сердечный жар после всех пенитенциарных пертурбаций – большой вопрос.

Юлия Тимошенко привыкла сама показывать всем указующий перст, а тут такое! По первости, еще не понимая, что к чему, ЮТ смутно улыбалась, потом мутно глазела, после скукожилась – и в этот именно момент она стала одинокой, беззащитной девой, нуждающейся в защите.

...

Юлия Тимошенко была мстительной и шипящей. Стала (злорадствуют и сочувственно вздыхают) кроткой и молчаливой.

Что же, она сама угодила в силки неумолимой судьбы, которая подвергла ее безжалостной деконструкции. Проще говоря, напросилась.

Юлия Тимошенко – это леди, похожая на белого англосакса-протестанта с принципиальной косой, с одной стороны, и экзистенциальными неувязками – с другой.

Впереди ей предстоит длинная жизнь, которая очень долго будет похожа на ночь, и нет ни одной видимой причины, почему она не повторит судьбу Михаила Ходорковского в той части, где речь идет о признании себя виновной…

Не признает.

А коли так, еще долго ее дни не будут начинаться с апостольского «Радуйся!».

Жаль, она ведь была такой милой, пока сама себя не назначила Богиней.

Может, еще будет?

P.S. Ею нафарширована украинская действительность. Ее и жалко, и не жалко. Но жалко больше. Анна Чапман и бедолага Пушкин

«В сказках вечерних, неясных, бурных

Верилось в призраки светлых минут.

Страстно хотелось закатов пурпурных.

Знала, что где-то, кого-то, но ждут».

Эти претенциозные строчки я хочу посвятить Анне Чапман. Сколько раз с того самого времени, когда мы узнали про девушку, похожую на высокооплачиваемую лярву, что она именно та, с кого начинается родина, сколько раз с той поры, когда нам ее преподнесли как будущее Российской Федерации, сколько раз с той поры, когда она показалась нам в неглиже со страниц журнала для задротов, мы думали об этой девушке.

Она не успокаивается и дает нам все новые поводы. Вчера, когда я возвращался по перенаселенной машинами Москве на новое место жительства, вследствие чего был взвинчен донельзя, я прочитал ее слова об Александре Сергеевиче Пушкине.Я прошу вас не смеяться. Каждый, кто живет в нашей стране, имеет право по-своему относиться к Александру Сергеевичу Пушкину. Даже, я смею предположить, Анжелика Агурбаш имеет какое-то свое мнение на этот счет.

...

Вот что сказала Анна Отаровна Чапманашвили об Александре Сергеевиче Пушкине. Я цитирую, у меня сейчас в руках это интервью. «Пушкин, бедолага, не написал главных своих произведений. Этот бедолага мог бы стать поэтом, чье историческое значение превзошло бы значение Гомера и Шекспира. Творчество несчастного Пушкина в случае продолжения его жизни поставило бы лидерство России не на военную, а на духовную основу».

Я расцеловал бы автора этих строк. Этот удивительный литературовед, эта тончайшая особа, считающая Пушкина бедолагой, а Россию лидером в военной сфере (ту самую Россию, которая ищет трех людей, разграбивших киоск в центре Грозного, 38 лет), эта великая барышня, шпионка, разведчица, нимфоманка, одетая в бикини и рассуждающая о Пушкине, – разве это не является скрашиванием наших одиноких долгих зимних вечеров?