После того, как Настя закончила, Фил в деталях начал рассказывать о том, как ему удалось убедить преподавателя, с каким трудов ему далась начитка заговора, как начал вкладывать в слова накипевшие эмоции, и как он понял принцип его действия, пока шло общение с Драконом. Ну и вскользь о том, сколько составила разница между ожидаемой и реальной стоимостью зачета.

– Ну вот, Насть, я же говорил, что он у нас прирожденный аферист, – улыбнулся Леха, – И при деньгах и не подкопаешься. Еще и легендой курса стал. Кудрявый рыцарь.

– Ага, доблестный защитник угнетенных за скромную плату, – Фил принял максимально пафосную позу, какую только позволял пластиковый стул кафешки, – Хотя, честно сказать, я ожидал другого эффекта. В конце концов, в самом тексте нет ни слова про боль, страдание или что-то такое.

– Ну, вот тут я не согласен, – Витя пододвинул на середину стола листок, на котором еще в самом начале Филип выписал текст, чтобы собравшиеся имели представление, о чем шла речь, – Вот эта часть: «А коль откажешь снова, сменишь венок лавровый на венец терновый…», очень даже подходит.

– Точно, – кивнул Леха, – А учитывая, какую энергию ты вкладывал в слова, и в каком количестве, хорошо, что ты ему инсульт не организовал.

– Или плохо, – вставил Серега, – Все же он тот еще…

­– Сережа!

– … Дракон, – Серега улыбнулся Насте, от которой и последовало гневное замечание, – А вот про энергию хотелось бы поподробнее.

Теперь уже Леха начал рассказывать о событиях последних двух дней, проводя параллели между тем, что произошло, и полученными сегодня знаниями. И история Фила как раз вполне вписывалась в «теорию основы».

– Ну да, – кивнул Серега, – Под мой случай вполне подходит.

– Кстати об это, – Леха чуть придвинулся к товарищу, – Пацаны вчера рассказывали, что ты имел некий успех в бесконтактном членовредительстве. Хотелось бы услышать подробности.

– Ааа, – поморщился тот, – есть у нас один г…кхм... гнилой человек. Из тех, кому весь мир чего-то недодал, и он теперь обиделся. Чтоб ты понимал, когда забился мусоропровод и мы ждали коммунальщиков, все спокойно таскали пакеты до мусорки, которая от нас метрах в пятистах, а он из вредности складывал на площадке. Но это ладно, – Серега улыбнулся, – после того, как я три раза собрал эту кучу у него под дверью, силы на дальний поход у засранца все же появились. Основная проблема была не в этом. Есть у него собака, какая-то кустарная помесь бульдога с бульдозером, к сожалению, такая же тупая и невоспитанная, как и ее хозяин. Агрессивная, на всех, кроме хозяина норовит кинуться, чему этот говнюк был только рад. Само собой, выгуливалось это чудовище без намордника, изрядно портя нервы, а иногда и вещи содей. Ну а на все претензии по этому поводу соседу заводил шарманку в духе: «я в своем праве», «держите дистанцию», «сами виноваты».

– Как ты ему еще харю не начистил, – резонно заметил Фил.

– Чуть не начистил, – кивнул Серега, – Захожу в подъезд, начинаю подниматься, а навстречу эта парочка, и псина как раз на уровне моего лица начинает кидаться. Ну и отлетает к стене после джеба. Следом под дых выхватывает ее хозяин, ну а я вежливо беру его за грудки и рассказываю все, что думаю о нем и его собаке, а также в красках расписываю, что его ждет, если подобный инцидент повторится хоть с кем-то из соседей.

– «Боксер» против боксера. Неплохой каламбур, – улыбнулся Леха, – И до него не дошло?

– Дошло…, – фыркнул Серега, – Вечером того же дня ко мне постучался участковый, хоть узнал, что он есть. Оказывается, этот п… подкованный в юридических делах х-х-х… хозяин собаки. Настя, хватит хмуриться, рассказывать мешаешь. В общем, он понесся к ветеринару, «снял побои» с собаки, то же самое пытался сделать в травмпункте, но тут ему не фартануло, и на нем ничего не нашли кроме пары царапин, и с этими бумажками прибежал в отделение писать заявление, в котором выставил меня чуть ли не маньяком-уголовником, который на ровном месте накинулся на «даму с собачкой», исключительно из личной неприязни, обещал в дальнейшем покалечить, и чуть ли не деньги вымогал. Благо, соседи вышли и поручились. Да и сам участковый понимал, что тут к чему, но предупредил, что если с заявителем или его собакой что-то случится, то, при прочих равных, в первую очередь спросят с меня.

­– Неплохо устроился, – кивнула Катя, – И от тебя прикрылся, и себя заранее в будущие конфликты жертвой прописал. А если кто-то все же собаку отравит или прибьет, можно будет попробовать стрелки на тебя перекинуть и компенсацию стрясти.

– Знаешь, вариант про собаку я вообще даже не предполагал, – удивился Сергей, – В любом случае, настроение у меня было испорчено на весь оставшийся вечер, и утром тоже не торопилось подниматься. Вот и поплелся я в наш магазинчик, чтобы полистать чего-нибудь и немного отвлечься. Ну а так как желание втащить этому козлу никуда не делось, смотрел я преимущественно книжки в черном переплете с угрожающими обложками. Заодно фантазируя на тему, как тот или иной ритуал на этом козле сработает. Кстати, даже полегчало немного. И вот, уже под конец, когда собирался уходить, зацепился глазами за заголовок «Скорые слова врагу». Они там реально короткие, самые длинные чуть больше четверостишья. В итоге, выбрал тот заговор, что больше всего понравился, записал, причем пока записывал, запомнить успел, и домой пошел. Подхожу, а там это чучело опять со своей псиной на крыльце стоит. Ты, Лех, наше крыльцо у подъезда видел, там до двери шесть ступенек, до земли почти метр получается. А он стоит, лыбится, глядя как собака на прохожих рычит. Мамашки на детской площадке, конечно, возмущаются, но ему пофиг. У меня аж в глазах потемнело от злости, и все, что в тот момент внутри клокотало, я вместе с теми «скорыми словами» и выплюнул в него. Знал бы ты, как мне в тот момент хотелось ему челюсть сломать.

– Могу представить, – кивнул Леха, проводя параллели со случаем Фила.

– Ну вот, – начавший было заводиться Сергей, с шумом выдохнул и уже с легкой улыбкой продолжил, – я как-то умудрился в один заговор засунуть совсем все накипевшее, а потому спокойно, пошел к крыльцу, глядя этому горе-кинологу прямо в глаза. Он меня тоже заметил, засуетился, начал спускаться, и на второй же ступени умудрился толи поскользнуться, толи в ногах запутаться. В общем, летит он на собаку, одной ногой приземляется ей на лапу, раздается хруст визг, животное на панике наугад кусает куда-то в сторону опасности, там в этот момент оказывается лицо недохозяина, ну и дальше этот комок кубарем пролетает оставшиеся ступени и приземляется на асфальт. Вопль, маты, прохожие подтягиваются, звонят в скорую, кто-то даже в МЧС набрал, сказал, что собаке плохо. Ну а в сухом остатке спустя сутки: хозяин в больнице с прокушенным лицом, вывихом ноги и сломанной рукой, собаку с травмой лапы забрали волонтеры из зооприюта, и, судя по всему, после общения с соседями и очевидцами отдавать не собираются, а также куча свидетелей, которые, в случае чего, смогут повредить, что я там и рядом не стоял в момент инцидента. Причем буквально.

– Интересный заговор, скидывай в общую копилку, – Витя протянул Сереге небольшой блокнотик, – Потом добавлю в нужный раздел.

В их разношерстной компании он выполнял роль «хранителя мудрости», как он сам ее называл. Проще говоря, собирал и систематизировал информацию о рабочих методах, которые смогли применить его друзья в формате электронной книги и периодически раздавал желающим «дополненные издания».

– Да, лорд-библиарий, – Сергей улыбнулся и зашуршал карандашом, – Только имейте в виду, с момента как я применил заговор, у меня очень неприятное давящее ощущение в районе груди и горла. Я даже проверял – здоров. Но ощущение как от запущенной ангины.

– А когда ты заговор читал, жгло примерно в этих же местах? – уточнил Алексей.

– Да. Есть теория?

– Есть, – Леха протянул товарищу ониксовый шар, – Попробуй сделать так же, как я рассказывал. Начни с горла.