10. Перед атакой передовыми частями должны выбрасываться опознавательные флаги или другие сигналы.

11. Артиллерия должна внимательно и непрерывно следить за действиями своих войск и немедленно прекращать или переносить огонь по более дальним целям в случаях опасного положения впереди находящихся войск.

12. Во избежание путаницы и несчастных случаев необходимо: ясное и твердое усвоение всеми помощниками старшего руководителя сущности задачи и желаемого развития хода маневра; установление надежной и быстрой связи между руководителем, его помощниками и начальниками участвующих в маневре частей; непременная проверка командирами изменяемых установок прицелов, угломеров, трубок и пр.

13. Старший руководитель по окончании маневра, получив общий доклад начальника отряда о стрельбе и выслушав доклады прочих ответственных исполнителей, делает разбор маневра на основании доложенных сведений и личных наблюдений.

«Наставление для подготовки полевой артиллерии к стрельбе», изданное в 1913 г., было разослано в артиллерийские части за несколько месяцев до начала войны, а общевойсковым начальникам, вероятно, вовсе не было выслано.

При таких условиях, а также ввиду незначительности времени, остававшегося до начала войны, нельзя было достигнуть сколько-нибудь заметных положительных результатов в отношении совместной подготовки артиллерии с другими родами войск.

«Наставление для подготовки полевой артиллерии к стрельбе» было издано ГУГШ лишь после того, как Аотком ГАУ, по указанию генинспарта, настоятельно просил ГУГШ обратить внимание на безусловную необходимость более широкого применения двухсторонних маневров с холостыми патронами, при участии всех родов войск.

Отсутствие на групповых артиллерийских стрельбах других войск, в особенности пехоты, неблагоприятно отражалось на тактической и даже технической стороне боевой подготовки артиллерии.

Некоторые командующие войсками военных округов со своей стороны указывали в своих отчетах, представляемых военному министру и царю, на многие отрицательные стороны подготовки армии в артиллерийском отношении.

Так, например, в отчете за последний перед войной 1913 год командующего войсками Варшавского военного округа, в котором боевая подготовка войск стояла вообще выше, чем в других округах, приведены следующие замечания^[73]:

1. При совместной боевой стрельбе дивизиона 2-й артиллерийской бригады с пехотой отмечались: неопределенность тактического задания, ход маневра необоснованный, действия маневрирующего отряда являются как бы решенными заблаговременно. В действиях пехоты и артиллерии нет связи для достижения общей цели: каждая производит свою стрельбу самостоятельно, и пехота не могла познать, какого же огневого действия она может ожидать от артиллерии. Батареи заняли позицию в одну линию рядом и могли стрелять строго перед собой или только рассеивать огонь, а не сосредоточивать или охватывать своим огнем части противника^[74]; батареи не могли ни подготовить атаку, ни защитить свою пехоту, ни вообще маневрировать своим огнем. Словом, артиллерия не могла бы принять действительного участия в бою. Маневр был проведен без ясно выраженного руководства и по результатам не мог быть поучителен как в тактическом, так и в техническом отношении.

2. В 6-м армейском корпусе при маневрировании артиллерия с другими родами войск замечается отсутствие личной инициативы в ожидании обязательных указаний со стороны начальников отрядов. В тактических занятиях офицеров артиллерии в большинстве случаев нет ненадлежащего опыта и необходимой постановки.

3. В 6-й пехотной дивизии в наступательном бою связь артиллерии с начальником отряда, а следовательно, и управление огнем хромают, так как на полигонах артиллерии негде научиться держать связь с начальником, находящимся в движении, а на кратковременных подвижных сборах приходится главное внимание уделять пехоте. Артиллеристы неохотно занимают открытые позиции и применять их на практике почти утеряли способность.

4. В 6-й кавалерийской дивизии отсутствие кавалерийских частей при движении, маневрировании и занятии позиций на боевых стрельбах конной артиллерии не дает должной боевой картины, а масштабы времени и пространства являются до крайности условными; вся тактическая часть является не практикой в обучении управлению войсками в бою, а как бы проверкой на словах знания артиллерийскими начальниками Устава полевой службы и знакомства их с уставами других родов войск.

Что же касается специальной подготовки артиллерии по стрельбе, то по этому поводу в приказе командующего войсками Варшавского военного округа от 3 (16) августа 1913 г. за № 193 говорилось: «Вся стрельба велась умело, живо и уверенно, с отличными результатами»^[75].

В приказе командующего войсками Приамурского военного округа от 15 (28) декабря 1913 г. за № 814 говорилось^[76]:

«Правильной системы в обучении и подготовке артиллерии не видно, руководство старших начальников (командиров корпусов, начальников дивизий, инспекторов артиллерии, командиров артиллерийских бригад) в большинстве случаев отсутствует. Инспекторы артиллерии корпусов, увлекаясь строевой подготовкой (за что ответственны начальники дивизий), допускали пробелы и недочеты в специальной артиллерийской и технической подготовке».

Артиллерия Приамурского округа, как говорилось в приказе, «не дает уверенности в том, что она может нанести своим огнем действительное поражение противнику при различных условиях обстановки».

В устранение указанных недочетов командующий войсками Приамурского округа, между прочим, приказал: 1) вести занятия строго согласно уставам, наставлениям, инструкциям; 3) стрельбы вести, как это требовалось «Наставлением для подготовки полевой артиллерии к стрельбе», при обстановке, близкой к действительному бою, чтобы каждой стрельбе предшествовал маневр; на стрельбах требовать не только технического, но также главным образом и тактического исполнения, учитывая цель, обстановку, положение своей пехоты, что почти всегда упускается из виду артиллерией; 3) стрельбы на поражение сообразовывать с тактическим положением своей пехоты и с данной артиллерии задачей, допуская ударный и шрапнельный огонь, на предельные дистанции, но для батарей сопровождения пехоты шрапнельный огонь на дистанции 2 130 — 640 м (1 000 — 300 саж.) и ближе и в большинстве случаев с позиций открытых или полуоткрытых, с минимумом времени для пристрелки.

Из отчета по Иркутскому военному округу можно привести следующие замечания^[77]:

Стрельба артиллерии в общем хороша.

В тактическом отношении на произведенной стрельбе с маневрированием замечено много недочетов, как то: боевой участок, указанный для артиллерии начальником отряда, крайне стеснял действия артиллерии, но начальник артиллерии о неудобствах указанного ему участка не доложил старшему начальнику; связь начальника отряда со своей артиллерией отсутствовала, за все время боя начальник отряда не дал своевременно ни одной задачи артиллерии; артиллерийские начальники выезжали на рекогносцировку далеко вперед, не имея прикрытия и не считаясь с расположением своей пехоты, и т. д.

Мысль о необходимости совместного маневрирования и стрельбы артиллерии с другими родами войск недостаточно настойчиво осуществлялась в царской русской армии.

Совместная подготовка артиллерии с другими войсками, во многом зависящая от подготовки в артиллерийском отношении общевойсковых начальников, признавалась незадолго до начала войны совершенно неудовлетворительной. Неоднократно обращалось на это внимание и со стороны инспекции артиллерии и со стороны некоторых войсковых начальников, но высшее командование продолжало оставаться равнодушным к этому важному вопросу боевой подготовки армии и никаких существенных мер со своей стороны не принимало.

Артком ГАУ, по распоряжению генерал-инспектора артиллерии, неоднократно просил ГУГШ ускорить издание официальной инструкции для маневрирования с боевой стрельбой отрядов из всех родов оружия^[78]. Лишь в конце марта 1914 г. было утверждено вновь составленное «Наставление для занятий войск во время общего и подвижного сборов», т. е. настолько поздно, что им вовсе не пришлось руководствоваться войскам, так как вместо летних сборов началась война.