Он привел данные аргументы, но они не принесли желаемого эффекта. За исключение того, что на прошлое рождество он все же получил 16мм оборудование с мощным звуковым диапазоном. Тем не менее, его не интересовало домашнее видео, любительская съемка, ему необходимо киноискусство.

Но было решено после его вспышки гнева, что они более не говорят на эту тему. Доктор совершил ошибку, напомнив об этом, но тотчас извинился, по крайней мере, хоть что-то. Джимми смягчился, расслабился и сказал:

— Мне жаль. На чем мы остановились? Самоконкуренция, верно?

— Именно. Соревнование с твоим собственным высоким стандартом. И этот страх быть ребенком, несмотря на возраст, не уживается с твоим потенциалом. Блестящий ум для твоего возраста. Творческий и изобретательный.

— Но разве здесь не кроется противоречивость, — спросил Джимми, — в идее конкуренции с собственными возможностями? Провал невозможен, потому что явная неудача будет указывать на ложное первоначальное мнение о способностях. Мнение должно соответствовать фактическим талантам, таким образом, исключается возможная неудача. И если провал невозможен, то невозможен и сам факт победы. Без шансов для победы или неудачи, какая может быть конкуренция?

Доктор Шраубенциер, глядя на затылок ребенка, улыбнулся. Очень хорошо, он решил оставить ребенка в покое; Джимми повел себя спокойно при упоминании кино. Все оставшееся время сеанса они играли в словесные игры.

В конце, покидая кабинет врача, Джимми остановился в дверном проеме, посмотрел на доктора встревожено и спросил:

— Как вы думаете, возможно ли, что за мной действительно кто-то следит?

Врач снисходительно улыбнулся. Мальчишка, воображая себя кинорежиссером, писал очередной сценарий, но, конечно же, вслух не произнес этого.

— Естественно, нет, — ответил доктор. — И мы оба знаем это, не так ли?

— Думаю да. Увидимся в пятницу.

11

КЕЛП расположился на заднем сиденья авто, рядом лежали маски Микки-Мауса.

— Вот он, — произнес он.

— Вижу, — ответил Дортмундер, который был за рулем, а рядом с ним находилась Мэй.

Келп, как и предполагал, заполучил автомобиль, синий шевроле Каприс с номерными знаками врача и собирался сесть за руль, но Дортмундер не позволил:

— Я поеду.

И никакого объяснения, просто жесткое решение, оспорить которое Келпу не хватило духа. Поэтому сейчас он сидел на заднем сиденье, наклонившись вперед между Дортмундером и Мэй, и наблюдал через ветровое стекло за мальчиком. Для своего возраста тот казался слишком высоким и очень худым. До серого кадиллака мальчика провел привратник. Дортмундер завел двигатель Каприса.

— Не подъезжай близко. Пропусти пару машин, — посоветовал Келп.

— Заткнись, Энди, — рявкнул Дортмундер.

Мэй повернулась к Келпу, заглянула в глаза и слегка кивнула, давая понять, что на данный момент тот должен оставить настроение Джона в покое.

— Как скажешь, — согласился Келп и откинулся на спинку сиденья.

Дортмундер двинулся следом за кадиллаком. Автомобиль через Западный Центральный Парк направился на 69-ую, пересек Девятую авеню и продолжил путь через Линкольн Тоннель. Начало пятого, среда, но уже образовывалась пробка. Через тоннель пришлось продвигаться методом стоп-энд-гоу. Однако на стороне Джерси пробка рассасывалась и дальше, на запад по маршруту 3 они ехали, стараясь не превышать положенную скорость.

Келп нервничал и волновался целый день, но сейчас, когда они находились в движении, его беспокойство пошло на спад. По сути, обычное ничегонеделанье на заднем кресле авто, движущегося в западном направлении через Нью-Джерси, вне зависимости от цели, оказалось занятием неинтересным и однообразным. И Энди вскоре стало скучно. Разговор мог помочь делу, но он подозревал, Дортмундер не был в настроении слушать его болтовню. Кроме этого поддерживать разговор между передним и задним сиденьем всегда трудно. Так что, недолго думая, он вытащил из кармана один из экземпляров Похищения ребенка и начал снова читать ту часть, где герои крадут малыша. Восьмая глава.

12

ГЛАВА ВОСЕМЬ:

Когда Паркер въехал на перекресток, он сделал разворот и остановился. Он и Энджи ждали в Додже пока Хэнли доставал из багажника знак «ДОРОГА ЗАКРЫТА — ОБЪЕЗД» со стрелкой, указывающей в сторону меньшей по размеру асфальтированной дороги, ведущей в лес с правой стороны. Совершенно пустой перекресток, пересечение второстепенных местных дорог и почти заброшенное старое дорожное кольцо. И ни одного здания вокруг. По бокам рос густой лес, впереди — неухоженный заросший сорняками луг, позади — поле теперь сухое и коричневое после собранного урожая.

Хенли вернулся в машину и Паркер проехал четверть мили по направлению к городу, затем спустился к тупиковой грунтовой дороге, которую отыскал неделю назад. Ничего не оставалось, как ждать. Краусс и Руфь разместят еще один знак объезда и все готово.

Шесть миль от них черный Линкольн вынырнул из Северного Парквэя, проехался по местной дороге и свернул на север. Алберт Джадсон шофер уверенно въехал на 55-ую, пустую дорогу в малонаселенном районе. Вторник, разгар дня. Удобно вытянувшись на заднем сиденье Бобби Майерс разглядывал свои комиксы.

Семь минут спустя Хенли произнес:

— Вот и они.

— Вижу их, — ответил Паркер и, как только мимо них мелькнул Линкольн, завел двигатель авто.

Додж выехал с грунтовой дороги и, добавив газу, двинулся к цели. Джадсон за рулем Линкольна нажал на педаль тормоза, когда заметил знак блокирующий дорогу. Бобби сзади оторвал взгляд от книги и спросил:

— Что случилось?

— Объезд. Необходимо свернуть на Эджехилл-Роуд.

— Здесь раньше не было объезда.

Шофер, поворачивая на второстепенную дорогу, произнес:

— Думаю, они только начали. Возможно, заделают те выбоины внизу у моста.

— Молодцы, будем надеяться, — добавил Бобби. — Меня на них иногда даже подташнивало.

— А вот этого делать не надо, — пошутил Джадсон, улыбаясь мальчику в зеркало заднего вида.

Водитель повернул на дорогу и вскоре увидел впереди остановившиеся машины. На соседней полосе школьный автобус с мигающими красными огнями, которые означали, что происходит высадка пассажиров, и движение в обоих направлениях запрещено. Впереди Линкольна послушно ожидал грузовик, большой тягач с прицепом. Таким образом два авто полностью перекрыли движение на дороге. Джадсон затормозил, и машина плавно остановилась перед грузовиком.

— Почему этот автобус остановился там? — спросил Бобби.

— Наверное, кто-то выходит.

— Но ведь никого не видно.

Джадсон, которого иногда раздражали вопросы мальчишки, ответил:

— Значит, он ждет, пока человек зайдет.

На перекрестке Паркер приостановился и подождал, пока Хенли выйдет и сдвинет знак объезда так, чтобы он перекрывал дорогу, по которой направился Линкольн. И они продолжили свой путь.

Джадсона начинал беспокоиться, почему автобус стоит так долго без движения. Мужчина посмотрел в зеркало заднего вида и увидел приближающийся к ним синий Додж. Тот подъехал настолько близко, что почти коснулся заднего бампера Линкольна и остановился.

— Достаточно оживленная дорога, — произнес шофер.

А тем временем в Додже Паркер, Энджи и Хенли надевали большие резиновые маски диснеевского героя.

— Чувствую себя как клоун, — жаловался Хенли.

Его голос из-под резины звучал приглушенно и необычно.

— Так будет проще для малыша, — напомнил Паркер. — Нам ведь не нужен ребенок, бьющийся в истерике. Энджи, ты говоришь с ним.

— Согласна.

— Это игра, забава и мы просто развлекаемся.

— Знаю, — ответила Энджи.

— Погнали, — позвал Паркер.

Банда вышла из Доджа. В руках Паркера и Хенли виднелись револьверы. Они быстро достигли Линкольна. Паркер зашел слева, а Хенли с Энджи справа.

Джадсон хмуро разглядывал школьный автобус и удивлялся, когда же тот закончит свои дела и двинется дальше, и тут заметил какое-то движение в боковой зеркале. Он посмотрел и увидел человека, направляющего к нему с чем-то блестящим и необычным на голове.