Асеро и Розе ничего не оставалось, как последовать за ней.

Дом старейшины был типичным тавантисуйским домом, хозяйственные постройки и огород во дворе тоже располагались по плану, так что Асеро почти сразу понял, где здесь отхожее место, и направился туда. Облегчиться после такого тяжёлого процесса никак не лишнее, хорошо хоть виселицы избежал.

Что-то изменилось в людях со времён его юности. Они стали какими-то другими. Жадными? Жестокими? Это было верно, но Асеро понимал, что не может ухватить корень проблемы -- что-то же сделало их такими! Значит, какую-то важную угрозу он, Асеро, пропустил... И ошибка его глубже, чем просто допуск в страну чужеземцев!

Он уже сделал свои дела и собирался повернуться и выйти, как вдруг сзади кто-то зашёл. "Неужели после всего меня всё-так убьют здесь... да ещё и в таком месте", -- с ужасом подумал Асеро, и по спине у него пробежал холодок. Но голос сзади произнёс:

-- Не бойся меня, государь, я худого не замышляю, наоборот, хочу тебя спасти. Боюсь, убьют тебя, как моего батю убили.

Асеро обернулся и увидел долговязого юношу лет двадцати. В руках у того не было никакого оружия. Лицо его показалось Асеро смутно знакомым, но...

напрягать сейчас память не было никаких сил. Асеро спросил:

-- Ты думаешь, что старейшина...

-- Нет, он сам не станет такого делать. Но те могут в его обход тебя прикончить. А он ими так запуган, что потом не станет поднимать шум, может, даже возьмёт на себя вину... Нам наедине поговорить надо. Хотя бы тут в бане рядом.

Асеро последовал за ним. В бане хотя бы можно закрыть дверь на щеколду изнутри. Не очень надёжная защита, но чтобы открыть её снаружи, надо пару минут повозиться, ножик поискать, чтобы поддеть, а это они увидят. Потом обратился к юноше:

-- Давай, рассказывай по порядку, как тебя зовут и что там с твоим отцом случилось. Вижу, что тут давно неладные дела творятся, ещё небось до приезда англичан такое было.

-- Верно, государь. Давно это уже идёт. Зовут меня Фасолевый Стебель.

-- Погоди, припоминаю... Ты у меня когда-то в охране был?

-- Да, государь. Я тогда призрака испугался и умом повредился. Я даже не помню, как меня обратно до Куско везли. Думали в лечебницу определить. Позвали моих родителей. А отец настоял, чтобы меня ему домой отдали. Мол, справится он со мной. Первое время я почти не спал, не ел, от любого шороха вздрагивал. Ну и а потом в знакомой обстановке мне как-то легче стало. Стал есть, спать... а однажды утром понял, что хватит мне сиднем сидеть, в доме и на огороде полно работы. Сначала мне нож и прочее такое не доверяли, потом ничего, вроде всё делать стал, совсем выздоровел. Ну и решил отец, что хватит мне с клеймом безумца жить, пусть меня в Куско лекаря осмотрят и выдадут справку, чтобы мне права вернули. Чтобы я и голосовать мог, и жениться, и без опекуна жить. Отцу внуков хотелось. Отец был старейшиной, ему было трудно отлучиться, но было у него в столице ещё одно дело, о котором мало кто знал. Даже в семье он опасался на этот счёт откровенничать передо мной, не хотел впутывать. Я, только ложась спать, через стену иногда слышал обрывки его разговоров с матерью, по ним кое-что понял. Короче, догадался отец, что Тукан с семейкой приворовывает, и хотел его на чистую воду вывести. Можно было и написать в столицу, конечно, но он опасался, что письмо они перехватят, за почту же тот же Тукан и отвечает. Да и вообще самому лично людям Инти про такое сообщить надёжнее будет.

Фасолевый Стебель на мгновение сделал паузу. Говорил он глядя в пол, видно, тяжело ему было обо всём этом рассказывать, и приходилось преодолевать себя. Но тем не менее он продолжил:

-- Да только не случилось бате до столицы добраться. Убили его. Перед самым отъездом он пошёл в лес нарубить дров, чтобы мать в наше отсутствие с этим не напрягалась. Мало ли насколько задержимся. Ну и не вернулся. А потом его нашли в лесу в петле качающимся. Наш лекарь осмотрел и сказал, что якобы самоубийство, говорил, что, мол, наверное у нас в роду кровь такая, что мы с ума сходить склонны... Хотя думаю, что его запугали просто. Мать тут же убийство заподозрила, потребовала тело в подвал со льдом положить и быстро людей Инти из Куско вызвать. Только вызвать она могли их по почте, ну и почту Тукан просмотрел.

-- И они не приехали?

-- Приехали. Но приехали те, кого Тукану было надо. Их было двое. Меня отправили спать, точно ребёнка, но я слышал, как мать с ними говорила. Прямо изложила про свои подозрения насчёт Тукана. И хотя мне труп отца не показывали, боясь, как бы я в сумеречное состояние опять не провалился, но мать видела там следы насилия и тоже про это сказала. А на утро она не проснулась...

Юноша заплакал:

-- Лекарь, который от людей Инти, он тоже сказал, что она от горя умерла, но государь... ты человек образованный, поди многое лучше меня знаешь... Скажи, бывают же яды, чтобы отравить незаметно и никто не догадался? А тот лекарь, если он в сговоре, он ведь мог...

-- Да, яды такие бывают. Можно воткнуть в человека отравленную иглу незаметно, и поди догадайся, от чего он помер. Жаль, тут Инти нет, но мне можешь описать этих, которые приходили? Имена их хоть запомнил?

-- Описать трудно, имена помню. Первого Звали Жидкий пламень, он статный красавец и довольно молод, второго по имени не называли, лекарь, как описать не знаю... возраст немолодой, но и не совсем старый. В лицо бы я его опознал, а так...

У Асеро внутри похолодело. Лекарей, служивших у Инти, не так уж много. Панголин или не Панголин....

-- Ну хоть худой или полный?

-- Скорее худощавый.

Асеро сразу стало легче, для полной очистки совести он спросил:

-- А ещё какие-то детали можешь назвать?

-- Они в разговоре упоминали Северную Столицу, вроде как лекарь оттуда...

Асеро вздохнул с облегчением, значит, точно не Панголин.

-- Ну а дальше что было?

-- Да ничего. Эти уехали, сказав, что самоубийство. Так как моих родителей не стало, мне опекуна назначили. Учителя Тапира... редкостный гад. Он-то, конечно, понимает, что я здоров, но уверен, что таким, как я, вообще места на земле нет. Да и с этой шайкой-лейкой связан. Сживёт он меня со свету, если отсюда не сбегу. Да я потом пробовал сбежать. Думал к сестре в Кито перебраться, но опять эти всё пронюхали, и план побега провалился. Только тут уж совсем нехорошая история вышла... Но я уверен -- Тукан был связан с кем-то из людей Инти, которые к нам якобы на проверку и приехали. Ведь этот мерзавец не рискнул бы воровать, не имей он покровителей в том числе и среди таких людей. Я же не знаю, кто моего отца лично в петлю сунул. Когда отец за дровами поехал, Тукан из айлью не отлучался. И Большой Камень тоже. Да и не обязательно им лично было руки пачкать. Но об убийстве многие догадываются, и старейшина в том числе.

-- Погоди, ведь Дверной Косяк стал старейшиной после того, как убили твоего отца? Он не мог быть замешан?

-- Едва ли. Он старейшиной становиться не хотел. Страшно ему было. Ну а как ты сам тоже в петле окажешься? Родители Кондора из-за того же вроде отсюда сбежали в Рубеж, но и там их достали.

-- А почему они просто сбежали, но не пытались через людей Инти разоблачить убийц?

-- Может, и пытались, я не знаю. Это ты у Кочерыжки спроси. Я знаю одно -- убить человека тайком им ничего не стоит, а потом все сделают вид, что поверили, что он сам умер, а они не при чём. Так что не ложись спать один в комнате и возле двери или окна, как-нибудь так, чтобы к тебе нельзя было подойти не нашумев. А может быть даже и так -- отпустят они тебя завтра, а лошадь не отдадут. А потом стоит тебе от селения отойти, как они тебя на лошади догонят и как батю...

-- Я понял тебя. Значит, мне лучше дождаться подмоги от своих. Они приедут сюда, если не вернусь вовремя. Расскажи мне про своего опекуна. Как он у вас учителем стал? Я уже слышал, что он прошёл курсы подготовки, но если в айлью человеку не доверяют, то ведь его на такой должности не утвердят, репутация очень важна. Как у вас всё было?