Глава 13. Я не знаю кто ты.

Падение фигуристки, словно в замедленном кино, осталось в памяти свидетелей, как навсегда запечатленный момент ужаса. Высота почти двух метров – это опасность не предвещающая ничего хорошего. Келли лежала на голубой глади льда и не шевелилась. Волна испуга прокатилась по ледовой арене. Толпа затаила дыхание, выражение лиц зрителей, мрачное и полное смятения, отражало общее недоумение и страх. Это был момент, когда спорт, как ни странно, потерял свою искру, а человеческие судьбы стали главной ценой. Сколько еще таких мгновений может пережить этот мир, когда страсть и мастерство сталкиваются с жестокой реальностью. В этот момент казалось, все зрители на трибунах перестали дышать и начали молиться. И только громкий мужской крик выделялся.

— Келли! - кричал Гейб, но девушка молчала.

Нет... Нет… Моя девочка! Я уже рядом.

Гейб бросился вперед, за ним с сумкой для оказания помощи Ли и Том. Майк истерично выкрикивал её имя и пытался растормошить. Раскинутые по холодному льду красивые локоны окрашивались в алый цвет.

—Келли, Келли очнись! Это я виноват! Я!- теребил её партнёр.

Майк продолжал держаться за ногу, второй рукой не отпускал Льдинку.

— Убери свои руки! Её сейчас нельзя тормошить. — Гневно говорил мужчина.

— Гейб, ты вне себя, давай я сам. — Пытался отстранить его Ли.

— Нет, я сам, займись Майком.

Доктор Браун аккуратно начал проводить осмотр. Видимых повреждений головы обнаружено не было. При падении Льдинка сильно поцарапала руку и разбила губу. Кровь сочилась из ран, требовалась перевязка. Гейб взял в руки фонарик проверил реакцию зрачков на свет. Не сдвигая с места и не изменяя положения любимой, приложил указательный и средний палец к крупной артерии на шее.

— Пульс, дыхании?- поинтересовалась Чен.

— Пульс есть, но слабый, проходимость дыхательных путей в порядке.

Дежурившая бригада скорой помощи с носилками приближались к пострадавшей.

В этот момент ветер, проносящийся сквозь зал, казался острым, как лезвие. Он напоминал всем о хрупкости человеческой жизни, о том, что за пределами зрелища и восхищения существует жестокая реальность. Борьба, на которую никто не подписывался, развернулась на глазах у сотен людей. Том сильно нервничал, но держался на расстоянии, стараясь не мешать работе врачей.

— Доктор Браун, как она?

—Жива, дальше увидим. — Ответил отцу мужчину.

Фигуристка осторожно перекладывали на носилки. Гейб разговаривал с бригадой неотложки.

— Куда её увозят, я с вами. — Спросил отец.

— Мы поедим в Госпиталь"Борейн," он ближе всего и там лучшие специалисты. Ты сейчас не помощник. Не переживай, я не отойду от неё ни на минуту, пока она не откроет глаза. Оставайся с Майком ему тоже нужна госпитализация и ты рядом.

В палате у Келли.

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь тонкие занавески, рисовали на полу мягкие узоры света и тени. В палате царила тихая атмосфера, в которой звуки повседневной жизни звучали подобно мелодии, окутывающей пространство мягким покрывалом. Стены, покрашенные в нежный пастельный цвет, создавали ощущение уюта и спокойствия, а яркие картины на них, изображающие природу, добавляли жизненной энергии. В центре комнаты располагалась белоснежная больничная койка, девушка мирно спала. В уголке слышалась печальная мелодия капель капельницы, но она не портила атмосферу, а лишь органично вписывалась в общий настрой. В этом непримечательном, но уютном месте собирались надежды и мечты о скором выздоровлении, наполняя палату теплом и спокойствием. Заведующий отделения пытался тихонечко разбудить посапывающего на всю палату спящего в кресле доктора Брауна.

— Гейб... Гейб. — Теребил плечо доктор Рид.

— А… Что? Я не сплю, лишь на минуту прикрыл глаза.

— Иди домой, на тебе надо отдохнуть. Ты уже вторые сутки от неё не отходишь. Я понимаю, твой профессионализм и всю тяготу ответственности, но она в надежных руках.

— Не уйду. Я ей обещал.

— С ней всё в порядке, здесь она в надежных руках. Пора бы и о себе позаботиться.

— Со мной всё нормально, одно кофе и я на ногах. — Потирал лицо сонный мужчин.

— Один кофе? Да ты уже цистерну выпил! Мне что тебя насильно вытаскивать из палаты? Пожалей старика и объясни, что происходит?

Браун тяжело вздохнул и молча стал рассматривать свою любимую. В тот момент когда она упала на лёд, его сердце остановилось, руки затрясли, а ноги перестали слушаться. Мужчина понял, что не сможет жить без неё. Он был по уши влюблен в свою лавандовую девочку. Доктор Рид наблюдал за беспокойным Гейбом, который второй день контролировал каждый шаг своих коллег. Браун боялся выйти даже в туалет и оставить её без присмотра.

— Гейб, ответь мне прямо это личное?

— Я люблю её.

— Ах любовь, самое сильное чувство. Тогда подумай немного о себе, когда она откроет глаза ты будешь ей нужен. И чтобы не случилось – держи себя в руках! Нельзя отбрасывать возможность потери памяти. А сейчас позволь себе пару часов сна, душ и свежую одежду. Я тебе обещаю, она не останется без присмотра. — Просил доктор Рид.

— Я не исключаю такой ситуации. Мне неважно, вспомнит или нет, я просто буду рядом. А вдруг она откроет глаза, а меня не будет рядом?

— Она уже открывала глаза и первого кого увидела, был ты. Тебе не о чем беспокоиться сейчас.

Моя девочка, я действительно сдержал обещание. Когда ты подняла голову первое, что ты увидела, мои глаза. Вот только вспомнишь ли ты об этом? — подумай Гейб.

На следующий день.

— Ааааааааааа! Девушка резко отрывается от кровати. Холодный пот прошиб Келли, сотни острых ледяных иголок, ужалили её тело.

— Где я?

Она медленно повернула голову, мир вокруг неё был размытым и чужим. Свет, пробивавшийся сквозь белые занавески, резал по глазам, заставляя её зажмуриться. Сердце колотилось, как будто вновь просыпалось к жизни, и ощущение пустоты словно тянулось из самой глубины её сущности. Она попыталась шевельнуться, но ноги были тяжёлыми, как будто налиты свинцом.

Звуки завораживали — тихие шорохи бумажек, монотонные тиканья аппаратов. За стеной кто-то разговаривал с медсестрой, но слова растворялись в её сознании, не достигая смысла. Постепенно перед ней вырисовывался образ — палата с белыми стенами, окружённая таинственными приборами и капельницами, притягивавшие к себе её внимание.

Вспышки воспоминаний, осколки прошлого мелькали мимо, но она не могла уловить их суть. В тот момент, когда она попыталась понять, как она оказалась здесь, смутное чувство тревоги охватило её. Желание взять себя в руки, вернуть контроль, излечить эту растерянность заполнило её. И в этот момент, наконец, жизнь снова коснулась её, словно пробуждая от долгого сна.

Келли осмотревшись поняла, что находиться в больнице.

— Всё вспоминала в больнице, терпеть их не могу и этот медицинский запах. А цветы красивые.

После падения на льду, она ударилась головой и моментально отключилась. Девушка получила ушиб головного мозга и кратковременную потерю памяти, но врачи списывали это шок и были уверенны, что скоро воспоминания полностью вернутся.

Я долго не могла открыть глаза. Мне снился шикарный сон, в нём я была на море, волны ласкали мои ноги утонувшие в черном песке. Рядом со мной был невероятной красоты мужчина, он нежно целовал и шептал, что всегда будет рядом. От его голоса у меня мурашки по телу. Нежность горячих пальцев мужчины, его запах заставляет меня таять и никого другого мне не надо. Через он я слышу своё имя и иду на зов. Когда я проснулась, то сильно удивилась. Я увидела мужчину из сна и его восхитительные глаза. Он смотрел на меня с тревогой. Я не помню, чтобы мы были знакомы. На сто процентов я уверена лишь в том, что он врач-травматолог в больнице. Помню его прикосновения, он заботливо меня осматривал и никуда не отходил.