Раз он такой неравнодушный, то какого чёрта просто стоял и смотрел, как она идёт ко дну? Почему не прыгнул в воду раньше Сындже? Почему не протянул руку, помогая выбраться из бассейна? Почему не обнял, когда она так ждала этого?

Почему? Почему? Почему?

Какого чёрта она вообще об этом так сильно переживает? Она всё ещё ненавидит его — уже совершенно по другому поводу, — но всё же ненавидит. И эта ненависть концентрируется где-то под рёбрами, что от спазма в грудной клетке становится больно вдохнуть.

— Тебе не хорошо? — хмурится Тэхён, замечая, как Джи прикладывает руку в груди.

— Всё нормально, — фыркает она и сильнее отворачивается, не желая, чтобы Кан Тэхён продолжал изучать её лицо. — Просто спазм. Сейчас пройдёт.

— Если что, у меня есть с собой спазмолитик, так что…

— Твоя забота мне не нужна, — отрезает Джи, всё же снова поворачиваясь к нему. — Поэтому не надо делать вид, что тебе не всё равно и всё такое.

— Но мне не всё равно, — бесцветно отвечает он, глядя на неё в упор, чем вызывает неловкость.

— А должно быть всё равно.

— Запрещаешь мне? — он вскидывает брови, будто и правда удивлён.

Да, чёрт возьми, запрещает. Джи запрещает ему стараться быть милым. Проявлять заботу и неравнодушие. Обнадёживать, а потом самолично топить эти надежды в мутной воде их общего прошлого.

— В этом поедешь? — из летней кухни выходит Сындже, тут же замечая приближающихся Джи и Тэхёна.

— А что, в супермаркете есть дресс-код? — усмехается Джи, прибавляя шаг, чтобы оторваться от Тэхёна.

— Мы дадим взятку охране, если не будут впускать, — шутит Сындже, и она не может сдержать смешок, прикрывая рот рукой.

— Вы куда-то собираетесь? — не понимает Тэхён, глядя коллегам в след. Они идут в сторону небольшой парковки, где стоят два минивэна, на которых приехала съёмочная группа, и внедорожник хозяина турбазы. Никто не даёт Тэхёну ответа, а он не может сдержать возмущения: — Алло! Вы куда? — и снова никакого ответа. Тэхёна распирает от негодования и обиды, за которыми прячется ревность. Так что он, мгновение поколебавшись, выругивается себе под нос и спешит догнать парочку. — Вы куда? — голос сбивается, но не от бега, а от непонятно откуда взявшегося волнения.

— Мы взяли всё для барбекю, кроме мяса, — усмехается Сындже, оборачиваясь на Тэхёна, пока сам обходит капот внедорожника.

— И? — не понимает Тэхён.

— Кто-то должен съездить в магазин, — устало поясняет Джи, открывая себе дверь переднего сиденья.

— Почему именно вы двое? — Тэхён выставляет руку, закрывая дверцу обратно и тут же ощущая на себе недовольный взгляд Тэджи:

— Хочешь меня заменить? — сквозь зубы шипит она, глядя на Тэхёна снизу верх. Он всё ещё преграждает ей дорогу, поэтому Джи только и остаётся, что смотреть на него, мысленно проклиная.

— Я бы мог заменить его, — так же полушёпотом хрипит он, взглядом указывая на Сындже, уже севшего в автомобиль.

— Зачем ты мне? — цедит она.

— А он тебе зачем?

— Не твоё дело, — отрезает Джи, отворачиваясь от Тэхёна и решительно дёргая ручку. Только дверь опять не поддаётся, потому что Тэхён не позволяет её открыть. — Убери руку, — непонятно откуда взявшееся терпение не позволяет сорваться.

— Если ты сядешь в машину, то… — он не успевает договорить:

— То что? — перебивает Джи, снова глядя ему в глаза. — Обидишься? Перестанешь со мной разговаривать? — она правда не понимает, к чему эти пустые угрозы. — Иди играй в волейбол и катайся на катамаране. Люди там от жажды помирают, пока ты нас задерживаешь.

Сказанные слова ржавым гвоздём чёркают дверцу внедорожника и два изнывающих сердца. Тэхёну обидно от услышанного, а Тэджи — противно от сказанного. Но извиняться она не собирается, как и не собирается слушать Кан Тэхёна. Дерзко открывает дверь автомобиля, и больше никто ей не препятствует. Не рассчитав силу, дёргает ремень безопасности, который тут же блокируется, выводя из себя ещё сильнее.

— Всё в порядке? — осторожно интересуется Сындже, глядя на Тэхёна, всё ещё стоящего возле машины. — Вы поссорились?

— Нет, мы не ссорились, потому что никогда не мирились, — огрызается Джи, понимая, что Тэхён продолжает на неё пялиться через боковое стекло. — Можешь его переехать, когда будешь отъезжать?

— Боюсь, что нет, — вздыхает Сындже, похоже, сочувствуя, что у коллег теперь испорчено настроение.

— Очень жаль.

Она смотрит только вперёд, игнорируя взгляды обоих парней. Но как бы сильно ей не хотелось уничтожить Кан Тэхёна, никто ей в этом помочь не может. Сындже осторожно выруливает с парковки, выезжая за пределы территории, а Джи постепенно остывает, чувствуя теперь лишь неловкость.

Обещала ведь держать себя в руках, но вот так просто сломалась. Тэхён сам виноват, что нарвался. Он, как хитрый кот, всё лез ей под ноги, чтобы потом оказаться жертвой. Но только Тэджи здесь жертва, а он — паразит, не дающий ей спокойно жить.

— Может, включим радио? — предлагает Сындже, а голос его звучит, как обычно, непринуждённо.

— Давай, — выдыхает Джи, самостоятельно протягивая руку к передней панели, но тут же вздрагивает, едва касаясь пальцев Чон Сындже.

Неловко. Но не из-за какого-то тока под кожей или искр в солнечном сплетении. Нет, просто неловко от того, что Джи случайно дотронулась до руки постороннего человека. И пусть они с Сындже уже хорошо знакомы, но всё же — не так близки, как ему, возможно бы хотелось.

— Оставь, — просит он, когда Тэджи практически равнодушно перелистывает радиоволну, где играет песня Джинсо.

— Я подумала, что будет неуместно слушать его сейчас, — усмехается Джи, но всё же возвращает предыдущую радиостанцию.

— Почему? — удивляется он. — Или ты думаешь, что я стесняюсь твоих вкусов?

— Вот этой неловкости я и пыталась избежать, — улыбается она, отворачиваясь к окну и пряча лукавую улыбку.

Но скорее делает это лишь из-за того, что сейчас играет одна из её любимых песен, и как же чертовски хочется сделать как можно громче и петь во весь голос, словно никто не слышит.

— Вы ведь не из-за меня поссорились? — внезапно интересуется Сындже, тут же вынуждая Джи обернуться.

— С чего взял? — она вообще не понимает, из-за чего началась эта ссора и кто её зачинщик. Но от неё до сих пор остался неприятный осадок, хотя внедорожник уже отъехал от базы отдыха на приличное расстояние.

— Да мне просто показалось… — он немного мнётся, поворачивая голову на Джи, но тут же снова отворачивается. — Ладно, забудь, — как ни в чём не бывала, Сындже смотрит на дорогу, но всё же нервно поглаживает руль, будто жалеет, что вообще поднял эту тему.