Лэнд и Амберт – опытные бойцы, и уже встречались с чудовищами. Никто не побежал. Лэнд стрелял с колена, Амберт вытянулся во весь рост. Глория подозревала, что флешетный карабин Амберта, как и бластер, даже не поцарапал бауу, но вот у Лэнда было больше шансов. Автоматическая винтовка крупного калибра, такая и литой панцирь пробьёт.

Однако был ли бауу ранен или нет, по движениям зверя не поймёшь. Он метнулся на стрелков, рассудив, наверное, что Глория не поднимется, перепуганная до смерти.

Как бы не так!

Не теряя и секунды, Глория вскочила и побежала туда, где стоял Йон. Она искала болтер. Уж если эта штука не повалит чудовище, то всё, пиши пропало, охотники старались, но…

Вскрик, ругань, синтезированный вопль, вырвавшийся из голосового модуля Амберта или из глотки Пирожка.

Глория увидела болтер под поваленным деревом. Она побоялась поворачиваться и наблюдать за схваткой, – рёв, хруст сминаемых веток и приближающийся грохот говорили сами за себя.

Глория прыгнула, схватилась за рукоять, рванула оружие на себя, развернулась и…

Перед глазами разверзлась пасть с двумя рядами острых клыков, когда Глория дёрнула ручку затвора, а потом зажала спусковой крючок. Грохот ударил по ушам, а из-за чудовищной отдачи оружие едва не вырвалось из рук. Однако даже так в огромное тело хищника попало достаточно реактивных снарядов, чтобы тот сначала словно бы налетел на стену, потом покачнулся, застыл на мгновение, фонтанирую кровью, и, наконец, повалился на спину.

Глория добавила ещё по дёргающимся задним лапам бауу, пока магазин не опустел. Снаряды вырывали клочья тёмной плоти, оставляли воронки или сквозные отверстия, куда можно было кулак просунуть.

Глория посидела без движений несколько мгновений и только потом решила подняться. Повесила дымящийся болтер болтаться за спиной, вытащила нож, совершенно бесполезный в схватке с подобным страшилищем и по дуге обошла агонизирующую тушу, чтобы посмотреть, как там товарищи.

Йон уже поднялся. Его вело из стороны в сторону. Йон кашлял. На кирасе остался отчётливый след когтей. Бауу ударил так сильно, что даже помял металл. И пусть под кирасой поддоспешник, но гематомы – это лучшее, на что мог рассчитывать Йон. Глория не удивилась бы, что и рёбра сломаны.

– Ты как? – спросила она.

– Жить… буду, кх-кх… – выдохнул Йон с усилием и закашлялся.

Амберт опустился на одно колено около растерзанного Пирожка. Бауу выдрал кибермастифу голову.

– Он?

– Будет жить, – сказал Амберт. – Но тут столько ремонта! Проще новое тело собрать. Да и… вряд ли старое утащим. – Он вздохнул.

Глория наклонилась к Пирожку и погладила того по голове, сказав:

– Держись, дружок.

Пирожок ответил миганием оптических имплантатов, а Глория пошла дальше.

Лэнд бинтовал себе голову. Он потерял шапку. Потерял ухо. Слева по голове протянулось две кровавые полосы. Чуть глубже, достали бы остальные когти, и Лэнд ничто, никого и никогда бы уже не бинтовал.

Глория помогла Лэнду.

– Рану промыл?

– Да, в первую очередь. Проклятье! Становлюсь всё красивее и красивее.

– Подарю тебе на Сангвиналию новое ухо.

Лэнд усмехнулся горько и сказал:

– Ась?

Глория похлопала напарника по плечу и бросила:

– Шутник.

Она снова обратила внимание на Йона. Тот стоял, согнувшись, опершись о колени.

– Йон, ты точно в порядке? Не молчи. Не хватало ещё помереть после такой-то схватки.

Йон показал ей указательный палец. "Секундочку".

– Дышишь нормально? Или колет?

– Да хрен его знает, кх-кх. Вроде нет, рёбра целы, но пиздец больно.

– Ну ещё бы. – Глория пнула неподвижную изорванную тушу. – Туша ещё раз дёрнулась в судорогах и больше не шевелилась. – Наверное, целая тонна чистой дури. Это как под машину попасть.

Йон выпрямился и проговорил:

– Как дела наши сделаем, надо бы вернуться. Возьму шкуру на память.

– Клыки выдерни. Сдаётся мне, это место мы больше не найдём.

– Наверное, ты права.

Йон сплюнул в сторону, выхватил нож, присел у тела бауу и принялся выдирать зубы.

6

– Боже-Император! Похоже, добрались, – выдохнул Йон.

Глория кивнула. Это место – точь-в-точь из тех мифов, которые рассказывал Юндун.

Поляна, в равных долях покрытая пеплом и снегом. Скрюченное одинокое дерево в центре. Острые ветви с согбенной кроны вонзались в землю. Рядом были разбросаны кости.

– Что ж… вперёд, – проговорила Глория. – Осталась самая малость – найти ведьму и уговорить её пойти с нами.

Однако сколько бы шагов ни сделали охотники, они не приблизились к Аа Лус Мак, "Древу Трёх Миров".

– Похоже, она не хочет с нами разговаривать, – предположил Лэнд.

– Или испытывает, – отозвалась Глория.

– Блядь, да я уже заебался с этими испытаниями! – воскликнул Йон.

– Триста тысяч, Йон, – сказала Глория. – Все четыреста даже, если расходы посчитать. Больше, чем за иных террористов.

– Да ну их! Можно и другую работу найти!

– А как же предпринимательский дух?

Йон не ответил. Глория усмехнулась и остановилась. Всё это было бесполезно. Она поглядела на Древо Трёх Миров и прокричала:

– Ходжун Хатуна! Здравствуйте!

Ответа не последовало, но Глория всё равно продолжила:

– Ходжун Хатуна! Мы пришли с миром! Хотели бы предложить вам работу! Есть человек, который готов щедро оплатить ваши услуги! Очень щедро!

– А вдруг её просто дома нет, – предположил Амберт. – Как там… "путешествует в чужой оболочке"?

– Кстати, Амберт, – произнёс Йон. – Что там с твоим оборудованием? Где мы? Это дерево – настоящее или нет?

– Я отключил все датчики, – отозвался Амберт. – Духи Машин сходят с ума, пришлось их заглушить.

– Ну прекрасно… – сказал Йон.

Глория вдруг почувствовала, что кто-то дёргает её за брючину. Она посмотрела под ноги и увидела маленькую девочку лет пяти в одежде из непрошитых шкур и с красным платком на голове. Глаза узкие, щёки тоже красные. На шее и запястьях девочки висели украшения из мелких птичьих костей.

– Парни, вы её видите? – спросила Глория.

Лэнд отшатнулся, Йон выругался, Амберт дотронулся до плеча девочки и произнёс:

– Ты – настоящая?

Девочка указала на себя ладонью и ответила:

– Ийдана.

– А я – Амберт.

Девочка заулыбалась, а потом посмотрела на других охотников. Они представились, а Йон спросил:

– Ходжун Хатуна – ты?

Девочка завертела головой.

– На нашем языке говоришь?

Девочка поморщилась и выдавила:

– Мало-мало.

– Хоть что-то, – сказал Йон.

Он повернулся к другим охотникам и сказал:

– Ну что? Возьмём утешительный приз? Торговлей детьми мы ещё не занимались, но всё когда-нибудь случается в первый раз.

Глория опустилась перед Ийданой на колени, взяла её за руки и спросила:

– Ты живёшь с Ходжун Хатуной?

Девочка кивнула.

– Ты можешь её позвать?

– Не говорить. Не говорить с вами. Не будет. Я говорить. Я пойду.

– Что? – Глория прищурилась.

– Человек из золота. Я пойду.

Глория смолкла, переглянулась с напарниками. Йон развёл руками, остальные тоже не знали, что делать, и как это понимать.

– Я пойду, – повторила Ийдана. – Я – ведьма. Она сняла варежку и воспламенила взглядом руку. Рука не обуглилась. Огонь окружал кожу, но не вредил ей.

– Уже что-то, – проговорил Йон. – Давайте выбираться отсюда. Тем более девчонка не против.