Только боевые корабли могли подняться до Саганиса на излете зимы.

– Вот и первый день года, – пробурчал Капис, наблюдая за приближающейся эскадрой.

– Надо будить командира, – решил Минелен.

– И что нам скажет?

– Да хоть в море пусть бросается, но с кораблями что-то надо делать!

Решили составить план предстоящей битвы. Три десятка судов, это около трех тысяч человек. Они смогут пойти штурмом на город, а могут попробовать прорваться через порт. Возможно, саганисцы уже разнесли весть, что захватчиков не так много. Да наверняка разнесли.

Значит, точно будет штурм.

– Навяжем бой у башен, отступаем, топим корабли на мелководье. Потом уходим по суше до старого лагеря, – говорил Капис вечером на совещании, – это если коротко.

– Устраивает, – согласился Виал.

Ему пришлось сидеть на совещании. Стоять он не мог, как бы ни стыдился собственной слабости. Опухшие колени не сгибались. Вставая на ноги, Виал будто окунал ноги в кипяток. Офицеры кивнули, принимая решение. Не в привычках гирцийцев бросать то, что по праву принадлежит им. Виал радовался, что здесь собрались разумные люди.

– Это все? – спросил Эгрегий.

– Да.

– Сделать ничего нельзя?

– Только сбежать, – Виал вздохнул.

Ответ явно не понравился другу. Эгрегий принялся возражать, намекать на прошлые заслуги навклера. Парень не понимал, что не важны прошлые дела.

– Мы находимся здесь и сейчас, – напомнил Виал.

– Ты правда ничего не можешь сделать? – уточнила Хенельга.

– Как советовал Капис? Броситься в море. Вот исход.

– Это может помочь?

– Не говори глупостей! – возразил Эгрегий.

Виал пожал плечами. Хотя лестно слышать такое от друга.

Попросив подняться, Виал решил дойти до порта. Отсиживаться в акрополе он не собирался. И плевать, сколько данаев увидят его по пути. Просто еще один раненный, бредущий в порт. Эти захватчики решили принять бой, сумасшедшие.

Данаи не препятствовали. С их позиции это правильное решение. Лучше переждать, пока другие решат все проблемы. Уже потом можно взбунтоваться. Мерзкое поведение, трусливое. Но Виал признавал его эффективным.

Бросить все и бежать – вроде разумный выход. Многие так бы поступили. Сам Виал согласился бы бежать. Проклятое ранение добьет его еще в пути. Лучше уж сгинуть на руинах захваченного тобой города.

Это тоже слава. То, зачем всякий гражданин гонится. Виал прикинул, что ему все же удалось достичь славы.

– Вам, друзья, следует бежать, – напомнил Виал.

– И бросить тебя? Да вот еще.

– Оставь это геройство. Глупости.

Незначительное поражение не так пагубно для них. Вот победитель, забравшийся на самый верх по костям соратников, оказался сраженным простой стрелой. И тут уже ничего не поделать.

До порта им удалось добраться за час. Благо в провинциальных городах все находится в шаговой доступности. Дорога шла под горку. Оглядываясь, Виал понимал, что не сможет забраться обратно.

Чужие корабли подошли к порту, встали в трех корпусах от башен. Напротив них у причала расположились лембы. Гребцы занимали места, офицеры проверяли снаряжение. Капис с наемниками и пятью пехотинцами находился возле эллингов. В башнях постоянно дежурили люди, захватившие оборонные орудия данаев. Несколько баллист на стенах. Корабельные орудия ушли на дно пролива вместе с ладенскими лембами.

– Навклер? – Капис удивился, увидев Виала. – Не ожидал.

– Разве я могу пропустить такой момент.

Виал отмахнулся от друзей, выпрямился. Сконцентрировался, заставляя тело работать. Возможно, последствия ранения не так заметны. Капис кивнул и ввел навклера в курс дела.

Вражеские суда, предварительная оценка численности оправдалась. Три десятка. Трехъярусных десять, остальное двухрядники.

– Значит более сотни на каждом, – нахмурился Виал.

– Гребцы, да. Пехотинцев не знаю, наблюдатели пока не выявили. Грузовых судов среди них нет.

– Вот это странно.

Капис кивнул. Эскадру боевых судов всегда сопровождают большие корабли, в которых перевозится войско, кони. Обычно они идут в середине строя или в арьергарде. Сейчас же их вообще не видно.

Предположили, что десантные корабли пристали поблизости.

– Надеюсь не в старом лагере, – посетовал Капис.

Все помнили, что там находятся припасы, переправленные гирцийцами. Все эти хитрые маневры даже сейчас у Виала вызывали наслаждение. Он в родной стихии. Теперь он удивлялся, что избегал судьбы.

– Уйдем в новый лагерь? – спросил Минелен.

– Там кроме стен ничего.

– Переправиться в залив, нет, не вариант, – келеустес покачал головой.

Чужой флот не сможет напасть, но сами гирцийцы попадут в ловушку.

– Знамена не видно? Кто хоть они? – спросил Виал.

– Суда общепринятой конструкции. Наблюдатели не видели никаких особых знаков.

Придется ждать. Враги тоже выжидали, будто выманивали гирцийцев из гавани. Разумная тактика.

– Попробуем выйти через час, – решил Виал.

Он помнил, что после полудня течение в проливе усиливается. Чем обусловлен подъем воды в заливе. Сильное течение сломает строй врагов, а выходящие из гавани гирцийцы смогут укусить. Это шанс прорваться.

– Вашим людям придется уходить сушей, – добавил навклер.

– Стоит ли распылять?

– Так хотя бы кто-нибудь выживет. Не всем, так хоть кому-нибудь повезет. Мои друзья пойдут с вами.

– Мы не…

– Всё! – Виал поднял руку, поморщился от боли. – Соратникам нужен проводник. Вы знаете местность.

– Или у данаев попросить проводника, а? – пошутил Капис.

Неуверенный смех. Отвлечься это не помогло.

– Вашего друга я буду сопровождать в пути, – выступил Китор. – Я не брошу брата.

Виал кивнул. Той полусотни ладенов, что осталось, хватит на один корабль. Китор не дожидался приказа, его люди готовили лембу. Среди офицеров не возникло возражений.

– И жгите город по пути. Врагу ничего не оставлять.

Жестокое решение не понравилось Хенельге. Доводы, приведенные Виалом, мало подействовали. Пусть она не питала любви к данаям, в Саганисе проживали невинные люди. Волей судьбы ставшие рабами. Разве они в чем-то виноваты.

Решение гирцийцев обрекает сотни безвольных на смерть. К сожалению, это решение необходимо исполнить.

Хенельга отошла в сторону. За этот год ей пришлось принимать множество тяжелых решений. И отстраниться тут не получится. Она ведь не пыталась помешать поджигателям. Нож не поможет, пожар не остановить одним убийством.

С башен прибежал гонец, принесший весть. Встав напротив Каписа, гонец не узнал навклера, потому отсчитывался центуриону:

– Перестраиваются, якорное положение, вперед вышел командный корабль. Знак «Козерог»!

Глаза Каписа округлились. Новость ошеломила. Китор переводил взгляд с одного гирцийца на другого, не понимая, что они так разволновались.

– Ты уверен? – Виал подскочил к гонцу, забыв о собственном ранении.

– Командир?! Да! Командир, я уверен! Козерог на голубом фоне, третий вексилум флота Вер.

– Третий?! Это же…

– Ловушка? – предположил Капис.

– Откуда данаям знать? – вопросом на вопрос ответил Виал.

Гонца пока не отпускали. Нечего разносить такие вести по лагерю.

– Тем более, здесь, на краю Обитаемых земель, – за навклера закончил мысль Минелен.

– Так, – Виал хлопнул кулаком по ладони. – Мой корабль, добровольцы на два ряда. Келеустес и кибернетес по желанию.

– Я готов! – выступил Минелен.

Телез находился на корабле, потому не мог слышать разговора.

Виал – сам! – спустился по сходням, перебрался на корабль. Переговорил с Телезом. Естественно, старый кормчий согласился. Если помирать, так пощекотав нахальных данаев.

Лагерь остался под руководством центуриона. План пришлось изменить, постановили, что суда придется бросить у входа в порт. Гребцы перебрались на лодки, брали любимые лембы на привязь. Они не сдерживали слез. Вновь судам придется пострадать, чтобы глупые люди смогли спастись. Вновь прочное дерево защищает слабую плоть.