Зажёг свет, а то только для меня тут вместо темноты сумерки. Первой увидел Сенилу. Она замерла, выскочив из комнаты. Только найдя меня глазами, кинулась ко мне, бесцеремонно наступая на тела, густо устилающие пол.

Вот же она беспечная-то! А если кто-то из них ещё живой? Я-то, конечно, вижу, что они все умерли, но она не имеет такого зрения.

— Дар! Ты жив! — Закричала она во всё горло, сходу прыгая мне на шею. Хорошо, что стоял около стены, об которую меня и шмякнули. — Мне на секунду показалось, что ты умер! Я прямо чувствовала, как тебя проткнули в нескольких местах! Что ты творишь! Моё сердце буквально остановилось!

Меня не обняли, меня просто сплющили в объятиях.

— Уменьши громкость. — Буркнул я, смущённый таким ярким проявлением эмоций. — Подумаешь, умер! Бывает. И вообще, если думаешь, что враги кончились, то их осталось ещё больше, чем убито. Все наши живы? — Поднял взгляд на остальных.

Вопрос был пустым, я уже увидел, что все выскочили из комнаты, отпихивая трупы с дороги.

Вот она, сила привычки. Стены бумажные, а враги шли на прорыв через дверь. Да и мои тоже только что вышли через неё, а не через тонкую стенку.

— Голова слил амулет от стрел в ноль, а так, все живы. — Закивала Сенила, держа мою голову обеими руками, и рассматривая мои белые глаза. Отменил Взор, а то она явно ловит мой взгляд. Теперь, обычным зрением, увидел полоски, оставленные слезами. Привязанная ко мне, она точно почувствовала мою смерть.

Хорошо, что я отметил полную привязку, а то бы и она умерла вслед за мной. Если себя я могу оживить любой сущностью из «пальца» (вот же тупое название для трости), то Сенилу, привязанную на правую перчатку, только за счёт других привязанных. Или за счёт себя. Воскресил, сам умер. И она, раз привязанная, вслед за мной. И так несколько циклов, ага.

Нарисованная в уме картина показалась такой смешной, что я не выдержал и засмеялся в голос. Облегчение, что я жив, накатило со страшной силой.

— Дар, с тобой всё хорошо? — Забеспокоилась Сенила.

Да и парни, уже собравшие целые стрелы и занимающиеся мародёркой, замерли, переведя на меня обеспокоенные взгляды.

— Извини, сейчас пройдёт. Это откат. — Отмахнулся я, перестав смеяться. — Всё же, не каждый день умираю.

— Не надо было так рисковать. — Включила Сенила наседку. — Командир должен быть в самом безопасном месте.

— Слушаюсь, командир! — Щёлкнул её по носу. — Всё, хватит рефлексии. Надо идти дальше. Мы убили далеко не всех, а в доме подозрительно тихо.

Быстро пробежались по комнатам этажа, но никого больше не нашли. В одной из них стопками лежали циновки, и теперь стало понятно, что этот этаж — спальный.

Точно. На лестнице обнаружил знакомое заклинание, отсекающее звук. Надобность в нём подтверждали вопли, что раздавались где-то в глубине дома. Шум появился, как только пересекли полог тишины.

Где-то то ли дрались, то ли кого-то били. Думаю, потому тут и поставили звуковой барьер. Структура не сложная, на воздухе, но двуслойная. Один слой останавливал звуковые волны, другой их гасил. Без второго слоя звук бы отражался, как от твёрдых стен, создавая эхо. Постарался запомнить рисунок, я такой ещё не видел.

— Дальше не торопимся. — Остановил я шепотом наше продвижение, когда мы прошли половину лестницы. — Из-за заклинания звукового порога про нас пока не знают. Точнее, думают, что мы всё ещё на улице. Двигаемся только по моей команде.

— Ты снова собрался вперёд? — Возмущённо зашипела Сенила.

— Я вижу в темноте.

— Тут её почти нет. — Возразила она.

Действительно, второй и первый этаж хорошо освещались. Почему на третьем была полная темнота, и ни одного светильника — Галактика их знает!

— Я могу становиться невидимым. — Выдал я ещё один убойный аргумент.

— Ты… Тогда я с тобой!

Один раз, вытаскивая её из лап недобросовестных священнослужителей, я таскал её на руках в невидимости. Видимо, ей понравилось.

— Глупости. — Ага, сейчас! Она что, собирается воевать в одиночку, сидя у меня на руках? Я-то не смогу, если руки будут заняты. — Стоишь, ждёшь. Всех касается!

Вызвал невидимость, сходил на небольшую разведку, вернулся и провёл инструктаж. На втором этаже мы отработали новый способ нападения.

Я, под невидимостью, подходил к группе людей, быстро наносил как можно больше ран. Падал на пол, прикрывая голову руками, и вытягивал жизнь из раненых. Такая тактика позволила быстро уничтожить несколько групп. На вопли умирающих никто не обращал внимания, тут и так все со всех сторон чего-то постоянно кричали.

На них напали, а солдаты пьют и расслабляются, словно ничего не произошло. Неужели на демона и на тех тридцать человек снаружи так рассчитывают?

Самая большая группа была из семи вражеских солдат. Она оказалась самая подготовленная. Ранить я успел троих, уж очень далеко друг от друга стояли. Остальных добивали из арбалетов мои наказующие с помощью новой тактики.

С моей лёгкой руки эту тактику назвали «Ручеёк». Выскакивает один, стреляет, падает назад, за угол. Уже во время его выстрела, выскакивает второй. Пока все невольно следят за прыжком первого, второй появляется, делает выстрел, и тоже плюхается, но немного в сторону. К тому времени большинство потратили выстрелы, если они были, на первого, что прикрыт амулетом, щитом и хлипкой стеной. Начинают нервничать, отвлекаются на взвод арбалетов, тут и выскакивают третий с четвёртым.

Пока отрабатывали на живых мишенях, правда, без ран не обошлось, но все лёгкие. Некоторые враги успевали увернуться от стрел и среагировать. Было, что кто-то бежал вперёд, чтобы напасть на упавшего арбалетчика, стараясь поскорее нанести удар. Кому-то даже удавалось ткнуть в сторону мишень, если мы начали атаку слишком близко. Убив своих противников, я стоял сзади врагов на подстраховке, и моя тросточка работала исправно.

Потом наступало время лечения, разбора ошибок и перегруппировки.

Если раны рук и ног вылечивались амулетом, то удар в голову гарантировал бы смерть, так что нам пока везло. Подумав, запретил делать ручеёк, если видел у врагов амулеты от стрел, или арбалеты. Хотя, лучников и арбалетчиков я выбивал в первую очередь, но один амулет против стрел уже давно в ноль, остальные тоже могут внезапно закончиться. Заряжать их просто некогда.

Постепенно зачистив второй этаж, дошли к лестнице на первый.

Прислушавшись усиленным слухом, понял, что тут нас уже ждали. Полога между этими этажами не было, и остатки охраны решили отразить нападение на удобных позициях. Хотя, может, мы пропустили кого-то, кто, увидев бойню, успел убежать и предупредить остальных, рассказав о нашей крутизне.

Подумав, попробовал поставить полог тишины. Первый слой получилось сотворить со второго раза. С третьего запитались оба узора.

— Там одиннадцать солдат, плюс два мага. — Повернулся я к Сениле.

Чтобы посмотреть на врагов, пришлось быстро высунуть и убрать голову. Перекрытие между этажами мой энергетический Взгляд не пробивал, а под невидимостью я энергию не вижу. Повезло, среагировать не успели, но арбалетчики в мою сторону дёрнулись.

Конечно, рисковал я мало, болты отразил бы амулет, но всё равно боязно. Стрелы на основе иголки берика в Империи не редкость.

— Что предлагаешь? — Тут же сделала она внимающее личико.

Кабы я знал. Сейчас очень недоставало чего-нибудь объемного, типа гранат. Хотя бы световых. Надо бы изобрести.

Одного мага я успею убить. Подойду под невидимостью, проскочу по стене с ходу, сниму ему щит, если он есть, да зарежу. Но двоих точно не успею. Они стоят далеко друг от друга, на разных концах засады.

Враги настороже, как только стану виден, меня снова убьют. Честно говоря, не хотелось бы. Это не игра, умирать больно и неприятно. Мне нужны две лишние секунды, чтобы доскочить от одного мага, до другого, а там укрыться его телом. Маги сзади стоят, прикрыться тушкой второго мага вполне возможно.

— Надо как-то их отвлечь. — Ставлю задачу Сениле. Она мой подчинённый, пусть думает. — Причём, сделать это в определенный момент, когда я только убью первого мага.