Колун вымотался из сил и как на вид, снова собирался предаться крепкому сну. Что не устраивало никого в такой холод, из которого можно не проснуться.

— Вставай рыцарь, смерть твоя пришла, — коснулась его уже не богиня, но маленькое проклятье Мара с потухшими чёрными глазами. — Ну, или ты к ней пришёл. Милослава тебя ждёт, не дождётся, а ты дрыхнуть собрался и ждёшь, пока мы её освободим?

— Тебе не стыдно? — добавил Даймон, прекрасно понимая, что к стыду в аду отношение особое. Но если кто-то начал носить очки, то кто-то другой вполне мог заразиться и совестью.

Колун перевернулся на другой бок, потом почесал грязный лоб. Мысли медленно, словно стадо черепах, проникли в голову.

— За мной, — сказал он тихо, с трудом поднимаясь. — Я знаю… где она… там!

Он снова попытался упасть, но демонёнок подставил плечо, удержал. С другого бока подошла Мара, подхватывая под руку.

— Мы поможем… не хотелось бы, чтобы ты тут уснул вечным сном. Да и без тебя дороги не знаем, — сказала она дежурные фразы, хотя всё понимали, что это не помощь ради собственного спасения. А помощь постороннему существу, на которую прошла Мара как проклятье просто не была способна.

И Даймон вдруг понял, что ад влияет на них. Но совершенно неожиданным образом. Он в задумчивости посмотрел на едва переставляющего ноги рыцаря, который преодолевал себя ради любви. В то время сам выглядел как помятая консервная банка, попавшая под автомобиль.

Из-за чёрных туч вдруг взошла Антилуна. Этот кровавый круг, который никогда не заходит в этом проклятом месте, лишь на некоторое время закрывался мглой туч, едва освещал контуры мрачного пейзажа. Но когда появлялся тусклый свет, можно было разглядеть больше. И они увидели, что безжизненные земли на самом деле кишели разного рода нежитью и нечестью и прочими созданиями неживой национальности. Из-за чёрных кустов и хилых деревьев на Даймона, к примеру, с вожделением смотрела пара кроваво-красных глаз. А если прислушаться, то можно было расслышать скрип когтей по камням вблизи или завыванья волчьих глоток и хруст костей где-то вдали.

Окрестности кишели созданиями ночи! Но никто из них не решался приблизиться ближе, чем на десятки шагов. Все чувствовали разные силы в спутниках и, видимо, никак не могли понять почему столь разные монстры путешествуют вместе.

Иногда дорогу перебегали одинокие скелеты. Или с ними здоровались целые группки зомби. На них было нечто вроде истлевшей майки и в качестве приветствия они восклицали: «Шалом» или «Гутен так». А порой даже «Курва бобер!».

— Чего это они? — не понял демонёнок.

На что Колун тут же ответил:

— Эксперименты местных некромантов, создававших скелеты в качестве вечных рабов армий мёртвых. Люцифер возлагал на неживых особые надежды. Сколько бы их не убивали, после пары манипуляций вроде как снова способны вставать в строй. Но практика показала, что как только они покидают холодильник, это ужасные воины. Они быстро разлагаются на солнце, а в пустыни с такими лучше вообще не лезть. Да и в качестве разведчиков не подходят. Шумят много и действуют только ночью. Ещё и эти вечные споры. Знаешь, когда два бывших человека без мозгов спорят, это такое себе удовольствие их слушать.

Антилуну накрыла мгла мёртвых туч. И мир стал мрачен как сон кочегара. Но зрачки всех сузились, и темнота немного отступила. Вдали показался силуэт скал с очертаниями строений.

— Куда мы идём? — Даймон остановился и заметил, как Малой бодро запустил пару огненных шаров в ближайшие кусты, как будто подсмотрел как это делали Гог с Магогом.

Послышался дикий визг, и несколько теней разбежались в разные стороны. Донёсся запах горелого.

— Отличный бросок, Малой, — тут же похвалил старший брат младшего. И вдруг понял, что сделал это впервые в жизни.

— Гы! — улыбнулся в ответ довольный метатель и уставила на брата.

Раньше он в основном ругал мелкого и советовал родителям запихнуть его в карцер до совершеннолетия. Но теперь искренне радовался его успехам.

«Может это и называется новыми этапами в жизни семьи?» — подумал уже Даймон и хотел добавить что-то ещё, но тут заговорил Рыцарь Смерти.

— В той скале вырублен замок Грихора. Мстислава у него. Вот только доступ в замок закрыт гигантскими воротами, а вечно охраняющая его нежить глаз не смыкает.

О чём говорит рыцарь, стало понятно, когда приблизились к замку.

— Эти? — Даймон указал на две гигантские каменные створы, оббитые железом. Как на вид, так не всякий таран мог с ними справиться. А у них не было и этого.

— Они самые, — вздохнул Колун. — Их открывают сотни слуг. Нам никогда…

— Тепло! — крикнул Малой и тут же требовательно застучал по воротам. — Устал!

Маленькие кулачки вроде едва-едва касались железа, но по воротам как будто динозавр хвостом ударил. С костяной булавой на конце.

Ворота смяло как картон, а с ближайших башен посыпались скелеты-охранники. Голова одного из них оказалась у ворот и приглядевшись к ним, добавила:

— Уп-с, кажется у нас посетители! Джонни, ты не одолжись мне глаза на минутку?

— Мои глаза сгнили ещё в прошлом веке, — тут же крикнул ему в ответ зомби над воротами и посоветовал. — Не можешь увидеть, так хотя бы пощупай!

Скелет без тела тут же застучал челюстью, за неимением других частей тела, а когда ничего не вышло, попросил:

— Вы не могли бы сунуть мне палец в рот? Я определю вас тактильно!

Мара усмехнулась и отфутболила голову куда подальше. Тогда как Колун поднялся с колен после оглушающих ударов Малого и увидел, что на месте створ зияла огромная дыра, а расплавленные глыбы железа стекали на землю в окружении крошки разбитого камня.

— Вот это сила! — сказал Рыцарь Смерти.

— Это? Это Малой, — прошёл мимо него довольный Даймон и посоветовал. Привыкай. Порой он бывает весьма неожиданным.

Колун застыл на месте, смотря вслед удаляющейся семейке. А затем поспешил за ними в разлом. Остатки створ разлетелись на куски от пары движений рук рыцаря, шатаясь как последние зубы сладкоежки. Темноту замка-крепости внутри вспороли сотни факелов, зажженные по велению некой воли.

Гулкие шлёпанья сапог, лязг железных кольчужных колец по каменному полу, разговоры, смешки, звук почёсывания и прочие звуки мгновенно заполнили весь замок. Адовы прошли вдоль тёмной залы, поднялись на второй этаж по широкой каменной лестнице и застыли у ближайшей двери. По ту сторону створ слышались чьи-то голоса.

— Может, Милослава там? — с надеждой спросил рыцарь.

Даймон с грохотом распахнул дверь.

Вопреки ожиданиям, их взор наткнулся на громадную обеденную, где пылал очаг и различные запахи готовой или полуготовой пищи били по обонянию. За длинным столом на широких скамьях восседали богато разодетые господа некроманты, рыцари и прочие напыщенные гости в тёмных костюмах. Блюда и вино поглощалось с огромной скоростью, челюсти мололи мясо, будто жернова. Они разговаривали в голос и мало замечали распахнутую дверь.

Но один взгляд сине-голубых глаз заметил вошедших. Девушка в платье бледно-голубых тонах тут же подскочила с возгласом:

— Колун⁈

— Милослава! — крикнул в ответ Рыцарь Смерти и бросился ей навстречу.

Тогда как Мара неожиданно для Даймона добавила:

— Снегурочка⁈

Глава 25

В круге седьмом: свадьбы, похороны и прочие ритуалы

В момент, когда распахнулась дверь, все присутствующие, как по команде, долго и мучительно репетируемой, повернули головы на звук. Жующие челюсти застыли. И каждый по виду человек, как человек. Сразу и не скажешь, что некромант или имеет отношение к нечисти.

Не особо разглядывая гостей, Даймон и без того был шокирован известием.

— Что ты сказала? — повернулся к Маре демонёнок. — Снегурочка? Ты уверена?