— У Джеки очень много работы, вчера он всю ночь трудился на съёмках и не успел поспать, поэтому ему пришлось спрятать глаза за солнечными очками, чтобы не видно было, как он устал. Скоро Джеки снова пора будет отправляться на съёмки. Давайте горячо поприветствуем его. Услышав эти слова, мне хотелось провалиться сквозь землю. Да уж конечно, не успел поспать, подумал я. Просто всю ночь пил. Мне было очень стыдно.

Детишки зааплодировали, а сотрудники больницы добавили:

— Джеки купил для вас подарки!

Дети обрадовались:

— А какие подарки?

Я ничего не смог ответить, так как сам я не купил ни одного подарка, вместо меня этим занимались мои люди. Меня мучила совесть. А дети продолжали задавать вопросы:

— Когда ты снова к нам придёшь?

Я ответил:

— Пожалуй, на Рождество.

После того визита я целую неделю ходил сам не свой и каждый день думал только об одном: почему я такая сволочь?

В том же году, когда наступило Рождество, я снова отправился в ту больницу, прихватив с собой целую гору подарков. Дети были безумно рады меня видеть. На этот раз я знал наперечёт содержимое всех ящиков, которые привёз с собой. Я раздал подарки и чувствовал себя не менее счастливым, чем эти дети. Только в тот день меня отпустили угрызения совести, которые мучили меня всё время с момента первого визита. С тех пор я стал заниматься благотворительностью. Тогда же я стал собирать все подарки, которые мне присылали поклонники. Сам я ими не пользовался, а жертвовал в дома престарелых, в детские приюты и другие подобные места.

Однажды мне захотелось украсить огромную стену моего офиса рисунками снаружи. Я бросил клич своим поклонникам и предложил им нарисовать и прислать мне рисунки, главной темой которых были бы мир и любовь. Поклонники откликнулись и стали слать свои работы непрерывным потоком. Потом я предложил вместе построить школу. Некоторые ответили, что они не такие богатые, как я. Я же считал, что, даже собирая по одному юаню, можно потихоньку построить школу. И я снова обратился за помощью к поклонникам, предложив со своей стороны удваивать пожертвованную ими сумму. Например, поклонник пожертвовал один юань — я добавил ещё один. Поклонник пожертвовал 1 млн — я добавил ещё 1 млн. Тогда мне стали присылать деньги со всех концов света и в самой разной валюте. Многие присылали деньги, прикреплённые к листам формата А4 — либо в виде цветка или какой-нибудь другой красивой аппликации, либо прикрепляли деньги к своим рисункам. Получалось очень красиво, мне было жалко отрывать деньги и портить рисунки, поэтому каждый доллар из тех, что приклеены на бумаге, я стал заменять своими деньгами, а потом удваивал сумму.

Те рисунки, которые мне по моей просьбе присылали поклонники, я приклеивал снаружи на стены офиса, и многие их видели. Однако из-за дождей рисунки сильно пострадали. Мне было очень жалко, и я не стал больше приклеивать их снаружи, а вместо этого стал расклеивать их на стенах комнат или просто выкладывать на пол. Сейчас в моём парке^[101], в галерее Джеки Чана^[102] и в моём офисе по-прежнему можно увидеть рисунки от поклонников, которые я получаю и бережно храню уже много лет.

С тех пор, как я всерьёз занялся благотворительностью, это занятие наряду с уже обретённым мною жизненным опытом многому меня научило и помогло проще взглянуть на многие вещи. Теперь я часто ношу одну и ту же одежду по многу раз на разные мероприятия и торжественные церемонии, я перестал тратить на покупку одежды так много денег, как раньше. Как-то раз после концерта Ван Лихома, где я принимал участие, кто-то сказал: «Как же так, Джеки Чан на этом концерте был одет в то же, во что и год назад!». А я считаю, что так лучше, это всё второстепенные вещи, к которым не нужно относиться слишком серьёзно. Однажды я поехал в Юньнань, чтобы помочь снабдить регион водой. Там не было ни воды, ни еды, ни электричества, телефонная связь не работала. Но дети там выглядели счастливыми, они постоянно улыбались. На обратном пути я задумался о том, что их ждёт, когда наступят холода. А вечером во время ужина с друзьями кто-то стал жаловаться, что еда невкусная, кому-то газировка показалась недостаточно охлаждённой, кто-то собрался сменить машину или купить новый телефон… Жители больших городов не могут жить без роскоши, в таких предметах здесь недостатка нет, и люди вечно чем-то недовольны. У нас и так всего вдоволь, но наши запросы постоянно растут. Жителям города надо бы хоть разок побывать в горных районах и ощутить всю «прелесть» жизни там, может быть, тогда они научатся думать и заботиться о других. Более того, всех этих бандитов, которые привыкли сытно есть, нужно отправить в ссылку на необитаемый остров, как когда-то ссылали преступников в Австралию, пусть возделывают целину и строят дома, чтобы им было куда направить свою энергию, которую они от нечего делать тратят на злые дела.

Занимаясь благотворительностью, я со временем набирался опыта. В тот год, когда произошло землетрясение в уезде Юйшу^[103], я буквально на следующий день отправил на место происшествия самолёт, гружённый гуманитарной помощью, и сам отправился туда в сопровождении своих сотрудников и ребят из группы «Семь новых счастливчиков»^[104]. Приехав туда, мы лишь добавили людям хлопот. Военные и спасатели, которые были заняты спасением пострадавших, вынуждены были выделить для меня людей, которые помогли бы мне раздать гуманитарную помощь, а чиновники, которые руководили спасательной операцией, должны были выкроить время, чтобы встретить меня. На другой день мы посадили в самолёт раненых, которых нужно было перевезти для оказания медицинской помощи, однако в последний момент выяснилось, что самолёт перегружен и не может взлететь. Тогда я вместе со своими сопровождающими вышел из самолёта, и хотя все пытались меня остановить, я ответил:

— На борту самолёта от нас не будет никакой пользы, поэтому покинуть его должны мы.

Мне возразили, что неизвестно, когда будет следующий рейс.

— Ничего, — ответил я, — мы можем подождать, а вот раненые ждать не могут.

С тех пор в случае таких стихийных бедствий я сначала стараюсь разведать обстановку и только убедившись, что я никому не доставлю лишних хлопот, я спустя какое-то время отправляюсь на место происшествия и отвожу необходимую гуманитарную помощь.

Последние несколько лет я часто бываю за границей по делам благотворительности. Некоторые упрекают меня в том, что я занимаюсь благотворительностью в других странах, когда в моей стране столько людей, нуждающихся в помощи. У меня свой взгляд на эту проблему. Когда я в молодости оказывался в других странах, всегда находились люди, которые помогали мне: и в Таиланде, и в Японии, и в Америке. Любовь к людям и добрые поступки не имеют государственных границ, а когда мне помогают, хочется ответить тем же. Кроме того, я рассматриваю благотворительность как своего рода способ установить дипломатические отношения между народами разных стран. Когда с тобой случается беда и на помощь тебе приходит представитель другой страны, это ведь очень впечатляет, правда? Поэтому где бы ни случилась беда — будь то цунами в Индонезии, землетрясение в Японии или в китайской провинции Сычуань, — там всегда оказываюсь я. Пусть политика занимается политическими вопросами, а взаимоотношения между людьми и народами налаживает сам народ. До сих пор множество детей из Вьетнама, Камбоджи, Лаоса, Японии, Южной Кореи, Германии, России и других стран регулярно присылают деньги для моего фонда «Сердце Дракона»^[105], помогая китайским детям.

По соседству с Индонезией есть страна, которая называется Восточный Тимор. Однажды меня пригласили туда в качестве мирного посла, в то время в стране шла война между двумя народами. Я засомневался: будет ли какой-нибудь толк от моего визита? Мне ответили:

— Мы и сами пока не можем сказать наверняка, но если вы не приедете, у нас точно не будет никакой надежды на установление мира.

Полгода спустя их президент сообщил мне в письме, что война закончилась. Я не знаю, моя ли это заслуга, но по крайней мере я ради этого сделал то, что от меня зависело.