– Мы есть Война! Мы есть Смерть!

Зрение померкло, а потом перед глазами разлилось ослепительное сияние, с которым не справилось даже улучшенное зрение сверхчеловека. Полярная стужа проникла в самую суть. Аврааму показалось, что он превращается в камень, но уже в следующее мгновение перенос завершился.

Десантники оказались не где-нибудь, а прямо перед лицом непримиримого врага, жаждущего крови.

Авраам не разобрал, кто перед ним – не проморгался ещё после телепортации – но руки помнят. Он поверг врага на автомате сокрушительным прямым ударом, чтобы встретиться со следующим чудовищем.

Оно напоминало что-то среднее между механическим насекомым и механической же змеёй. Парило над землёй, нависало над Авраамом, двигая многочисленными лапками, что заканчивались острыми когтями. Авраам и моргнуть не успел, когда чудовище обвило длинным хвостом его ноги, торс, едва не зафиксировало руки, но к тому времени он начал сопротивляться. Гнусный механизм некронов обрушил на жертву град ударов, чуть не выколол Аврааму глаз, но коготь вонзился в толстую лобную пластину шлема, а не в глазницу. В отместку Авраам схватил чудовище за треугольную голову, подал питание на генератор, сдавил броню, электронную начинку, искусственные мышцы так, что брызгами стекла лопнуло единственное зелёное буркало чудовища. Страж гробницы забился в агонии, но уже совсем скоро затих.

Понадобилось время, чтобы разорвать путы и вырваться из захвата уничтоженного конструкта, чем воспользовались другие враги – уже повстречавшиеся Рыцарям Некоронованным уродцы в тиранидских шкурах. Броня крепка, выдержала многое, но Авраам всё-таки получил болезненную рану на спине. Он рассвирепел, резко развернулся, отталкивая навалившуюся нечисть, а потом стрелял в упор до тех пор, пока волна осквернителей трупов не рассеялась. Чужаки, некогда сменившие родные тела на бессмертные механические оболочки, больше не поднимались и не телепортировались ближе к устройству, которое бы устранило повреждения.

Всё потому, что Рама Ярадж выдал участникам абордажа специальные боеприпасы под названием "Упокоитель".

Сами знаете, я ни разу не учёный, могу ошибаться, но в каждом таком снаряде – только представьте! – своего часа ждали тысячи микроскопических роботов! Они, словно вирус, поражали полностью искусственную форму жизни! Ещё одно чудо Омниссии! Жаль, что доступно лишь специальным подразделениями, вроде Караула Смерти.

Авраам перезарядил болтер, огляделся и понял, что битва окончена.

Вокруг телепортационного маяка, напоминающего несколько цилиндров, вставленных один в другой, с гирляндами разноцветных люменов и тарелкой антенны, стояло почти три десятка лучших воинов человечества, лежала целая орда механических чудовищ, рассечённых клинками, разорванных болт-снарядами и опалённых плазмой.

Не скрылся от взгляда Авраама и павший боец Караула Смерти. Бедняга попал под удар вражеского излучателя, меньшей копией тех, что совсем недавно уничтожали космические корабли. Естественно, даже терминаторская броня не выдержала такого потока энергии, – у воина в груди сквозное прожженное отверстие, куда – появись у кого-нибудь настолько противоестественное желание – и смертный бы пролез.

Авраам перенастроил оптические фильтры шлема так, чтобы лучше различать пространство вокруг и, наконец, осмотрел окрестности.

Флагман некронов отличался от лёгкого крейсера, уничтоженного Рыцарями, в худшую сторону. В том смысле, что эта летучая гробница оживала после векового сна, и здесь было всё, о чём рассказывал Альбий Грим. Это означало, что абордажная команда рисковала встретиться с угрозами куда серьёзнее, чем какие-то сумасшедшие чужаки и их роботы. Путь могли преградить олицетворения звёздных богов, если, конечно, Альбий не преувеличивал.

В архитектуре некроны отдавали предпочтение строгим геометрическим фигурам – многогранникам, цилиндрам, пирамидам – но таких циклопических размеров, что Авраам почувствовал себя песчинкой. А ещё в этом месте действовали свои законы природы, объяснить которые можно было только после многих лет изучения, а в моменте лучше и не задумываться. Авраам видел радужные мосты в небе, по которым плыли обсидиановые платформы, порой размером с дворцовую площадь какого-нибудь крохотного улья на пару миллионов человек. Сгустки энергии, свободно парящие в пространстве, играли роль светил и изгоняли тени из всех углов. Если бы кто-нибудь озадачил Авраама дать название этому месту, то он бы вспомнил об одном из мифов Древней Терры под названием "Изумрудный город". Все оттенки зелёного, и разве что нет дороги, вымощенной жёлтым кирпичом.

От наблюдений и размышлений Авраама отвлёк командор Ярадж:

– Братья, нужно почтить память павшего.

На наличнике шлема три полосы от когтей, серебряный наруч оплавился, но в сравнении с подчинённым Рама Ярадж почти не пострадал.

Абордажная команда окружила погибшего десантника, а Рама выступил с короткой речью:

– Брат Арбен, покойся с миром и набирайся сил перед последней битвой. Мы встретимся там, по правую руку от Императора.

Воины Караула Смерти одновременно ударили кулаком по груди и воскликнули:

– Мы встретимся, брат!

Рама отдал следующую команду:

– Возьмите оружие и снаряжения Арбена. Мы выдвигаемся. Котар, Адаремон, используйте все силы, но найдите безопасный путь сквозь это кладбище. Мы не можем бороться со всеми некронами. Тут спит целая армия, и она вот-вот проснётся.

9

Оба библиария застыли перед стеной, созданной из материала, напоминающего малахит. Из всех препятствий лабиринт оказался самым действенным против захватчиков. Космические десантники перебили множество машин и осквернителей трупов, но здесь приходилось сражаться с самим пространством. Флагман казался внутри больше, чем снаружи.

Стоило встать на парящую над бездной платформу, как малахитовой стеной перекрывался путь назад, и десантникам предлагалось проследовать в следующую комнату: направо, налево или прямо. Что ни выбирай, всё равно наткнёшься на стражей гробницы или вообще на автоматическую турель, напоминающую две перекрещенных пластины, по свечению сердцевины которой всегда можно понять, когда произойдёт выстрел. К несчастью, знание не давало каких-либо преимуществ: спрятаться или увернуться от изумрудной молнии было, мало сказать, как непросто. Турель прожигала исключительно всё и била наповал. Так погиб Калеб, ещё один член абордажной команды из числа Рыцарей Некоронованных.