10

Автоматическая турель грохотала так сильно, что жутко болела голова, и Вилхелм думал о том, что в лучшем случае, если и будет какое-то завтра, то придётся пользоваться слуховым аппаратом.

И всё же он не представлял, как бы они продержались совсем без техники. Абордажники Рыцарей Некоронованных набегали приливом на их позиции уже дважды и каждый раз оставляли по десятку бездыханных тел. Убивали ещё больше.

Свою тяжёлую пехоту командование обороной Белами-Ки пока придерживало. Вилхелм понимал для чего, но не принимал это. Когда хочешь жить долго и счастливо, не свыкнуться с мыслью, что тобой пожертвовали.

Абордажники снова возвращались. Ни разу не космические десантники, всего лишь их смертные слуги, но в таком снаряжении, которое превращало людей в стальные горы.

Если бы не бронированные барьеры, защитников переходов меж отсеками смели бы в мгновение ока, а так Вилхелм считал, что они ещё продержатся некоторое время. Металл на укреплённой позиции уже раскалился, но – слава Богу-Императору! – пока не потёк.

Резкий хлопок, шлейф ракеты, удар, скрежет и искры. Турель "Тарантул", благодаря которой ополченцы сдерживали профессиональных солдат, превратилась в обломки.

– Готовьте гранаты! – выкрикнул Вилхелм. – Огонь на подавление!

Ополченцы трясущимися руками переключали режим на ружьях, а потом снова подступали к узким бойницам барьера. Лазерные лучи хлестали неторопливых колоссов, но те подступали всё ближе, не страшась более обстрела из спаренных тяжёлых болтеров "Тарантула".

– Зацени, что я достал!

Вилхелм обернулся и увидел Нере с мелта-ружьём и плазменной винтовкой наперевес.

– Думал, тебя уже и след простыл, – бросил ему Вилхелм.

– Ты за кого меня принимаешь?! – Нере прищурился.

Вилхелм только грустно улыбнулся и махнул рукой, чтобы Нере подобрался ближе. Вилхелм взял винтовку, проверил состояние, а потом отдал команду:

– Гренадёры, готовьсь! Через три, две, одну!

В наступающих полетели пучки лазерных лучей, десятки гранат, всё, что только оставалось у защитников. Противотанковые, осколочные, зажигательные, дымовые, даже парочка мелта-гранат.

Одна из них примагнитилась к скафандру вражеского стрелка, который подошёл ближе всего. Он потянулся оторвать и отбросить гранату, но не успел. От человека остались только обожжённые руки и ноги, а также оплавленная раковина снаряжения. Вторая граната ни в кого не попала, но проделала дыру в полу, куда и свалился следующий абордажник.

Вилхелм и Нере поднялись над бронированным барьером, – с их оружием бойницей не воспользуешься, только себя убьёшь. В абордажников полетели сгустки плазмы и буря сконцентрированного пламени. Пал один, второй, третий, остальные противники предпочли отступить.

И всё бы хорошо – ещё один приступ отбит, но тут из дымовой завесы вдруг выбежал не кто-нибудь, а космический десантник.

Вилхелм даже не понял, чем его задели. Он просто взлетел, а потом рухнул на пол с вмятиной на кирасе и с выбитым из лёгких воздухом. Нере и испугаться не успел – его схватили за голову, а потом смяли голову вместе с каской.

И снова грохот болтерных выстрелов, вот только на этот раз не автоматической турели, а личного оружия Рыцаря. Вилхелма забрызгало кровью, когда ближайший к нему ополченец сложился вдвое после попадания реактивного снаряда.

Вилхелм быстро осмотрелся. Его плазменная винтовка осталась где-то у барьера, зато он заметил мелта-ружьё Нере поблизости. Из последних сил Вилхелм бросился к нему, не глядя навёл туда, где свирепствовал враг, и нажал на спусковой крючок.

Рыцарь дёрнулся, вмиг лишившись руки, но тут же оказался рядом, пинком разоружил Вилхелма, а потом вогнал тому боевой нож в живот. У Вилхелма горлом кровь пошла, он вцепился в широкое лезвие, но вытащить, конечно же, не смог.

Рыцарь поднёс Вилхелма поближе, к оплавленному шлему, который если и снять, то только с кожей, а потом прохрипел:

– Сдохни в мучениях, пиратское отребье!

Рыцарь стряхнул Вилхелма с лезвия и направился дальше очищать станцию от врагов капитула.

Я был в тот миг в госпитале, бинтовал раненых, что-то прижимал да мыл, но заметил, как Сера всхлипнула и зарыдала. Её руки задрожали, но она довела операцию до конца и кое-как зашила рану.

Тогда я ещё ни о чём не догадывался и подумал, что ей просто стало страшно и тяжело. Сейчас поплачет, немного успокоится и продолжит.

Но когда я увидел, что она собирает инструменты в кожаную сумку, меня осенило. Я поспешил на перехват, насколько быстро позволял мне это сделать экзоскелет.

– Даже не думай! – воскликнул я. – Там война!

Она подняла на меня взгляд. Лицо красное, в глазах слёзы.

– У меня… – голос сел, Серу едва слышно. – У меня муж умирает! – сказала она громче.

– А ещё у тебя двое детей!

– Я ещё могу его спасти…

– Сера, пожалуйста, не глупи.

Я попытался её обнять, но она сначала сделала шаг назад, а потом резко прыгнула в сторону так, что схватить я её не сумел, только напугал медсестру, которая катила на утилизацию тележку с ампутированными конечностями.

– С ума сошли?! – воскликнула она.