Ibid. S. 231 ff.
283
Beloch K.J. GG. 2. Auff Bd.III, 1. S. 71 f., Anm. 4.
284
См., например: David E. The Pamphlet of Pausanias // Parola del Passato. Vol. 34. 1979. P. 94–116; HodkinsonSt. “Blind Ploutos”?: Contemporary Images of the Role of Wealth in Classical Sparta // The Shadow of Sparta / A. Powell and St. Hodkinson (eds.). London; New York, 1994. P. 200.
285
Ehrenberg V. Neugrunder des Staates. Ein Beitrag zur Geschichte Spartas und Athens in VI. Jahrhundert. Munchen, 1925. S. 14, 124 и Anm. 9; Oliva P. Sparta and her social Problems. P. 187; Cartledge P. Sparta and Lakonia… P. 279.
286
В традиции существуют две версии о происхождения эфората. Согласно первой, более ранней, эфорат был учрежден Ликургом, согласно второй, более поздней, — он возник позже, во время Мессенских войн по инициативе царей.
287
Доватур А. И. Политика и политии Аристотеля. С. 373, прим. 48.
288
Meyer Ed. Forschungen zur Alten Geschichte. Bd.I.S. 234; Oliva P. Sparta and her social Problems. P. 187; David E. The Pamphlet of Pausanias. P. 94–116; Flower?. A. Revolutionary Agitation… P. 81 ff.; Голубцова H. И. К вопросу о внутреннем положении Спарты в нач. IV в. до н. э. // Труды Московского историко-архивного института. Т. 12. 1958. С. 248–266.
289
К. Ю. Белох считает, что Павсаний никак не мог выступить против эфоров, во-первых, потому что «о борьбе между царской властью и эфоратом в это время вообще не могло быть и речи», во-вторых, потому что «Павсаний был бы менее всего способен возглавить подобную борьбу». Этот вывод Бел ох делает, главным образом исходя из своей низкой оценки Павсания, который, по его мнению, вообще не мог иметь какой-либо позитивной программы. Что касается мирного сосуществования эфоров и царей, то, кроме эпохи Агесилая, на которую, собственно говоря, и ссылается Белох, больше в истории Спарты подобных спокойных периодов не было (Beloch К. J. GG. 2. Aufl. Bd. Ill, 1. S. 71).
290
Oliva P. Sparta and her social Problems. P. 188.
291
Кошеленко Г.А. Греция в эллинистическую эпоху // Эллинизм: экономика, политика, культура / под ред. Е. С. Голубцовой.?.. 1990. С. 169 сл.
292
Обзор мнений см.: Oliva Р. Sparta and her social Problems. P. 216 f.; Дарвин А. Л. Сфер Борисфенит и реформаторское движение в Спарте (историография вопроса) // Мнемон. Вып. 2 / под ред. Э. Д. Фролова. СПб., 2003. С. 180 и прим. 31, 32.
293
Плутарх определяет врагов и друзей реформы не по их социальному положению или политическим взглядам, а по возрасту. Это разделение граждан на добродетельную молодежь и коррумпированных стариков, без сомнения, отражает, с одной стороны, морализаторский взгляд Филарха, а с другой стороны, является результатом фактического положения вещей: спартанская молодежь в силу своей молодости и полученного в школе стоиков образования была более подготовлена к восприятию новых идей.
294
Об особом положении женщин в Спарте и их имущественных правах см. прекрасную статью: Андреев Ю. В. Спартанская гинекократия. С. 44–62.
295
Ст. Ходкинсон предположил, что спартанские женщины владели теми же самыми наследственными правами, которые для V в. зафиксированы в Гортинских законах, то есть правом на половину доли, предназначенной сыну. Таким образом, по его мнению, спартанские женщины оставались наследницами даже при наличии сыновей (Hodkinson St. Inheritance, Marriage and Demography… P. 82).
296
Cartledge Р., Spawforth A. Hellenistic and Roman Sparta. P. 43.
297
Ibid. P. 46.
298
Почти во всех кризисных ситуациях спартанцы, как правило, обращались именно в Дельфы. Случаи обращения к другим прорицалищам редки.
299
Таламы — община периеков на восточном побережье Мессенского залива.
300
По свидетельству Плутарха, Ликург разделил всю землю на тридцать тысяч равных клеров для периеков и девять тысяч — для спартанских семей (Lyc. 8). Эти цифры ровно в два раза больше, чем предлагал Агис. Такое буквальное совпадение, конечно, вызывало и вызывает сильные сомнения в аутентичности данных Плутарха. Уже Дж. Грот пытался доказать, что предание о равном распределении земли было измышлением, родившимся не ранее III в. в среде сторонников реформ Агиса и Клеомена (Grote G. History of Greece. 2nd ed. Bd. II. New York, 1859. P. 399 f.). Та же точка зрения не раз повторялась в англо-американской историографии XX в. Так, по мнению П. Кэртлиджа, сохраненное Плутархом предание о Ликурговом переделе земли представляет собой не более чем обратную проекцию аграрных реформ Агиса и Клеомена (CartledgeP. Sparta and Lakonia… P. 169).
301
Несмотря на старания ученых, мы так и не имеем точного ответа на вопрос, что собой представляла та «гражданская земля», о которой говорит Полибий. В самом общем приближении можно только сказать, что под гражданской землей, по-видимому, надо понимать землю, полностью контролируемую государством. В качестве таковой она в любую минуту могла быть конфискована для нового передела. К сожалению, источников, хоть как-то проливающих свет на земельный вопрос в Спарте, очень мало, и даже те, что имеются, не поддаются однозначному толкованию.
302
Oliva Р. Sparta and her social Problems. P. 222, n. 3.
303
Земли периеков, особенно близко расположенные к Спарте, стали скорее всего объектом скупки для имущей части спартанцев. Согласно традиции, процесс накопления дополнительной земельной собственности начался уже в V в., ускорился по окончании Пелопоннесской войны, а к III в. привел к катастрофическому неравенству в доходах спартиатов. Легальное инвестирование капиталов в землю путем приобретения нескольких участков и образование из них обширных «латифундий» позволяло богатым спартиатам поддерживать свою жизнь на очень высоком уровне.
304
Но агогэ еще существовало по крайней мере во второй половине IV в. Об этом свидетельствуют Аристотель (Pol. IV, 7, 5, 1294b 23–25) и Плутарх. Последний приводит очень интересный факт: эфор 331/330 г. Этеокл отказался дать в заложники македонскому полководцу Антипатру пятьдесят спартанских мальчиков на том основании, что тогда они останутся «без принятого у спартанцев с прадедовских времен образования» и в результате «не смогут стать гражданами» (Mor. 235b).
305
Cartledge Р., Spawforth A. Hellenistic and Roman Sparta. P. 42.
306
Возможно, это уточнение было внесено Плутархом (или Филархом) для большего драматического эффекта и может не соответствовать действительности.
307
«На основании одного древнего закона, запрещавшего Гераклидам приживать детей с чужестранкой и грозившего ему смертью, если он покидает Спарту, чтобы поселиться в другой стране» (Plut. Agis 11). Плутарх — единственный автор, который упоминает о подобном законе. Скорее всего речь могла идти не столько о писаном законе, сколько о многовековой практике, вписывающейся в общую концепцию ксенеласии. Леонид, проведший многие годы за границей, стал для спартанцев чужеземцем, к которому позволительно было применить, пусть и в искаженной форме, освященную еще Ликургом норму. Диффамация Леонида скорее всего проходила в рамках именно такой «новой» концепции ксенеласии. Хотя тот факт, что Леонид имел жену не спартанку и даже не гречанку, не помешал ему в 252 г. занять престол. В тот момент на такую «мелочь» не обратили внимания. Но при острой партийной борьбе в ход шли любые аргументы, способные скомпрометировать противника.
