Только между нами была разница. Мы не заблудшие, мы знаем куда идем и зачем. Выйдя с моста, свернули направо и рысцой двинулись в сторону старых складов, чтобы сделать паузу и обезопасить себя от местных тварей, как мне казалось, точно захотят узнать, что за чужаки вторглись в их владения.

И если боязливые мелкие точно уже разбежались, зачуяв незнакомый запах, то вот покрупнее придут, пускай и немного попозже.

Старые склады встретили нас такой же обветшалостью, как и все вокруг. Древние здания обросли мхом, какими-то неизвестными мне лозами, на невысоких крышах довольно часто росли молодые деревца, пустив корни в старое покрытие.

Ни одного целого окна. Каждый проем смотрел на нас темнеющими провалами, в которых то и дело мелькали тени. Я бы с радостью хотел окрестить их «призраками», о которых здесь так любят гутарить, но каждый из этих «призраков» обладал красными глазами и не самыми приятными мордами.

Потянув одну из приоткрытых створок, я освободил проем. Скрип, который издал ржавый металл точно был слышен на всю округу, потому что мелкие птицы тут же сорвались со своих насиженных мест и улетели подальше, явно переждать переполох.

— Ну и дыра, — отметил Олег, осматривая все вокруг.

— Говоришь так, словно ожидал во второй раз увидеть райские кущи, — пошутил я.

Мужчина хмыкнул, скривив губы в мягкой ухмылке, но не проронил больше ни слова. Его взгляд оставался настороженным и сосредоточенным, осматривая каждый угол в ожидании угрозы.

Не представляю, как бы мы справились, если бы сейчас еще в головах сидел Шепот и нервировал нас своим монотонным жужжанием. Нам на Маргариту не то, что молиться надо, а беречь, как зеницу ока.

Внутри было пусто. Если когда-то давно здесь что-то и хранили, то теперь — ничего. Пустое помещение, наполненное лишь спертым воздухом с тонной пыли, обилием пыльцы, спор и запахом диких животных.

Но этого места хватит, чтобы переждать ночь, которая все быстрее охватывала пространство вокруг и опускалась на землю.

Я завел свою лошадь и спешился, после чего протянул руки Рите и помог опуститься на землю. Иван, заехавший последним, затворил створку до упора, отчего в помещении стало невероятно темно, хоть глаз выколи.

— Ну, и что теперь делать? —спросила Ольга. — Все мои принадлежности там остались.

— Не только твои, — буркнула Иша.

— У меня в седельной сумке кресало есть, — сказал Иван. — Вот только как вы тут собираетесь огонь разводить? Через пятнадцать минут здесь дым будет такой плотный, что хоть топор вешать будет впрок.

— И какие твои предложения? Ждать во тьме до утра, не имея возможности даже вести наблюдение?

— О каком наблюдении может быть речь, — вклинился я. — Я не эксперт, но смею предположить, что чем ближе ночь — тем страшнее твари будут выползать из старых канализационных люков, бывшего метрополитена и прочих подземных сооружений. Наша задача сейчас пересидеть здесь до рассвета максимально тихо и тогда двинемся к выходу. Иного решения я не вижу.

— Он прав, — подхватил Иван.

Я видел его силуэт в сумрачном свете, который попадал в помещение сквозь старые выбитые оконные проему, находившиеся под самой крышей. Их было немного, но при безоблачном небе лунного света хватало, чтобы худо-бедно ориентироваться в пространстве.

— Выдвигаемся так рано, как начнет светать. Это примерно в половине пятого-пять утра, не позже, если хотим выбраться из города до того, как снова пройдет день. А так как мы не знаем, что может ждать нас по пути, то это единственное верное решение.

Никто возражать не стал. Только тяжелые усталые вздохи разнеслись по помещению. Я их понимал. Тяжело остаться без еды, воды и средств к существованию, в окружении абсолютно враждебного мира. И если в зоне слабого влияния Шепота можно было хоть как-то чувствовать себя в относительной безопасности, то здесь, почти в самом центре… здесь все было пропитано мерзкой магией. Я чувствовал это каждый клеткой своего тела.

Пространство резонировало и откликалось ко мне, стоило только прикоснуться кончиками пальцев. Яд, сочащийся отовсюду.

Усевшись под одну из стен, я подобрал ноги под себя и опустил голову на грудь, пока хламники разбирались кто из них будет дежурить попеременно.

— Прости, — раздался тихо женский голос. Это была Рита, даже головы поднимать не надо было, но я все равно взглянул на нее.

— Да?

— Я… — она замялась. — Я могу присесть рядом с тобой?

Ее смятение мне было понятно лишь отчасти. Мы с тобой ехали несколько часов к ряду, плотно сидя друг к другу. Чего ты еще смущаешься, красавица?

— Мне страшно, — тихо прошептала она, чуть ли не одними губами.

— Да, конечно, — спокойно ответил я, чуть сдвинувшись в сторону.

Рита присела возле меня и чуть ли не прилипла к плечу, прижимаясь, как маленький котенок, которого подобрали с улицы, помыли, откормили и приголубили.

Последнего я, правда, еще не делал, но племяннице Долгорукова осталось только начать мурчать и описание получилось бы более, чем точным.

— Как самочувствие? — решил я разрядить обстановку, чтобы она хоть немного отвлеклась.

— М-м-м… нормально… если ты про то, как мне удается ограждать здесь всех.

— Да, я об этом.

— Тогда нормально, уже сосредоточилась.

— А в целом?

Я ощутил, как Маргарита непроизвольно прижалась плотнее.

— Страшно… я ощущаю много всего вокруг. Много существ… злых, больших… и ощущаю еще кое-что другое…

— Что? — спросил я.

— Я не знаю, как объяснить конкретно. Но и показать тебе сейчас не могу. Это ощущается, как в тот момент, когда я искала другое сознание, чтобы попросить помощи. И вот сейчас я чувствую еще несколько таких вот «маяков», но они… они…

— Что они? — спокойно уточнил я.

— Я их чувствую, — объясняла девушка, подбирая слова, — но они будто бы заперты внутри своего тела и не могут им управлять. Словно искра оставшегося разума…

Искра оставшегося разума?..

— Сколько?

— М? Что «сколько»?

Я нервно сглотнул. Предположение, зародившееся в моей голове, подняло целый шквал эмоций внутри и прогнало сон, как рукой.

— Сколько таких «искр сознания» ты чувствуешь?

— Я… я не могу сказать… мне надо сосредоточиться…

— Это не повредит тебе или нашей безопасности?

Девушка снова задумалась, закусив нижнюю губу и отведя взгляд в сторону.

— Не должно. Мне просто нужно посидеть несколько минут в тишине и поискать их.

— Можешь попробовать? Я буду рядом.

Рита нервно поерзала, снова мешкая.

— Что? — спросил я. — Что-то не так?

— Обними меня, — прошептала она. — Мне так будет спокойнее, ощущая другого человека рядом. И так я не потеряюсь среди этой темноты.

Я уселся поудобнее, раскрыв объятия для девушки, после чего обхватил ее руками, прижимаясь к телу. Густые рыжие волосы тут же полезли мне в глаза, в рот и в нос, но это все мелочи жизни. Если моя теория подтвердится, то планы поменяются еще раз. И я даже не знаю хорошо это или плохо.

— Готова? — спросил я.

— Да. Не отпускай меня и никуда не уходи, пока я не вернусь, пожалуйста, — тихо сказала девушка.

Я хмыкнул.

— Да куда я денусь с подводной лодки?

Рита тяжело вздохнула и умостилась поудобнее. В сумрачном свете я увидел, как она прикрыла глаза и практически через секунду расслабилась, навалившись на меня всем телом. Она была достаточно легкой, но при этом могу строго заметить, что если возникнет необходимость, то одним рывком, как Руслан, я вряд ли смогу ее закинуть себе на плечо и быстро сорваться с места.

В голове невольно промелькнула мысль, что она хороша. Приятная бархатная кожа рук, нежный запах несмотря на то, что почти что неделю Маргарита Долгорукова шаталась по лесу практически босиком, не имея ни единого дня с нормальной баней и уходом за собой.

Я тоже сконцентрировался и постарался отогнать ненужные мысли в сторону. Молодое тело требовало молодых подвигов, однако, им здесь однозначно не было места в данный момент.