Виктория не ответила, но несколькими быстрыми движениями сменила картинку над голостолом. Теперь Георг видел звёздную систему с яркой звездой, Хелгой-Волантой, множеством мёртвых планет, а также с крохотными точками космических кораблей и стационарных объектов.

– Рыцари уходят, но есть другие причины для волнения, – проговорила Виктория.

Она обвела стилусом круг, и устройство услужливо увеличило выбранную область. Между третьей и четвёртой планетой системы дальние сканеры обнаружили неопознанные летающие объекты. Георг проскрипел зубами.

– Это, скорее всего, еретики, – сказал он. – Их я и ждал, а не каких-то там Рыцарей. Ну… вы в курсе.

– Нам очень повезёт, если они ограничатся эвакуацией, – произнесла Виктория.

– Если…

Виктория кивнула, Георг сжал ладони в кулаки.

– Что-нибудь ещё?

Виктория увеличила изображение уже другой области на поле пустотного боя. "Марс" Збаржецкого перестал обстреливать имперскую эскадру издали, а на всех порах мчал к Белами-Ки, чтобы перенять эстафету по завоеванию космической станции у Рыцарей Некоронованных.

– Летит за моей головой. – Георг ухмыльнулся. – Наверняка обещал за неё столько золота, сколько я и вешу. – Георг добавил после короткой паузы: – Мы же отобьёмся?

– Я как раз занимаюсь перегруппировкой, – ответила Виктория. – Если Рыцари не вернутся, то да, отобьёмся.

– Тогда у меня личная просьба.

– Конечно, капитан.

– Сотня. Да, пожалуй, сотни бойцов хватит, – проговорил Георг, отведя взгляд и обхватив подбородок. – Самых отчаянных и бедовых. Тех, кто точно не дотянул бы до тридцати и без всяких войн. – Он добавил мгновением позже: – Я собираюсь совершить кое-что очень рискованное. И ужасно глупое.

12

Технодесантник Рыцарей готовил "Громобой" к транспортировке, когда услышал гулкие шаги позади.

На причал, мимо выломанных с корнем врат, прошагал дредноут модели "Броненосец", покрытый копотью и с перемазанными кровью манипуляторами.

Этот сплав плоти и металла на страницах "Царства Георга Хокберга", я ещё не описывал, а потому остановлюсь на нём подробнее.

Одни космические десантники смертны, другие, как вы уже не раз успели в этом убедиться, смертны внезапно. Что же до серьёзных увечий, то тут вариантов тоже не сказать чтобы много. Если не обладать талантами в биомантии, то остаётся либо масштабная аугментация, либо сервиторизация. И там, и там десантника превращают в машину, разница лишь в том, что первый сохраняет рассудок, а второй уже нет.

Становление пилотом дредноута ближе к масштабной аугментации, но есть нюанс. Изувеченного десантника кладут в специальный саркофаг с устройством поддержания жизнедеятельности. Далее этот саркофаг подключают к человекоподобному боевому механизму. С этой минуты пилот больше никогда не выберется из заточения, обречён на жизнь словно бы в гробу. Поэтому не стоит удивляться поговорке, которая в ходу во многих капитулах космического десанта:

"Смерть – не повод нарушать присягу!"

Бронированный резервуар с ногами-колоннами и огромными четырёхпалыми манипуляторами, с помощью которых с лёгкостью можно порвать и танковую броню, остановился неподалёку от грузового "Громового Ястреба", а потом громко произнёс:

– Ненавижу незаконченную работу!

Технодесантник ввёл команду в портативный когитатор, встроенный в наруч, и притянул "Громобой" к челноку. Толстые цепи надёжно зафиксировали пушку. Технодесантник обернулся к дредноуту и сказал:

– Спокойно, Адальберт. Мы ещё вернёмся.

– Надеюсь, магистр сделает выводы. Так воевать никуда не годится!

Технодесантник уже направлялся готовить к погрузке и дредноут тоже, когда оптические имплантаты уловили нечто невероятное.

Прогулочным шагом, ничуть не страшась обстрела, к Рыцарям приближались двое.

Первый – космический десантник. Внешний вид даже более вызывающий, чем легкомысленное поведение. Силовые доспехи богато изукрашены, покрыты гравировкой. На груди – крылатая капля, на плечах – даже не изображения, а золотые бюсты примарха Сангвиния и его верного воина из сангвинарной гвардии. У десантника были длинные белоснежные волосы и чистое бледное лицо из синтетической кожи, – ни одного рубца! Он держал в руках ростовой двуручный меч.

Второй – смертный, старый солдат с густой бородой. Снаряжение как у штурмовика, а ещё пробивное ружьё – примерно то же, что и лазерное, только более мощное, благодаря ранцевому питанию.

– Рыцари! – воскликнул смертный. – Мой господин, сэр Валерио Рейн, граф Виконтийский, бросает вам вызов! Выходите на бой, если у вас есть честь!

Технодесантник уже навёл на безумцев конверсионный излучатель, когда раздался сотрясающий гром, – так хохотал дредноут.

– Батфрид, позволь мне разделаться с этими клоунами! – воскликнул Адальберт.

– Хорошо, только быстро.

Дредноут направился к нарядному десантнику в пурпуре и золоте. С каждым шагом громады мелкие обломки поблизости подбрасывало в воздух, скрежетал металл.

Сэр Валерио Рейн нажал на руну включения, и клинок двуручного меча засиял ослепительным светом. Смертный слуга тем временем отбежал в сторону и спрятался за обломками стационарной лазерной установки "Сабля".