– Нам не нужны ваши миры, и… я примерно понял, куда ты ведёшь. – Он расчесал бороду, подумал немного, а потом сказал: – Если ты ищешь военного союза, то ответ – нет, какими бы выгодными условия ни были.

Георг отмахнулся и произнёс:

– Наши войны – наше дело. Нам нужно лишь ваше присутствие в секторе Сецессио.

Штурмир сложил руки за спиной, медленно курсировал перед Георгом туда-сюда. Он переглянулся с глазастым механодендритом и ответил:

– В чём подвох, человек? Вы не отдаёте ничего просто так. Хм… Честно говоря, не могу вспомнить, чтобы вы вообще что-то отдавали за последнюю пару сотен лет. Всё берёте и берёте.

Георг кивнул, ухмыльнулся и проговорил:

– Если вы отправите свой торговый флот, компанию ему составит наш торговый флот. Нападения пиратов происходят всё чаще. Нам становится сложнее успевать всюду. Нужно участвовать в сражениях, вести блокаду – и не в одном месте – доставлять грузы под конвоем. Не разорваться.

– И ты предлагаешь защищать ваши суда после того, как вы сжигали наши, – произнёс Штурмир. – На что ты рассчитываешь?!

– Что было, то было. Случалось и так, что наши народы сражались вместе против общего врага. – Георг подмигнул вождю.

– Случалось. Я сражался. – Штурмир сделал несколько шагов в одну сторону, потом в другую. – А что… – Он смолк, составил вопрос иначе и продолжил: – Вот ты предлагаешь беспошлинную торговлю. Но ответь мне, кому будут нужны ваши дерьмовые товары, если на рынок придём мы? Зачем вообще вам торговый флот тогда?

– Ха! Приятно общаться с понимающим… – Георг сбился на миг.

– Нелюдью. – подсказал Штурмир, улыбнувшись.

Имплантаты сквата сверкали ровным алым светом. В них не прочесть истинных чувств и намерений.

– Приятно общаться с тем, кто понимает, – поправился Георг. – Во-первых, ваш Альянс не так велик, чтобы обеспечить весь сектор Сецессио. Во-вторых, сейчас мы делаем больше пушек, а не масла, если вы понимаете, о чём я.

– У нас общие предки.

– А вы вряд ли будете продавать нам оружие, – закончил Георг.

Штурмир кивнул. Он перестал ходить, остановился, расчесал бороду и сказал:

– В твоих словах есть смысл, торговец. Мне нравится. Сегодня я говорю за родичей, но не могу принять решение за родичей. Кроме того, нужно обсудить ещё множество мелких деталей.

Георг всплеснул руками и отозвался:

– Я в вашем распоряжении. Думаю, что найду, например… недельку?

Когда через пару дней Георг покинул "Кулак Имира", – флагман Альянса, – то бросил Аврааму следующую фразу:

– Ты знаешь, необычно получилось. Прежде мне ещё не доводилось начинать войну через десять лет.

2

После заключения договора со скватами Георг повёл "Амбицию" на Дитрит. Нужно было пополнить запасы топлива, продовольствия, прочих расходных материалов, необходимых для странствия меж звёзд.

Официальная причина.

Неофициальная – Георг забирал дочку к себе. Годы прошли, и Росса Ноцци более не просто наследница хартии вольного торговца и огромной империи, а энсин военно-космического флота Дитрита. Георг щёлкнул пальцами, и в местном адмиралтействе оформили все необходимые бумаги о переводе молодого офицера на "Амбицию", адъютантом капитана Руиза.

Георг, конечно, организовал пышное празднество на борту корабля, но не смог удержаться и отправился за дочкой лично.

Встретились они в орбитальном порту Дитрита. Вокруг царила суета с погрузкой-разгрузкой контейнеров, но эти двое её и не заметили. Едва увидели друг друга, Георг перешёл на быстрый шаг, а Росса вообще побежала.

– Папа!

Росса влетела в объятия Георга и крепко к нему прижалась.

– Дорогая моя, – только и проговорил он, а потом поцеловал Россу в макушку сквозь ткань пилотки. – Ты бы знала, как я соскучился.

Росса приподнялась на цыпочках, чмокнула отца в щёку, а потом отстранилась, сияя.

– И я, – проговорила она.

– Дай на тебя посмотрю, – сказал Георг и сделал шаг назад.

Основной цвет техножречества Марса или, например, Стирии – красный, на Дитрите – пурпурный, но Росса к культу Бога-Машины относилась постольку-поскольку, поэтому в её военной форме преобладали серые и тёмные оттенки. Исключение – маленькая золотая звезда на погонах, пурпурная окантовка и подклад пальто.

– Боже-Император, какая же ты всё-таки красавица, – проговорил Георг чуть тише. – А вытянулась как!

Росса издала короткий смешок и ответила:

– Да это просто сапоги такие, пап. Ну, может, пару сантиметров прибавила да и только.

Георг снова сгрёб её в объятия и сказал на ушко:

– Как же я тебя люблю.

Росса пошмыгала носом, высвободилась и смахнула одинокую слезу рукавом.

Георг спросил:

– Как мама?

Росса проглотила ком, сделала глубокий вдох, а потом ответила:

– Да всё в порядке!

– Не хочет, ну, с тобой путешествовать?

– Нет. – Росса помотала головой. – Она всё ещё злится. Она бы здесь пожила, если ты не против.

– Да нет, конечно. – Георг махнул рукой. – Меня это нисколько не затруднит.

– Спасибо-спасибо! – Росса чуть на месте не подпрыгнула.

Георг посмотрел на свиту Россы, помахал им – ответили Ловчий и несколько телохранителей, пожелавших продолжить работу безопасниками на борту "Амбиции" – а потом обратился к дочке:

– Пойдём?

– Пап…

Росса закусила губу, сложила руки за спиной, помялась немного, а потом всё-таки проговорила:

– Ну… я тебе писала.

– Ах да. – Георг вздохнул. – Твой мальчик.

Георг снова перевёл взгляд на свиту и теперь без труда нашёл среди крепких мужчин молодого человека в такой же, как у Россы, форме. Георг обратился к дочке:

– Как-то он не спешил знакомиться.

Росса пихнула кулаком отцу в грудь и воскликнула:

– Да ну, ты – страшный! Как будто не знаешь, что о тебе говорят!

Георг посмеялся и ответил:

– Дело в этом? И только-то…

– Нет… просто, – Росса потупила взор и проговорила тише: – Мы… мы хотим пожениться.

– Ну, это мы ещё посмотрим.

– Пап!

– Позови его.

Жених оставил вещевые мешки, – свой и Россы, – приблизился.

Это был подтянутый человек выдающегося телосложения, на котором военная форма смотрелась просто идеально. Жгучий брюнет, который брился до синевы и наверняка сражал девушек наповал взглядом больших глаз редкого синего же оттенка.

Георг прищурился, – заметил некоторые черты лица, которые уже видел раньше.

– З-здравствуйте, господин Хокберг. – Молодой человек сотворил знамение аквилы и низко поклонился. – Оч… очень приятно с вами познакомиться. Меня зовут Эдуардо.

– Эдди, значит, – проговорил Георг так, что Эдди проглотил холодную слюну.

Росса поправила отца:

– Эдо.

– Эдо, откуда ты? – спросил Георг. – Я мог знать кого-нибудь из твоих родителей?

– А я с "Амбиции" вообще-то, – ответил Эдуардо и слегка улыбнулся. – Должны знать. Отец рассказывал, что как-то за руку с вами здоровался.

Георг ещё больше нахмурился, задействуя все извилины, ещё не погубленные разнообразными курительными смесями, алкоголем, наркотиками и нервной работой.

– Карбоне, – подсказала Росса. – Его отца зовут Марио Карбоне.

– Чего?! – вырвалось у Георга.

Эдуардо побледнел, но Росса схватила его за руку и прижалась сбоку.

Георг посмотрел на сладкую парочку исподлобья, помолчал немного, тяжело вздохнул и сказал: